Искусство Мистической Кости позволяло сородичам Мамонта превращаться в пранических зверей, с которыми они слились на Стадии Тела. Такова была их генетическая особенность. Ей обладали даже дети. Им нужно было лишь вступить на Стадию Тела, чтобы получить доступ к этой силе.

Когда сородич Мамонта превращается в пранического зверя, его истинное тело размещается в пространстве, сформированном внутри его Духовного Сосуда, что напоминает биом. Хотя они были связаны, тело сородича Мамонта и тело пранического зверя различались.

Закон сохранения массы применим даже к Суматре. Когда сородичи Мамонта трансформировались, они задействовали силу биома Эмпирейского Бивня, которая представляла собой эффект, производный от Внутренней Инерционной Графитации.

А когда Брангара поглощал детей Клана Мамонта с помощью Прожорливой Природы, он накапливал их генетические характеристики. В конце концов, питаясь исключительно плотью детей Клана Мамонта и научившись использовать Искусство Мистической Кости, Брангара обрел те же самые особенности.

Его адаптация к этой экстремальной ситуации породила силу Эмпирейского Бивня, связанную с созданием биомов, подобную той, что была у сородичей Мамонта в его теле. В итоге это проявилось в виде Третичной Природы Культиватора.

Именно поэтому Брангара мог принимать две разные формы – человеческую и форму пранического зверя. В его Духовном Сосуде развился биом, в котором в любой из этих форм хранилось одно из его тел.

У сородичей Мамонта это было особенностью. Вот почему каждый раз при трансформации расходовалось соответствующее количество Праны: их Духовные Сосуды сужали или расширяли находящееся внутри пространство, чтобы изрыгнуть тело или втянуть его обратно.

Но в случае Брангара эта особенность превратилась в Природу, в результате чего биом поддерживался в своем максимальном размере, с достаточно широкой дверью, чтобы втягивать и выталкивать его форму пранического зверя. Вот почему у него не было никаких затрат Праны на трансформацию, ведь пространство в его Духовном Сосуде не должно было меняться.

Брангара довел силу Внутренней Инерционной Графитации до другой крайности, что привело к возникновению Природы Культиватора. Именно это и стало истинной причиной его безумия.

Подобно Природе Оружиелизации, Культиватор также был Природой, тесно гармонирующей с Эмпирейским Бивнем. Из-за этого Брангара стал восприимчив к влиянию Эмпирейского Бивня, подобно тому как сородич Мамонта Вирала поддавался влиянию Ганналы.

Вот почему чем больше Природ Внутренней Инерционной Графитации было в его Астральной Карте, тем сильнее оказывалось влияние на Брангару. Его Третичная Природа Культиватора создала большой проем, который проводил влияние Внутренней Инерционной Графитации в его сущность.

Именно это ближе к концу Хроник Суматры привело к тому, что он стал еще большим Эмпирейским Бивнем, чем сам Эмпирейский Бивень. Вот почему, как бы сильно он ни хотел сохранять рассудок, Брангара приходил в ярость в тот самый момент, когда замечал Эмпирейского Бивня.

Но теперь Культиватор трансформировался в Прожорливого Культиватора. Именно поэтому Небесный Кабан лучше контролировал свои эмоции. Лишь Ганнала способна была вызвать у него сильную реакцию, да и то в определенных пределах, как она заметила в Королевстве Захара.

Когда ее семье угрожала опасность, он смог проглотить свою ненависть к Ганнала и отправить тело ей на помощь. Если бы его Природой был не Прожорливый Культиватор, а просто Культиватор, он бы обоими телами неустанно преследовал Ганналу.

Когда она столкнулась с ним лицом к лицу, для Ганналы все встало на свои места, позволив ей понять процесс, посредством которого Брангара породил Природу Культиватора, и то, как она могла сделать то же самое с помощью Внутренней Инерционной Графитации.

Тогда ее взгляд на Иналу изменился, и она стала смотреть на него с еще большим благоговением. Природа Культиватора, которой она обладала, могла казаться похожей на брангаровскую, но по своей сути они были совершенно разными.

Ее Культиватор происходил от сородичей Кутера. Этот эффект достигался, когда Тонкое Доминирование на Местности доводилось до крайности. Вот почему, когда она проникала в слот Природы кого-либо и высвобождала влияние своей Природы Культиватора, те обретали человеческий облик.

Тонкое Доминирование на Местности создавало пространство, в котором хранилось это тело. Конечный результат обеих Природ Культиватора был одинаков, но пути их достижения не могли быть похожи.

Ганнала не стала исследовать Природу Культиватора Мароппы, так как у нее не было на это времени, да и нужного она уже добилась, постигнув механизм своей Природы Культиватора и таковой у Брангары.

Сила, которую она жаждала заполучить, заключалась в самом принципе создания Оружиелизации и Культиватора. В ней определенным образом задействовались Искусство Мистической Кости и Внутренняя Инерционная Графитация, что таило в себе огромный потенциал.

