— Мне нужно кое-что простое, — Прумайс уставился на Мунубунтару, переходя к сути, и достал небольшую полукруглую металлическую ленту. — Я хочу производить вот это.

— Это что… — Мунубунтара уставился на металлическую ленту, а затем ошеломленно выдохнул. — …миниатюрный грамофон?

— Верно, — с улыбкой кивнул Прумайс. — Я знал, что человек вашего положения сразу же его узнает. Да, это миниатюрный грамофон, и я хочу выпустить его совместно с вами.

— Со мной? — Мунубунтара на мгновение удивился, а затем сообразил, чего от него хотят, и указал на металлическую ленту. — Могу я взглянуть на него?

— Конечно, — кивнул Прумайс. — Пожалуйста, изучайте сколько душа пожелает.

— Благодарю, — Мунубунтара кивнул и поднял металлическую ленту, заметив на обоих ее концах полусферические диски. Он накинул ее на голову и почувствовал, как эти два полусферических диска ровно легли на уши.

Когда в нее потекла Прана, он заметил внутри полусферического диска крошечный рычажок, вращающий крошечную пластинку. Игольчатый штифт на ней выводил мелодию, очень похожую на звучание грамофона. А на плоском торце полусферического диска были искусно проделаны отверстия, позволявшие звуку проникать прямо в барабанные перепонки слушателя.

Диска этого грамофона хватало всего на пятнадцать минут музыки, что было не так уж много для тех, кто привык к большим грамофонам. Зато такая вещь позволяла людям слушать музыку приватно.

В конце концов, нынешние грамофоны хоть и выдавали прекрасные звуки, но орали на всю округу. Так что пользоваться ими можно было только в уединении. А вот эти металлические ленты годились и для общественных мест.

Мунубунтара обхватил ладонью один из полусферических дисков и заметил, что наружу не пробивается ни звука – пальцы обеспечивали отличную звукоизоляцию. Он кивнул, положил устройство на стол и, глядя на Прумайса, произвел:

— Тебе понадобится дизайнерская тканевая оплетка. Во-первых, для шумоизоляции, а во-вторых, чтобы миниатюрный грамофон приятнее ощущался, когда его носят на голове.

— Не зря я обратился к нужному человеку, — Прумайс расплылся в улыбке, услышав выводы Мунубунтары. Он кивнул сопровождавшим его людям и бросил на ходу:

— У меня при себе достаточно средств, чтобы выдать аванс за наше сотрудничество. После этого за каждое обернутое изделие мы будем выплачивать тебе щедрое вознаграждение.

— Я весь внимаю, — кивнул Мунубунтара, и Прумайс принялся выкладывать все детали их совместного дела.

Во-первых, это изделие, названное рибофоном, планировалось продавать в разных ценовых категориях. В зависимости от цены нить для оплетки тоже менялась. Но в целом, учитывая требования к качеству, Прумайс хотел, чтобы сырье для нитей добывалось преимущественно из бальгатов.

Поскольку в подконтрольном ему Гнезде Мунубунтара обладал исключительными правами на оба варианта этого вида – Железного и Серебряного Рангов, – Прумайс предложил начать с двух продуктов.

Рибофон, изготовленный с использованием шерсти бальгата, должен был продаваться по цене в 1000 единиц Биосинтеза. Полусферические диски делались съемными, что позволяло менять музыку по своему вкусу.

Музыкальный набор продавался отдельно и состоял из двенадцати полусферических дисков, разбитых на две части – всего по шесть музыкальных композиций. Его оценили в 1200 единиц Биосинтеза.

Рибофон же, созданный из шерсти телгата, стоил ровно в пятнадцать раз дороже. Это был сумасшедший премиум-класс, по карману лишь элите Империи Варахан. Поскольку грамофон уже стал символом высокого статуса, люди будут раскупать его отчаянно, вне зависимости от того, любят они музыку или нет.

И Прумайс отлично понимал, как нужно играть на тщеславии и снобизме своих клиентов. За каждый же обернутый рибофон Мунубунтара получал 180 единиц Биосинтеза – сумму просто огромную.

Если учесть те объемы, с которыми им предстояло работать, эта бизнес-возможность сулила Району Нойкатол солидный источник дохода. К тому же это позволило бы диверсифицировать доходы, ведь сейчас они полагались исключительно на текстиль.

Какой-то монополии в этой индустрии у них не было. Далеко нет, они даже не были лидерами рынка, несмотря на то, что их Костюмы разлетались как горячие пирожки. В Сумраке водилось немало пранических зверей, чьи шкуры и шерсть годились для одежды.

Лишь такие вещи, как Костюмы – революционный товар, который можно было надеть и снять за секунду, – могли соперничать с уже развитым рынком, где заправляли гиганты. Проблема заключалась в том, что ткацкие возможности Района Нойкатол пока не поспевали за рыночным спросом.

Занятия Инала привели к появлению целой партии искусных ткачей. Однако они умели обращаться лишь с шерстью бальгатов. Никто из них даже близко не подбирался к телгатовой шерсти. С ней справлялся только Инал.

Однако он был слишком стар для массового производства. Более того, Инал делал всего один Телгатовый Костюм в два месяца, физически не вытягивая большую нагрузку. Это тревожило Мунубунтару, ведь он чувствовал, что Инал сейчас очень стар и ему осталось жить от силы год-два, прежде чем он умрет от старости.

Если бы хоть кто-то один сумел перенять ткацкие навыки Инала, Мунубунтара смог бы спать спокойно. Но, несмотря на все его старания, в их районе не нашлось никого с таким талантом.

— А что насчет премиального рибофона? — спросил Прумайс, нахмурившись, заметив замешательство Мунубунтары. — Ты хочешь сказать… что вы не справитесь?⁠

— Нет-нет, ты не так меня понял, — поспешно замахал руками Мунубунтара. — У нас достаточно умелых ткачей, способных справиться с шерстью телгата.

