Кристальный стержень, который Гудора создал из последних сил, оказался недостаточно мощным, чтобы пробить стены из Пранических Бомб.

В тот же миг, как они соприкоснулись, вся заключенная в нем Прана поглотилась, так что кристальный стержень не смог даже оставить царапину на стенах Пранической Бомбы. В итоге, несмотря на то, что он идеально подошел по размеру и занял ровно весь диаметр ямы, под собственным весом Гудоры стержень начал медленно соскальзывать вниз.

Одного трения не хватало, чтобы удержать стержень на прежней глубине.

Гудора был не дурак, а потому, как только он понял, что кристальный стержень проваливается все глубже из-за лишнего веса, он разжал руки, отпуская труп, и с глухим звуком тот рухнул на дно ямы.

— Гнусная тварь! Он оставил ловушку, которая должна была сработать после его смерти.

Чего он не знал, так это о существовании двух Суматрских Зингеров. Первый находился прямо в желудке марионетки Инала, а второй – внутри фальшивого Суматрского Зингера.

Тот, что сидел в желудке, погиб от внезапной атаки Гудоры. Но поскольку второй, находившийся в теле бутафорского Суматрского Зингера, был жив, он подчинялся его приказам. Как только Гудора приземлился на землю, эта тварь применила Искусство Мистической Кости, превратив почву под ним в труху, из-за чего та провалилась прямо в яму.

Однако, поскольку яма целиком состояла из Пранических Бомб, эта участь постигла бы и самого зингера, ведь Инала рядом не было, чтобы сделать его неуязвимым. Поэтому, чтобы избежать лишних проблем, он покончил с собой.

Опустив труп, Гудора заметил, что скольжение замедлилось, но всё еще продолжалось:

— Черт побери, и что мне делать?

У него больше не осталось Праны. Даже если бы он сжег мускулы своего тела ради новой энергии, ее бы сожрало в тот же миг, как созданное им творение коснулось бы стен ямы.

Поскольку мощи не хватило бы, чтобы пробить стены насквозь, он просто повторил бы текущую ситуацию.

Может, если бы он сжег не просто мускулы, а саму жизненную силу, ему бы и хватило Праны на стержень, способный дотянуться до самого верха. Тогда он смог бы выкарабкаться. Но это было слишком рискованно.

В конце концов, это означало бы, что он умрет через считанные дни. Кто тогда станет присматривать за Эллора-Сити? Его сын еще не набрался опыта для такой ноши.

Будь жив старший сын, Гудора не стал бы переживать. Как будущему Лорду города, старшему передали все знания Гудоры, и особенно те тайны, что бережно хранил их род.

Но младший не знал всего, и в этом заключалась проблема. А значит, Гудора должен был прожить достаточно долго, чтобы вдолбить всё необходимое в голову младшего сына.

Он приберег свой козырь напоследок и стал ждать, пока сын вытащит его.

Глухой стук! Бах!

Внезапно по всему Эллора-Сити прокатились раскаты грохота, заставив его встревожиться. Затем он услышал знакомые визги:

— Ч-что? Какого хрена они здесь забыли?

В Эллора-Сити ворвались самки центингеров. Их нельзя было в этом винить, ведь все самцы, за которыми они присматривали, откинули коньки. Оттого те и бесновались в ярости.

Пока жив хотя бы один самец, им было бы плевать, и они остались бы в стороне. Но раз не выжил никто, все самки центингеров, сторожившие Эллора-Сити, бросились сюда, жаждая мести.

Увидев, что в живых не осталось никого – ни людей, ни центингеров, – они взревели от злости и выместили всю свою ярость на зданиях, сравняв всё с землей. И без того лежавший в руинах город превратился в ровную площадку.

«Сын! Прячься как следует!» – молился Гудора, осознав случившееся. Однако мгновение спустя он понял, почему сын до сих пор не пришел ему на помощь: «Он прячется на ферме Королевского Дерева Паруте. Это место достаточно глубокое, и стоит закрыть вход, как ценнгеры не смогут его учуять».

«Хорошо!» – на душе у него отлегло. — «Как только центингеры уйдут, он вернется и спасет меня. А до тех пор я обязан выжить».

Он быстро огляделся по сторонам, разглядывая обломки, рухнувшие в яму вместе с ним. Расколотый костяной столб и тонкий слой поверхностной почвы были частью этого мусора.

Гудора торопливо перетащил их, соорудив для себя небольшое укрытие, чтобы спрятаться внутри. Снаружи это ничем не отличалось от обычной груды щебня. Вход он устроил сбоку, лицом к стене ямы, а залезши внутрь, заткнул лаз телом марионетки.

Так его присутствие оставалось незамеченным.

Две минуты спустя разъяренная самка центингера заглянула в яму, уловив здесь самые свежие следы битвы. Она выпустила внутрь свою Прану и поморщилась, когда та растворилась в стене.

Не обращая внимания на поглощение, тварь просто влила еще больше Праны, доставая до самого дна. Всё, что зафиксировали ее органы чувств, – это груда обломков да чей-то труп. Она не могла пропитать Праной труп, поскольку тот лежал слишком близко к стенам, из-за чего те поглощали всю энергию.

К тому же завал казался слишком плотным и монолитным, что также мешало ее Пране прощупать то, что скрывалось под поверхностью.

Самка центингера жаждала хоть на чем-то сорвать злость, поэтому она проторчала там несколько часов, не желая сдаваться. Она выплеснула столько Праны, что со временем стены ямы просто перестали ее впитывать.

Но даже так она ничего не нашла. А поскольку стены прекратили поглощать Прану, самка центингера потеряла к этому месту всякий интерес. Напоследок она полоснула когтями по верхним краям стен, оставляя глубокие царапины.

Оставшись недовольной, она ушла вместе с остальными центингерами. В Эллора-Сити не осталось стоять ни единого обломка. Нет, теперь это была просто ровная равнина, где всё некогда стоявшее там оплавилось донельзя.

Через некоторое время расплавленная масса затвердела, образовав толстый слой поверх городской земли и создав новую поверхность. Единственной причиной, почему эта дрянь не затекла в яму, было присутствие центингера, который караулил там в надежде найти хоть кого-то живого.

Центингеры ушли, оставляя следы на новом покрытии и направляясь к ближайшему городу. Местные самки непременно поднимут шум, ведь из-за них вырастет конкуренция за право еще сильнее завести самцов, но в конце концов это уже не имело значения.

Спариваться со всеми ними будет лишь один самец центингера.

Изначально Эллора-Сити был обречен пасть лишь во время второй волны атак самцов-зингеров, желавших набрать побольше очков до конца сезона спаривания. Он продержался бы еще два месяца.

Но теперь его стерли с лица земли раньше времени. Другим городам не выстоять и этих двух месяцев, поскольку на защищающих их людей ляжет куда большая нагрузка.

Час спустя Гудора вылез из кучи щебня, вопя:

— Я… здесь!

[NO_CHANGES]

Сейчас я пишу исключительно из чистой страсти и энтузиазма (и это единственная причина, почему я могу выдавать по три главы в день). Я мечтаю однажды стать профессиональным писателем. Когда это случится, я смогу выпускать вторую новелку, такую же веселую, как эта (и с тем же графиком в 3 главы в день).

Чтобы это произошло, я надеюсь привлечь к новелле больше внимания (сейчас дела идут неплохо, но недостаточно, чтобы бросить основную работу). Я очень рассчитываю на вашу поддержку. Большое спасибо!!