Состояние Единства: Неограниченный Хищник!

Колонна света взметнулась в небо с разрушительным намерением. Точно так же с небес сорвалась звезда и столкнулась с ней, порождая раскидистое море полярных сияний.

Состояние Единства – Четыре Шага к Ничтожности!

Шаг Четвертый – Молния Трансцендентности!

— Хэп! — Человеческая форма Иналы издала хриплый выдох, когда он отвел руку до предела, сгустил Сферу Региона Атрибутов в форме Биомомбы и швырнул ее в Брангару. Но в отличие от его обычных бросков, этот летел со скоростью звука, то замедляясь до дозвуковой, то превышая звуковой барьер, оставляя за собой целый шлейф паровых конусов.

«Медленный бросок! – подумал Брангара, выпуская в сферу колонну света и разбрызгивая ее содержимое. – Какая слабость…»

Его мысли оборвались, когда он увидел, как брызги воды превращаются в искры и устремляются назад, формируя искру побольше. Затем искра трансформировалась в ту же самую сферу и продолжила падать вниз. Вся разница заключалась в том, что она восстановилась прямо за пределами колонны света, выпущенной Брангарой.

«Она промахнется», – подумал Брангара, наблюдая, как Сфера Атрибута Воды пролетает мимо него и врезается в землю, пробивая глубокую воронку. Секунду спустя оттуда забил водяной гейзер: вся Атрибутивная Вода вернулась в свое обычное состояние, и из узкого отверстия хлынул поток, способный заполнить несколько озер.

Из-за трения гейзер расширялся по мере того, как поднимался все выше, принимая форму конуса. Широкая верхушка этого конуса задела Брангару. Поскольку это была всего лишь вода, он не обратил на нее внимания.

Но он оставался начеку, помня о недавнем изменении состояния Сферы Атрибута Воды. И как он и ожидал, вода превратилась в серый песок и принялась разрушать его барьер Неограниченного Хищника.

«Неплохо». Брангара слился с телом Осязаемой Природы Эмпирейского Луциана и высвободил свой абсолютный домен, с легкостью начиная брать под контроль серый песок. Однако едва он успел это сделать, как серый песок обратился в искры, которые взвились в воздух и влетели в Биомомбу, появившуюся на земле.

Серый песок разлетелся в радиусе четырехсот метров во время взрыва гейзера, превращая все, чего касался, в серый песок. И теперь он сменился искрами, сгустившись в миниатюрную Молнию Трансцендентности внутри Биомомбы.

Отрастив нити Праны вместо ног, Биомомба побежала по слоновой кости песка и преодолела приличное расстояние. Затем она уставилась на Иналу, превратилась в Молнию Трансцендентности и врезалась в него. Она сместилась в сторону, чтобы не задеть Брангару и не оказаться в пределах досягаемости его Духовного Оружия.

Молния Трансцендентности закружилась вокруг Иналы, разделилась на четыре части и превратилась в Сферы Атрибута Воды. По телу Иналы заплясали искры, когда он направил свои мысли через Молнии Трансцендентности, позволяя своему телу функционировать на предельно возможных оборотах.

Он мог выжать из него еще больше, но не хотел выкладываться на полную с самого начала. Сделав разворот, он запулил в Брангару четыре Сферы Атрибута Воды. Они все еще летели на звуковой скорости, позволяя Брангаре без труда уворачиваться.

Следом в небо взметнулись четыре водяных гейзера, превратились в серый песок и, обратив в него часть белоснежного песка, снова стали искрами и вернулись к Инале.

«Он накапливает силы, используя преимущество высоты», – подумал Брангара, оттолкнулся ногой от воздуха, взмыл выше и обрушил на Иналу череду колонн света. Инала поглотил одну миниатюрную Молнию Трансцендентности, чтобы регенерировать плавящиеся участки своего тела, возвращая себе первозданный вид.

К этому моменту оба оказались на одном уровне глаз, заняв позиции ровно за пределами зон действия Духовного Оружия друг друга.

В тот самый момент, когда Инала собирался принять форму Пранического Зверя, он удивленно замер, заметив глаза Брангары: «Прямо как у меня».

— Мы оба покойники, да? — обронил он, на секунду расслабив напрягшиеся мышцы.

— В одной лодке, ага. — Брангара кивнул.

— Что заставило тебя смириться? — спросил Инала, поворачиваясь туда, куда указывал Брангара. В том направлении, в восьмидесяти километрах от них, неуклонно и осторожно приближалась к месту боя Мать Выводка.

— И это всё? — Инала в недоумении склонил голову набок. — Она сильна, но и близко не дотягивает до того уровня, с которым сталкивался ты. Один удар Неограниченного Хищника, и она труп.

— Я пробовал пару раз, но у нее великолепные способы уклонения, — покачал головой Брангара. — Я не смогу сосредоточиться на ее убийстве, пока ты не сдохнешь. Но я уже просчитал исход.

Криво улыбнувшись, он произнес:

— Я все еще думаю, что побежу, но к тому моменту у меня не останется сил на поддержание Неограниченного Хищника, и тогда я сам могу стать ее добычей.

«Похоже, он раскусил немало моих планов», – подумал Инала, разглядывая Брангару. «Понятно, значит, он оставил кое-что для десятого Астрального Мира».

