— Была ли необходимость создавать ферму Эмпирейских Бивней? Не особо.

— Но станет ли она этим заниматься? Да. Когда? Немедленно.

Стоило Инале закончить фразу, как Ганнала тут же перешла к делу. Всего за пару минут перед ними предстал сородич Мамонта с телосложением Эмпирейского Бивня.

Ганнала пристально посмотрела на Иналу и произнесла:

— Судя по всему, на биологическом уровне Эмпирейскими Бивнями могут быть только особи женского пола. Для сородича Мамонта трансформация, похоже, не проблема – совсем как в случае с Решей и Виралой.

— Но если я применю завершенное Природное Оружие Трансформации в Эмпирейского Бивня на Свободном Человеке, все самцы погибнут, и выживут только самки, — добавила она.

— И как ты собираешься дорастить ее до пика Стадии Тела? — спросил Инала. — На это потребуется время…

— О, у меня есть плоть Эмпирейского Короля Кабанов, — высокомерно усмехнулась Ганнала, тут же поправив себя:

— Точнее, плоть Виралы после того, как он принимает форму Эмпирейского Короля Кабанов. Я раздобыла ее у Руввы в большом количестве, раз уж она оказалась полезной. Когда мне нужно еще, я просто наведываюсь в Империю Бримган.

— Эта характеристика крайне размыта, но поскольку она – моя сородич с Болезнью Осколков, поедание плоти Мистического Ранга позволит ей созревать быстрее, — пояснила она.

У самой Ганналы была сильная первичная черта Брангары, благодаря чему она быстро продвигалась по Стадии Жизни, даже поглощая Пранических Зверей Золотого Ранга.

У сородича с телосложением Эмпирейского Бивня наблюдалась крайне разбавленная версия той же особенности. Именно поэтому она давала эффект лишь при потреблении плоти Мистического Ранга. К счастью, существовала форма Эмпирейского Короля Кабанов, принадлежащая Вирале, что давало максимальный результат.

— Этой плоти хватит, чтобы вырастить ее тело. У меня есть масса Плодов Паруте, чтобы довести ее запас Праны до пика, Эмпирейский Инкубатор – чтобы усилить черты Эмпирейского Бивня, и, наконец, Духовный Мох, чтобы укрепить ее Духовный Сосуд и позволить ей выдержать столь стремительный рост, — объяснила Ганнала. — Если я задействую все свои ресурсы, то успею как раз до истечения срока первого Астрального Оружейника.

— На что ты планируешь потратить первого Астрального Оружейника? — поинтересовался Инала.

— На Эмпирейскую Мегатрис, — усмехнулась Ганнала. — Для Мистических Людей она представляет огромную ценность. После того как Йорибу продемонстрировала часть ее мощи, Мистические Люди готовы на все, чтобы заполучить еще таких.

— И я собираюсь продать им именно это, — продолжила она. — Раз уж теперь я могу сбывать им тела Короля Кабанов, Мистические Люди больше не так сильно заинтересованы в тушах Эмпирейских Кабанов.

— Тело Йорибу, значит? — кивнул Инала. Сочетание Короля Кабанов и Эмпирейской Мегатрис было весьма мощным. И просто продавая подобные туши, Ганнала могла заломить с Мистических Людей целое состояние.

В настоящее время главным товаром, который продавали Мистические Люди, были Плоды Паруте. Они фактически работали как печатные станки для денег, и большая часть их продукции уходила в Империю Бримган.

В ответ Империя Бримган поставляла им Тратам. Изначально Вирала хотел сохранить это в тайне и единолично контролировал производство. Но с тех пор времена круто изменились.

Мистическими Людьми теперьправляла не кто иной, как Рувва. И в то же время она являлась Бримганским Стражем. По мере роста численности Мистических Людей тем, кто обладал телом Айворма, требовалось все больше и больше Тратама.

Схемы Виралы уже не поспевали за нужными объемами производства. И тогда Рувва просто передала это дело Империи Бримган.

Мистические Люди добывали в Дралхском Море минерал Железного Ранга – зарцелит – и переправляли его в Империю Бримган через Канал Кутер-Бримгана. Там группа Бримганских Корон организовала фабрику и с помощью Искусства Мистического Кинезиса переплавляла зарцелит в Рутам.

Очищенный Рутам затем отправляли обратно в Дралхское Море. Поскольку за обработку зарцелита отвечала Империя Бримган, они могли обеспечить годовую потребность Мистических Людей в Тратаме всего за пару недель.

Тратам обладал лишь слабой совместимостью с Искусством Мистического Кинезиса, поэтому Империя Бримган не проявляла к этому минералу особого интереса. У них были куда более перспективные минералы для работы, не говоря уже об огромных запасах Риренала.

Поскольку Мистические Люди и так вовсю занимались развитием Тратама и созданием под него Навыков, Империя Бримган не собиралась тратить на это собственное время. Обе силы были тесно связаны друг с другом, и каждая шла своим путем.

У Мистических Людей имелся их главный капитал – Плоды Паруте, за счет которых они могли сорить деньгами направо и налево. Большинство их нужд покрывала Империя Бримган. А обо всем остальном они могли договориться с Кланом Остряков.

— Ты все распродаешь ради Плодов Паруте? — Инала не скрывал удивления. — Ты ведь могла купить что угодно другое. У тебя в биомах наверняка растет уйма Деревьев Паруте.

