Паря в небе в виде грозовой тучи, Геугеу всё это время наращивал силу. Из-за Часа Смерти клубы бурных испарений вырывались из Дралхского Моря и поднимались прямо к небесам.

Это создало достаточно прочную основу для того, чтобы Геугеу мог черпать энергию: из-за непрерывного накопления кинетической энергии сквозь эти стены то и дело вспыхивали молнии и гремел гром. — Быстрее! Старый ублюдок! Быстрее!

Каждый раз, когда он видел гибель своих Божеств, он с укоризной ревел от злости. К несчастью для него, его привычные удары молний уже не обладали достаточной мощью, чтобы ранить тело Небесного Кабана.

Даже Эмпирейские Луцианы были способны навредить ему лишь объединив усилия. И несмотря на это, всё, чего они добивались, – это лёгкие увечья, от которых он мог оправиться, получив всего пару минут на передышку.

Но на их стороне уже было десять погибших. Из изначальных 52 Эмпирейских Луцианов в строю осталось только 42. И чем дольше это продолжалось, тем хуже становилось их положение, ведь оставалось всё меньше Эмпирейских Луцианов, способных объединить силы.

Более того, они смогли получить существенное преимущество лишь благодаря Часу Смерти. Если они упустят этот момент и Брангара выживет, они обречены. Холодный Душ, следующий за Часом Смерти, уже не даст им такого преимущества, как сейчас.

А когда пройдет и он, Эмпирейским Луцианам придется вернуться к обычным атакам, которые и раньше-то не слишком помогали против него. Теперь же, когда тот задействовал две Природы Тонкого Доминирования на Местности, они станут вовсе бесполезны.

Поэтому у Геугеу оставался лишь один шанс, и он должен был рассчитать всё идеальным образом, чтобы обрушить удар на Брангара. «Быстрее! Быстрее! Черт возьми! Быстрее!»

По мере того как он втягивал энергию из окружающей среды, количество разрядов молний, проносящихся сквозь его грозовую тучу, увеличивалось. Каждая молния, пролетавшая мимо радиуса действия его Духовного Оружия, затягивалась в грозовую тучу за счет противоположных зарядов, пополняя его запасы.

Его тело, находившееся в форме Духовного Оружия, начало получать повреждения, поскольку количество молний превысило его способность с ними справляться. Геугеу не обращал на это внимания, лишь моля о том, чтобы прожить достаточно долго и успеть выплеснуть всё накопившееся: «Я оказался никчемным Главой Клана Кутер!»

Он бросил яростный взгляд на Брангара: «Я не смог приспособить Клан Кутер к этим меняющимся временам. В то время как все силы стремительно наращивают мощь, наш прогресс плетется с той же черепашьей скоростью, что и в прошлом».

— По крайней мере, перед своей никчемной смертью я совершу одно доброе дело! — взревел он, и стоило ему сделать Брангара своей целью, как грозовая туча начала стремительно расширяться. Прана, которую он распределил по ней, гарантировала, что высвобожденный разряд молнии поразит цель, даже если сам он погибнет до этого.

«Этот ублюдок…!», – Брангара уже было смирился с мыслью о смерти, когда заметил действия Геугеу. «Он тоже готовит абсолютную атаку. Черт побери!»

— Да гори оно всё синим пламенем, — прорычал он, заметив врезавшиеся в него три плазменных луча, которые стремительно проплавляли его тело насквозь.

— Сдохни! — завопил Геугеу, сжигая все десять своих тел и превращая всё свое существо в Прану, которая обратилась молнией. Грозовая туча разорвалась, выплеснув всё накопленное в виде мощнейшего разряда молнии толщиной в двести метров.

Молния ударила в Брангара первой, стремительно проплавляя его плоть и сковывая тело параличом. А из-за колоссальной ширины атаки, даже если бы он разделил свои тела, он всё равно остался бы в пределах этого смертоносного луча.

Именно поэтому Геугеу так долго заряжал удар. Он стремился сгустить молнию, толщина которой превышала 180 метров. Пожертвовав ради этого собственной жизнью, он сумел высвободить атаку, достаточную, чтобы поставить Брангара на грань смерти.

Плазменные лучи Эмпирейских Луцианов довершат начатое, испарив парализованные тела Брангара. Теоретически, это было их сильнейшее нападение на Брангара. По крайней мере, на бумаге.

В конце концов, они не читали «Хроники Суматры» и потому не знали, что, оказавшись на волосок от смерти, Брангара раскрывает свою истинную силу.

Как только молния Геугеу ударила в Брангара, из небес вырвался луч света, казавшийся бесконечным. Вокруг Брангара образовалась пустота – абсолютный домен, где его воля была законом. Весь массивный сгусток молнии, выпущенный Геугеу, свернулся крошечной змейкой и опустился на его протянутую ладонь.

Выражение лица Брангара в форме Небесного Кабана было таким, будто он наелся дерьма, и это несмотря на то, что он только что высвободил абсолютную мощь, посеявшую волны отчаяния в сердцах Эмпирейских Луцианов.