Она внедрила себя в слот Природы Эмпирейского Зингера – со Вторичной Природой Тонкого Доминирования на Местности. Это позволило ей лучше контролировать тело Вирала и останавливать этот процесс в любой точке по своему усмотрению.

Только Вирал, обладавший Природой Оружиелизации Мистического Ранга, идеально поддавался ее влиянию. Любой другой, даже обладая Природой Оружиелизации Золотого Ранга, не оказался бы под ее абсолютным контролем, что привело бы к оплошностям во время процесса.

Даже малейшая заминка обернулась бы взрывом изнутри. Не будь у нее сородича Мамонта Вирала, Ганнала ни за что не осмелилась бы на подобное.

У нее ушло на это несколько дней, по истечении которых она уставилась на Природное Оружие в своей руке, обрекшее теперь Природу Внутренней Инерционной Графитации Мистического Ранга. Честно говоря, стоило ей объединить это с талантливым сородичем Мамонта, как тот превратился бы в настоящую машину для убийств.

Но этого было мало, ведь ее цели простирались далеко за эти пределы. Получив Природу Внутренней Инерционной Графитации Мистического Ранга, Ганнала принялась заново порождать ее, добравшись до Природы Оружиелизации Мистического Ранга – на этот раз у нее ушло чуть меньше двух дней.

Она повторяла этот процесс, непрерывно меняя форму Природного Оружия Вирала и используя свое влияние, чтобы соответствующим образом перестраивать его разум. А когда требовалось, она применяла Танец Восстановления, чтобы вернуть его в человеческий облик.

Сразу после этого она пускала в ход Танец Уничтожения, превращая его обратно в Природное Оружие, и замыкала круг. Она повторяла это изо дня в день, с улыбкой отмечая, что состояние Вирала ничем не отличается от жизни на грани.

Она поддерживала этот процесс больше года, то и дело наказывая нервничающим сородичам Мамонта сидеть смирно, пока она не закончит. Поскольку те передали ей Сокровищницу Мамонтов, перечить ей они не смели.

Она могла делать с Сокровищницей Мамонтов все, что вздумается, поскольку это стало ее обязанностью. И под ее непрерывными уговорами сородичи продолжали отсиживаться в укрытии, завершая приготовления к путешествию сквозь Песчано-Серую Пустошь.

Они строили гигантский корабль, материалами для которого служили исключительно бивни Эмпирейских Бивней. Мароппа вливала в него свою силу, стабилизируя конструкцию с помощью трех кусков Суматрского Золота, которые завалялись у Орахи.

Они бесшовно соединили корабль с Духовным Оружием Мароппы, гарантируя, что тот без проблем выдержит испытание Песчано-Серой Пустошью. Поскольку строительство было сложным, оно требовало времени, даже несмотря на совместные усилия всех Эмпирейских Бивней, Раахи, Мароппы и Орахи.

В результате они могли подождать, пока Ганнала завершит свое дело. И спустя год пребывания в экстремальном состоянии в форме Природного Оружия Вирала произошли изменения.

Вторичная Природа – Внутренний Производный Очиститель!

У сородича Мамонта Вирала была лишь Вторичная Природа, а слоты Первичной и Третичной Природы пустовали. И теперь, благодаря тому что его держали на грани, где его Природа непрерывно чередовалась между Внутренней Инерционной Графитацией, Оружиелизацией и Культиватором, он постепенно адаптировался, породив совершенно новую Природу, чьей силой были изменения.

Внутренний Производный Очиститель был способен извлекать Природы из сущности Эмпирейского Бивня. В этом заключалась его сила. Будучи Природой Мистического Ранга, он обладал мощью совершенно иного уровня. Поскольку все сородичи Мамонта несли в себе гены Эмпирейских Бивней, в зависимости от качества и концентрации этих генов Внутренний Производный Очиститель мог сконденсировать в них Природу, связанную с характеристиками Эмпирейского Бивня.

Оружиелизация, Культиватор, Внутренняя Инерционная Графитация, Эмпирейский Инкубатор, Мистическая Кость, Фонарь Хранения и так далее.

Тем не менее сородич Мамонта должен был сперва обладать Природой Внутреннего Производного Очистителя. К тому же эта Природа была одноразовой, подобно Игольной Мине – Природе Пеллов!

Стоило ее использовать, как она преобразовывала характеристики в Природу и исчезала. Пользователю также требовались необходимые знания, иначе она не сконденсировала бы никаких Природ и просто пропала бы впустую.

Это было чудовищной расточительностью для Природы Мистического Ранга – сделать ее одноразовой. Однако Ганнала планировала сделать ее частью Великого Сокровища Арсенала, чтобы использовать без каких-либо проблем.

Успешно создав задуманную Природу, она сосредоточилась на Великом Сокровище Арсенала, активировав Тонкое Доминирование на Местности. Постепенно она пропитала своим влиянием Великое Сокровище, на что у нее ушло более восьми месяцев.

После этого она выделила Природу Конденсации Мыслей, вплавленную в Великое Сокровище Арсенала, и с помощью Тонкого Доминирования на Местности стала стирать ее по кусочку, проявляя предельную осторожность, чтобы не повредить само Великое Сокровище.