— У меня достаточно Деревьев Паруте, чтобы покрывать обычные нужды моего народа. Но пойми, папа, — произнесла Ганнала. — Я здесь экспериментирую со всевозможными вещами. Мои потребности в энергии уже сравнялись с имперскими. Я сжигаю прорву ресурсов.

— И все мои эксперименты завязаны на живых существах. Чтобы быстро их вырастить, приходится срезать углы. Плоды Паруте тут просто необходимы, — заявила она. — У меня также есть огромная группа сородичей Мамонта, которые занимаются исключительно превращением Плодов Паруте в Эликсиры.

Срок годности Плодов Паруте составлял один год. Впрочем, Ганналу это не волновало, поскольку она палила все свои запасы:

— А любые излишки, какими бы малыми они ни были, перерабатываются в Эликсиры для хранения на будущее.

— Я превратила Равнины Санрей в свое Королевство, папа, — гордо заявила в конце Ганнала. — Каждая сила, существующая здесь – лишь шестеренка, крутящаяся ради моей цели. Они живут исключительно затем, чтобы помочь мне достичь моей финальной формы.

Инала хотел расспросить ее о задуманном облике для завершения эволюции. Однако он сдержался, заметив, как неохотно она об этом говорит. «Хочет, чтобы это стало сюрпризом, да?»

— Что ж, перед тем как уйти, я бы хотел взглянуть на результат, — высказался Инала.

— Конечно, папа. Но только ты, — ответила Ганнала и посмотрела на соседнюю пещеру. — Они будут спать, пока ты не соберешься в путь.

— Прекрасно! — Инала был не против.

Мало кто знал о существовании Равнин Санрей. И он хотел, чтобы положение дел не менялось.

Если только Брангара не оставил после себя каких-то сведений, ни Клан Уин, ни Империя Варахан никогда об этом не узнают.

В Империи Бримган нашлась пара министров, которые были в курсе существования Королевства Ганримб еще со времен редких контактов с Фхунгом Бримганом. Но после того как весть о смерти Фхунга Бримгана долетела до них через Амиту Бримган, ставшую впоследствии Бримганским Стражем, особого интереса они больше не проявляли.

На Суматре происходило столько всего, что на Равнины Санрей никто не покушался, создавая идеальный испытательный полигон для Ганналы.

— Тебе здесь уже не тесновато? — спросил Инала. Когда он впервые попал сюда, Равнины Санрей казались ему огромным краем, который не обойти просто так.

Но для Ганналы, которая содержала целую прорву Гнездовий, Равнины Санрей постепенно становились маловаты. Теперь же она собиралась завести Эмпирейских Бивней. Как только они появятся, это будет выглядеть так, будто взрослый пытается поместиться в детской ванночке.

— У меня есть планы на этот счет, — разумеется, Ганнала все продумывала заранее. Легким движением пальца она материализовала между ними широкий стол и очертила на его поверхности круг, занимавший от силы сороковую часть площади. — Это Равнины Санрей.

Она указала на один из углов:

— Пещеры Гуна берут начало здесь.

Затем она отметила точку прямо под ними:

— Здесь нет никаких местных стай Пранических Зверей. Обитают лишь разрозненные твари Железного Ранг, выживающие тут лишь потому, что им больше некуда податься. Они регулярно становятся добычей для сдвиговых муравьев.

По другую сторону Пещер Гуна лежало Дралхское Море, находившееся слишком далеко, чтобы о нем беспокоиться. Ганнала провела черту в отмеченной точке под Пещерами Гуна:

— Я возведу здесь горный хребет.

— Понимаю, — Инала быстро раскусил ее замысел, сообразив, почему она сосредоточилась на эволюции Рокатриса в первую очередь.

Пранический Зверь Промежуточного Золотого Ранга – Эмпирейская Мегатрис!

Внутри этого горного хребта поселится Эмпирейская Мегатрис и будет играть роль сторожевого пса, пожирающего любое создание, забредшее в ее владения:

— В этих горах я планирую создать пещеры, где естественным образом растет Духовный Мох.

— Приманка, значит? — прикинул Инала.

— Да, — кивнула Ганнала. — Это обеспечит постоянный приток Пранических Зверей, которые станут кормом для Эмпирейской Мегатрис. Вокруг хватает борющихся за выживание тварей Железного Ранга. Все они попытаются сделать этот горный хребет своим домом, ведь там есть не только Духовный Мох, но и всевозможная растительность, способная поддерживать их жизнь.

Пранический Зверь Высшего Серебряного Ранга – Улитка-Трупник!

Первичная Природа – Панцирный Мох!

Улитка-Трупник питается органикой на речном дне и выращивает мох, богатый питательными веществами и Праной. Любое существо, отведавшее Панцирного Мха, начинает испытывать непреодолимое отвращение к попыткам причинить вред Улитке-Трупнику. И чем больше Панцирного Мха оно съест, тем сильнее окажется это отвращение.

— Река Анган берет начало за пределами Равнин Санрей вот здесь, — она ткнула пальцем в карту. — В конце концов она снова впадает в Красно-Чертежную Реку. Этот участок тянется почти на 400 километров, и именно здесь я планирую расселить стайку Улиток-Трупников. Их присутствие усилит активность Пранических Зверей у подножия гор.

— А затем… — она ухмыльнулась. — Чтобы выстроить надежный барьер, я намерена сделать так, чтобы все эти создания, включая Эмпирейскую Мегатрис, считали это место своим домом.

На Равнинах Санрей уже водился Пранический Зверь, идеально подходивший для этой цели, – Укоренившийся Моллюск!