Астральный Мир – Тонкое Доминирование на Местности X8!

Из его головы валил пар из-за бешеной скорости, с которой его мозг – работавший на два слоя – обрабатывал информацию, воздвигнув столь мощный домен.

Три плазменных луча сжались в плотные сферы под давлением его воли благодаря силе Тонкого Доминирования на Местности, умноженной в восемь раз. «Моя логика в „Хрониках Суматры“ была безупречна. Независимо от того, насколько сильны мои противники или какие интриги против меня плетут, мне нужно лишь активировать достаточно Природ Внутренней Инерционной Графитации, чтобы безжалостно их уничтожить. Ожидаемо, это справедливо и для Тонкого Доминирования на Местности».

Более того, в отличие от своего альтер-эго Эмпирейского Короля Кабанов, который использовал Природы в их эмпирическом состоянии, Брангара смог собрать массу информации через Астральный Мир, что позволило ему еще эффективнее раскрыть потенциал своих Природ.

Будучи Осязаемыми Природами, все они были живы и обладали теми же данными, что и при жизни. Просто слепо полагаясь на это, Брангара сумел воздвигнуть этот абсолютный домен, используя всего восемь Природ Тонкого Доминирования на Местности.

Обдай он такой силой во время Второй Великой Катастрофы, он смог бы сравнять с землей весь Регион Атрибутов вместе со всеми, кто встал у него на пути. «Значит, вот что значит обладать абсолютной властью».

Текущая сила, высвобождаемая Брангаром, уступала разве что его версии из финала «Хроник Суматры». Для него это было более чем исчерпывающей информацией. Ведь если что-то было способно убить Эмпирейского Бивня, это же самое было одинаково эффективно и против Эмпирейского Луциана.

— Молитесь, чтобы ваших Природ хватило, — бросил он яростный взгляд на охваченных ужасом Эмпирейских Луцианов и щелкнул пальцами, из-за чего змеящаяся молния разветвилась на 42 разряда, каждый из которых поразил по одному Эмпирейскому Луциану. — Иначе мне придется переключиться на ваши остальные ответвления.

Молния парализовала их, а Брангара сжал руку в кулак, спрессовывая три плазменных сферы в 360 – метровый меч. Толкнувшись ногами, он стремительно ринулся сквозь толщу воды, движимый Тонким Доминированием на Местности.

Его силуэт мелькнул мимо Эмпирейского Луциана, и взмах плазменного меча начисто снес тому голову. С этого момента на завершение битвы ушло всего две минуты.

— Вкуснотища!

— Этот вкус стоит того, чтобы за него умереть! — Брангара применил Кровавую Привязанность, чтобы притянуть к себе тела Эмпирейских Луцианов, дергая за кровь внутри их тел, а затем воспользовался Тонким Доминированием на Местности, чтобы сжать их настолько сильно, насколько позволяли его нынешние возможности.

Все Осязаемые Природы Сдвиговых Крыс, сдвиговых муравьев и бладдеров спрессовались возле его тела. Поскольку они были крошечными, они легко могли забраться на него и умоститься у него на плече.

Находясь в пределах досягаемости его Духовного Оружия, он мог продолжать подпитывать их Праной, не давая им рассеяться. А когда возникала необходимость, он мог вернуть их обратно в Астральный Мир – если освобождался слот – и продолжать пользоваться их силами до тех пор, пока не деактивирует.

Один за другим он пожирал сердца Эмпирейских Луцианов, расплываясь в ликующей улыбке при виде того, какое колоссальное количество Осязаемых Природ Эмпирейских Луцианов появилось в его Астральном Мире.

44 Осязаемые Природы Эмпирейских Луцианов!

Это был небымаверный улов, уровень мощи, которым он никогда прежде не обладал. Однако, как бы велик ни был этот улов, его сердце безумно ныло, ведь он активировал сразу восемь Природ Тонкого Доминирования на Местности. — Черт возьми! Я же хотел победить без их использования!

— Потерял целых восемь штук! — С одной стороны, он наслаждался вкусом, пожирая сердца Эмпирейских Луцианов. Но с другой стороны, он сокрушался о впустую потраченных столь имбовых Природах.

— По крайней мере, я могу воздать им должное! — вздохнул он, приближаясь к морскому дну и используя силу Тонкого Доминирования на Местности, чтобы изменить форму коренной породы и создать гигантскую чашу радиусом в двадцать километров.

На эту задачу у него ушло менее двух часов: стены чаши поднялись на сто метров над уровнем моря. Вода внутри окрасилась в красный цвет, поскольку Брангара перетащил туда все тела Эмпирейских Луцианов.

И это было еще не все. Чтобы избежать любых потерь, он применил Кровавую Привязанность, чтобы собрать до последней капли всю кровь Эмпирейских Луцианов, пролитую в этом районе, и вылил ее внутрь чаши. Теперь он мог не спеша наслаждаться трапезой, не беспокоясь о том, что что-то пропадет зря.

— Каждый кусочек на счету! — Брангара произнес короткую молитву, прежде чем наброситься на плоть Эмпирейских Луцианов!