«Верно, даже если я прикончу его здесь, технически Брангара все еще жив, поскольку десятое тело в его стопке уцелело. Так что, как только Репа превратится в Астральный Мир, он вспомнит все, что здесь произошло», – проанализировал ситуацию Инала. «Это значит, что у него будет опыт противостояния Состоянию Единства, что позволит ему развивать свой Неограниченный Хищник еще дальше».

— Я понимаю, Брангара, — произнес Инала, и из него вырвалась столбом колонна света. — Давай покончим с этой войной здесь.

— Взаимно, — бросил Брангара, извергая из себя точно такую же колонну света. — Я просто хочу провести нормальный бой, на равных.

— Отбрось все и просто иди на меня со всем арсеналом, пока не помер.

— Перед этим… — В регионе загремел гром. Прислушавшись к звукам и перехватив поверхностные мысли Брангара с помощью Навыка Пьезо-Отклика, Инала спросил:

— Где Малое Сокровище Зингера?

— Далеко, приводит в исполнение мой план, — ответил Брангара. — Тебе не удастся взять его под контроль против моей воли.

— Понятно, — Инала кивнул и усмехнулся. — Значит, ты отправил все свои Малые и Великие Сокровища за Репой?

— Боишься, что они преуспеют? — поддразнил Брангара.

— Это головная боль Клана Остряков, а не моя, — пожал плечами Инала. — Тот Инала, которого ты знаешь, скоро умрет. Будущий Инала и каждая последующая версия родятся Божеством Клана Остряков и будут действовать в их интересах.

— Ограниченное Божество, да? Прямо как Эмпирейские Бивни, — с интересом пробормотал Брангара.

Эмпирейские Бивни были всеведущи и могли воспринимать всех сородичей Мамонта из своего Поселения как Костяные Бирки. Через них они читали мысли каждого сородича Мамонта. И хотя Эмпирейский Бивень подталкивал свой Клан Мамонта к действиям в собственных лучших интересах, поскольку сам Бивень ежесекундно читал мысли сородичей, он точно так же подвергался влиянию их коллективных мыслей.

В конце концов Эмпирейские Бивни начинали воспринимать то самое влияние, которое сами же оказывали на сородичей Мамонта. Клан Остряков работал примерно так же.

Чем больше в них было генов Королевского Зингера, тем сильнее сородич Остряков мыслил и вел себя как Инала. Они двигались единым кораблем, и вся эта толпа в той или иной степени вела себя как коллективный Инала. А Королевский Зингер после возрождения помещался в центр этого корабля, подпитывая его движение.

Каждый приказ, отданный Королевским Зингером, формировал Клан Остряков, что в свою очередь создавало среду, формирующую следующего Королевского Зингера, и цикл замыкался. Таким образом, Королевский Зингер в итоге оказывался под влиянием собственного же влияния в порядке строгой последовательности.

— Выходит, это наш последний бой? — Брангара глянул на Иналу и тяжело вздохнул, заметив, как тот довольно кивает. — Неудивительно, что ты пытался приковать ко мне все мое внимание.

— Ага, я уже позаботился о том, чтобы все участники этой войны были либо мертвы, либо при смерти, — вздохнул Инала. — Так что я останусь единственным живым существом, способным выдержать твой гнев. А когда меня не станет, у тебя больше не останется объектов для ненависти.

— А как же Ганнала? — Брангара приподнял бровь. — Ты ведь не убил собственную дочь… черт, ну ты и жестокий.

— Я сделал ровно то, что должен был сделать ты, — Инала небрежно смахнул слезу, скатившуюся по щеке. — Это чтобы у тебя не осталось ничего, за что стоило бы сражаться, даже если ты переживешь это – не то чтобы на это был хоть какой-то шанс.

— Значит, Клан Мамонта мертв? — удивленно спросил Брангара, заметив, как Инала покачал головой. — Они продолжат существование?

— Ты знаешь Грехху? — рассмеялся Инала. — Забыл, как сильно он помешан на Ярше Захаре?

— К чему ты клонишь? — Брангара нахмурился.

— В женском теле есть штука под названием яйцеклетка, если говорить простыми словами, — принялся объяснять Инала. — Ты же знаешь про его Эмпирейский Инкубатор. Сложи два и два…

— Когда это он успел его спереть? — Брангара вздохнул, до конца осознавая, к чему клонит Инала, и от усталости закрыл лицо руками, когда до него дошла истина. — В тот раз? Он умудрился сделать это, даже находясь под контролем?

— Поработай на меня, и мы вместе отстроим Клан Мамонта получше, — рассмеялся Инала. — Скажи Ярша Захара эту единственную фразу, Грехха добровольно перебежал бы на твою сторону. Он помешан всего на двух вещах: на Ярше и на Клане Мамонта.

— Черт бы побрал, — Брангара опустился на землю, скатал из белого песка кресло, чтобы присесть, и тупо уставился в небо. — Дай угадаю… его дочь чем-то похожа на меня?

— Вообще-то нет, — Инала приземлился неподалеку, смастерил похожее кресло и устроился в нем. — Но она будет поразительно похожа на твою жену. И она создаст новый Клан Мамонта с нуля, используя Свободных Людей какого-нибудь несчастного… ну или счастливого королевства, смотря с какой стороны посмотреть.

— Короче говоря, — Инала уставился на Брангару и рассмеялся. — Ты даже ненависти к новому Клану Мамонта не почувствуешь.

— Тебе будет просто неловко при встрече с ними, примерно как при столкновении с Руввой.