Бум!

Сокровищница Мамонтов загрохотала, так как заключенное в ней влияние Великого Сокровища Арсенала хлынуло наружу. Постепенно оно сформировало волну и вошло в Великое Сокровище Арсенала, призванное восстановиться от нанесенного ему ущерба.

«Мне нужно закончить побыстрее», – думала Ганнала, с чьего лба градом катился пот, усиливая концентрацию. Ущерб, который она наносила Великому Сокровищу, мог исцелиться по мере поглощения его собственного влияния из Сокровищницы Мамонтов.

Но в тот момент, когда оно впитает все влияние, которое источало на Сокровищницу Мамонтов на протяжении двенадцати тысячелетий, оно уже не сможет восстановиться. Поэтому ей нужно было завершить процесс до того, как это произойдет. Иначе Великое Сокровище Очистителя будет повреждено безвозвратно.

«Быстрее! Быстрее!» – думала она, черпая колоссальные объемы Праны из своих биомов для использования Тонкого Доминирования на Местности, держа в уме объем оставшейся работы и количество влияния Великого Сокровища, все еще хранившегося в Сокровищнице Мамонтов.

— К лучшему это… или к худшему? — Рааха уставился на фигуру рушащейся Сокровищницы Мамонтов, тяжело вздыхая, поскольку больше ничего не понимал. Никогда еще он не чувствовал себя столь неуверенно в роли Вождя Клана Мамонта.

Изначально он был уверен в себе, ведь с того самого момента, как он занял пост Вождя Клана Мамонта, Кабаний Владыка не убил ни единого Эмпирейского Бивня. Однако после слияния появилось слишком много переменных.

Хотя он изо всех сил старался держать все под контролем, ситуация вышла из-под его власти. Мощь переменных и Брангары росла по экспоненте, в то время как сам он оставался на месте.

И в тот момент, когда он объявил о решении бежать с Континента Суматра, он полностью утратил веру в себя. Вот почему он ни капли не возражал против идеи передать свою силу Золотого Эмпирейского Щупальца. Он чувствовал, что больше не подходит для этой задачи.

«Больше ничего не знаю. Будь что будет», – с обреченным видом подумал он, усевшись со скрещенными ногами на пол и наблюдая, как Сокровищница Мамонтов продолжает рушиться. Множество лучей света вырвалось сквозь обломки, проникая в тела Эмпирейских Бивней в соответствии с их сродством.

Ганнала уже заранее определила, какие Эмпирейские Бивни сольются с Малыми Сокровищами из Сокровищницы Мамонтов. Эмпирейские Бивни со сложным выражением вглядывались в рушащуюся Сокровищницу Мамонтов, чувствуя себя недостойными владеть силой Малого Сокровища.

Наконец, спустя два года после того, как она вошла в Сокровищницу Мамонтов, Ганнала вышла наружу посреди развалин ныне обрушившегося хранилища. Ее шатающаяся походка выдавала крайнюю усталость, но на лице сияло безграничное ликование.

Она медленно подошла к Вхалле и схватила ее за руку:

— Пожалуйста, следуй знаниям, которые я передаю в твой разум.

— Хорошо, — Вхалла не стала сопротивляться и впитала информацию, высекаемую Ганналлой на ее скелете. Ее глаза шокированно расширились, когда из Ганналы выплеснулся и влился в нее прожорливый поток силы, занявший слот ее Третичной Природы.

— А теперь следуй инструкциям, — произнесла Ганнала уставшим голосом, однако в ее глазах полыхало безумное сияние. «Полагаю, генетика не врет. Больше всего я восторгаюсь созданием новых концепций, совсем как Инала».

Когда Вхалла последовала инструкциям из своего Костяного Осколка и активировала Природу Внутреннего Производного Очистителя в слоте Третичной Природы, ее Первичная Природа Внутренней Инерционной Графитации ожила, вытягивая колоссальные объемы ее Праны.

Та постепенно сконцентрировалась в слоте Третичной Природы, заняв положенное место, по мере того как эффект Внутреннего Производного Очистителя полностью истощился.

Третичная Природа – Культиватор!

— Э-Это? — Вхалла остолбенела от абсолютного шока, не в силах постичь, как всего за пару минут ей удалось сконденсировать Природу, да еще какую – Природу Культиватора. Инстинктивно она осознала, что теперь способна совершенствоваться на Стадии Жизни, свободно переключаясь между человеческой формой и формой пранического зверя даже без помощи Ганналы.

Вхалла застыла статуей, пытаясь осознать случившееся. Тем временем Ганнала приблизилась ко 2-му Эмпирейскому Бивню, Рханалле, и схватила ее за руки:

— Следуй моим инструкциям.

Несколько минут спустя Рханалла замерла изваянием, точь-в-точь как Вхалла. Но, не обращая внимания на эту парочку, Ганнала подошла к 3-му Эмпирейскому Бивню и схватила ее за руку:

— Следуй моим инструкциям.

— Следуй моим инструкциям.