— Уф… блин… мать твою! — проворчал Инала, не в силах даже пошевелиться. Удар Виралы раздробил ему правую ногу. Боль достигла такой интенсивности, что мозг просто отключил все сенсорные сигналы.

Теперь он безвольно лежал на полу, онемев от шока. Раздраженно скосив глаза на дверь, он подумал: «Ублюдок сломал дверь».

Тут-то он и заметил фальшивые грязевые перегородки, разделявшие его комнату на две части. В секции побольше хранилось всё, над чем он работал. Секция поменьше была пустой – она предназначалась исключительно для встреч с Греххой и варки для него тоника Грязевой Гадюки.

Сейчас он лежал на полу именно в маленькой секции. Инала собирался разобраться, что же произошло под конец его визита к бабушке Ойо. Но сначала нужно было залечить раны. «Кое-какой тоник Грязевой Гадюки у меня припасен внутри».

Выпив его, он сможет хотя бы сосредоточиться на исцелении. Имея в распоряжении двадцать единиц Праны, он справится с этими повреждениями всего за пару недель – при условии, что не будет перенапрягаться и усугублять свое состояние.

Инала пустил Прану в кусок кости, вплавленный в фальшивые грязевые двери, собираясь их открыть. Створки разъехались в стороны, как обычно, заставив его с усмешкой бросить:

— Вирала, этот слабак… У него даже силенок не хватило открыть…

Его слова оборвались на полуслове. При помощи костяного шара он с грохотом захлопнул вход в комнату. Тот же шар заставил Грязевую Гадюку выплюнуть грязевой шар прямо во входной проем, наглухо запечатав дверь.

— Какого хрена это значит… Ойо? — ошарашенно пробормотал он. По идее, стены в большой секции комнаты должны быть сплошь заляпаны застывшей глиной. Там вечно творился беспорядок из-за его экспериментов.

Но сейчас здесь было чисто до блеска. Вся комната зияла пустотой – если не считать связанной Грязевой Гадюки.

Всё, что он создал и накопил здесь, испарилось. Крупные пласты застывшей глины, различные сорта глины, четыреста плодов Паруте, выданные ему в качестве платы, и, самое главное, вся его комедийная труппа Иналы – всё исчезло.

Уже впадая в отчаяние, Инала заметил слабый блеск за спиной Грязевой Гадюки. Свернувшись кольцами на полу, она занимала изрядную часть угла и теперь в бреду слегка подергивалась, отходя от полученного урона.

При каждом ее движении позади проступало что-то еще. — Быть не может…

Не сдерживая охватившего его волнения, Инала костяным шаром оттолкнул Грязевую Гадюку в сторону, чтобы получше разглядеть то, что она прятала.

Перед ним во всей красе предстал предмет, формой напоминавший четырехэтажную пагоду-фонарь. Вход в него представлял собой круглое отверстие, достаточно широкое, чтобы туда пролезла человеческая рука. Увидев его, Инала взволнованно пробормотал:

— Фонарь Хранения!

Фонари Хранения были пространственными кольцами Суматры. Этот артефакт производился исключительно Клана Мамонта. Торгуя именно Фонарями Хранения, Клан Мамонта вел дела со всевозможными человеческими королевствами и империями на своем пути.

В своей основе Клан Мамонта был торговым кланом, а Фонари Хранения – их главным товаром.

Силу Пранического Зверя называют Первичной Природой. У Грязевых Гадюк Первичной Природой был Грязевой Шар. Именно поэтому они плевались грязью в своих жертв. Все их действия сводились к тому, чтобы точнее поразить цель грязевыми шарами.

Точно так же Первичной Природой Эмпирейского Бивня являлась Внутренняя Инерционная Графитация. По всему его огромному телу существовали гравитационные поля, причем каждое действовало в своей зоне и с разной интенсивностью. Именно это поддерживало колоссальную тушу Эмпирейского Бивня, которая в противном случае просто не смогла бы существовать.

В конце концов, масса живого существа длиной более километра была такова, что оно неминуемо рухнуло бы под собственным весом. Закон куба-квадрата гарантировал, что подобный монстр выжить не способен. Первичная Природа Эмпирейского Бивня превращала это невозможное существо в реальность.

Утверждают, что кости Эмпирейского Бивня на удивление хрупкие.

Гравитация служит им связующим звеном, удесятеряя прочность ровно настолько, чтобы выдерживать его горную массу. Самая мощная сила этой гравитации сосредоточена в его бивнях, ведь именно они служат оружием Эмпирейского Бивня против врагов.

Когда бивни Эмпирейского Бивня отрастали слишком сильно и их концы тупились, сородичи Мамонта срезали излишки, чтобы поддерживать их остроту.

Затем отрезанные части бивней обрабатывали при помощи Искусства Мистической Кости, придавая им форму фонаря и одновременно усиливая заключенную внутри гравитацию. В конце концов наступал момент, когда гравитация становилась настолько мощной, что начинала искривлять пространство.

В результате внутри Фонаря Хранения образовывалось обширное пространство. Чтобы положить предмет внутрь или достать его, в артефакт требовалось влить Прану, деактивируя действовавшую в нем Первичную Природу. После этого Фонарь Хранения увеличивался в размерах, вырастая ровно настолько, насколько требовалось для внутреннего объема.

Тогда предметы можно было поместить внутрь через входное отверстие. Как только артефакт активировался, вступала в силу Первичная Природа: Фонарь Хранения уменьшался в размерах, и его можно было носить прямо в руке.

Более того, благодаря свойству внутренней инерционной графитации, сколько бы веса ни находилось внутри Фонаря Хранения, человек, который его несет, не чувствовал никакой тяжести. Разумеется, стоило деактивировать Первичную Природу, и Фонарь Хранения возвращался к своему исходному размеру, обрушивая на владельца всю свою реальную массу.

Именно поэтому, когда кто-то активировал его, артефакт обычно ставили на землю.

Инала задействовал Духовное Оружие, подтянул Фонарь Хранения и активировал его. «Судя по тому, что он выглядит как четырехэтажный, внутри него четыре кубических метра пространства».

«К счастью, высоты здесь хватает», – с облегчением выдохнул Инала, глядя в потолок. Высота от пола до потолка составляла целых шесть метров, так что вертикального пространства было предостаточно. С помощью Духовного Оружия он придвинул артефакт к себе и поднес указательный палец, чтобы коснуться его.

«Какого чёрта… почему это уже мое Духовное Оружие?» Духовный Фонарь уже был обработан так, чтобы нести его отпечаткок. Он стал его Духовным Оружием, а значит, доступ к нему имел только он сам. «Это она сделала за меня?»

Поскольку бабушка Ойо контролировала его тело, она вполне могла сотворить нечто подобное. Его сердце затрепетало: Фонархи Хранения стоили безумно дорого, особенно четырехэтажные.

7600 Паруте!

Такова была их текущая рыночная цена, и ему преподнесли такую вещь. «Если бы мне выдали ее стоимость плодами Паруте, я бы уже достиг своей цели».

Он на мгновение вздохнул, но тут же загорелся энтузиазмом. Раз ему подарили столь дорогущую вещь, на то была веская причина. Затаив дыхание, Инала влил в артефакт Прану и деактивировал Фонарь Хранения, наблюдая, как тот увеличивается в размерах, достигая четырех метров в высоту.

Используя Духовное Оружие, он открыл первый этаж и остолбенел от увиденного.