— Тогда я надеюсь, что вы сможете выполнить наши требования, — сказал Прумайс и озвучил детали сделки, оказавшиеся весьма выгодными. За каждый премиальный рибофон им платили 1500 единиц Биосинтеза.

Скачка в десять раз по сравнению с обычной версией не было, поскольку прибыль с премиальных рибофонов на самом деле оказывалась ниже из-за дорогих материалов, шедших на саму ленту и детали миниатюрного грамофона.

Ожидалось, что качество звука будет просто райским. И всё же оплата в 1500 единиц оставалась выше рыночных расценок за подобную работу.

— За счастливое сотрудничество, — произнес Прумайс и пожал руку Мунубунтаре, переведя тому со своего Человеческого Аватара всю сумму Биосинтеза. Как эмпирейский кабан на 3-й Стадии Жизни, Мунубунтара был вполне способен справиться с таким объемом.

Он принял единицы, переведенные свитой Прумайса, мысленно прикинул итог и кивнул в ответ:

— Всё на месте.

— Разумеется, я в своих расчетах никогда не ошибаюсь, — самоуверенно заявил Прумайс и зашагал прочь.

«Похоже, у меня более чем достаточно единиц, чтобы выплатить жалованье своим людям», – подумал Мунубунтара, провожая взглядом роскошную карету Прумайса, которая быстро удалялась. Еще с пару минут он простоял в тишине, дожидаясь, пока экипаж полностью скроется из виду.

Сразу после этого он без промедления обратился к Вепетаю:

— Нам нужно навестить господина Биналу.

— Да, я уже отправил вестника, чтобы предупредить его заранее, — кивнул Вепетай, сообразивший всё в тот самый момент, когда Прумайс заговорил о премиальных рибофонах. Он действовал на опережение.

Двоица села в карету и отправилась к довольно большому дому, расположенному в одном из Деревьев Декодус, которые служили жилым комплексом. Именно в этом комплексе жила семья Вепетая, что красноречиво говорило о статусе, которого в последнее время добился Инал.

Семья Вепетая занимала четвертый этаж, а Инал жил на двадцатом. Вепетай и Мунубунтара быстро добрались до дома и постучали в дверь.

Будь на месте Инала кто-то другой, Мунубунтара просто вызвал бы его к себе в кабинет. Но с Иналом этот номер не прошел бы по другой причине. Медленно выдохнув, он успокоил себя и кивнул Вепетаю, наблюдая, как тот стучит в дверь во второй раз.

Раздался щелчок, и дверь отворилась. Войдя внутрь, они увидели сморщенного, ослабшего старика, сидевшего на постели. Он как раз пытался подняться – медленно и с заметным трудом. Его лоб покрывала испарина, а сам он изо всех сил старался сориентироваться в пространстве.

Прана в нем едва теплилась, присутствие было слабым. Мунубунтара невольно покосился на ладонь старика: «Его Человеческий Аватар стал еще хрупче, чем раньше».

— Вы в порядке, господин Бинала? — Вепетай поспешил на помощь и бережно поддержал Инала. — Почему здесь с вами нет моей жены? Я же велел ей присматривать за вами.

— У нее есть своя жизнь, помимо помощи этому старому хрычу, — яростно зыркнул на Вепетая Инал. — И если бы не она, я бы уже сдох несколько лет назад. Так что не смей говорить о ней плохо.

— Простите, — инстинктивно извинился Вепетай.

— Все в порядке, я знаю, что ты из лучших побуждений, — Инал криво улыбнулся. — Из ума я еще не выжил.

Затем он уставился на Мунубунтару и усмехнулся:

— Милорд, раз вы притащились сюда лично, значит, работы прибавилось. Но…

Он упрямо покачал головой:

— Я не стану. Вы и так выжали из меня все соки. Я намерен только отдыхать. Больше работать я не собираюсь.

— Ваши навыки нужны, господин Бинала, — произнес Мунубунтара. — Наш город отчаянно зависит от них ради…

— Ааа, к черту это всё! — Голос Инала был слабым, но высокомерным. — О таком не должен беспокоиться тот, кто одной ногой уже в могиле. Сдохну я завтра или нет – невелика разница, так что МНЕ ПЛЕВАТЬ!

— Но… — Мунубунтара разозлился, услышав ответ Инала, но что он мог поделать? Наказать его? Пригрозить смертью? Это не сработало бы.

Он с первого взгляда видел, что состояние Инала ухудшилось, и никто не удивится, если он окочурится уже на следующий день. Сердце Инала стало слишком слабым – сказывалось тяжелое культивирование. Смена Человеческих Аватаров давалась ценой огромных жертв, особенно учитывая, что его изначальное культивирование было высоким до того, как он лишился Духовного Сосуда Стадии Жизни из-за центингера, а позже переключился на Человеческий Аватар Вара.

Его тело уже порядком износилось, отчего он и старел куда быстрее. — Никаких «но»!

— Вы просили меня обучить других, и я это сделал, причем чертовски хорошо, — фыркнул Инал слабым голосом, закашлявшись прямо на полуслове. — У трех моих первых выпусков есть все теоретические знания по работе с телгатовой шерстью, включая необходимые навыки. Они просто недостаточно практиковались.

— Не мне же за них тренироваться, верно? — Инал махнул рукой. — Короче, какая бы новая работа у вас ни была, я за нее не возьмусь.

Он указал на стоящий неподалеку шкаф:

— Я приготовил вам подарок, раз уж в следующем месяце у вас коронация. Возьмите его и сделайте одолжение, убирайтесь.

— Этот старик хочет побыть один в свои последние мгновения.