— Какая же ты грубая! — возмутилась крошка Ганнала. — Почва дома такая пресная. Мне нужно что-то вкусное и питательное. Принеси мне чего-нибудь из-за пределов этого региона.

— Снаружи опасно, — Инала сгустил Прану на ладони и не расслаблялся ни на секунду. — Твой старик оттуда целым не вернется.

— Уа-а-а! — крошка Ганнала залилась слезами, а Инала тем временем быстро возвел вокруг них Бомбу Жизни, чтобы посторонние не услышали ее крики. — Папа! Ты вредина!

— Зачем ты вообще меня родил, если не можешь побаловать? — она ревела в три ручья секунды две, пока не вспомнила образ из памяти Инала:

— А…

Крошка Ганнала сникла:

— Точно, ты же хотел меня убить.

— Я незапланированный ребенок. Точно… — она помрачнела и ссутулилась. Аппетит пропал начисто. Поднявшись на ноги, она врезала по Бомбе Жизни и тут же скривилась от боли. Но, активировав Внутреннюю Инерционную Графитацию на полную мощность, она нанесла мощнейший удар.

Бац!

На Бомбе Жизни не появилось даже трещины, ведь ее плотность тоже возросла пропорционально – благодаря эффекту Внутренней Инерционной Графитации Инала.

— Сейчас я не могу отправиться наружу, но завтра принесу тебе вкусной почвы, — в конце концов уступил Инала, потому что каждый раз, когда крошка Ганнала лупила по Бомбе Жизни, он терял по двадцать единиц Праны. Именно столько уходило на то, чтобы повышать плотность бомбы и выдерживать ее удары.

Это был пустой расход Праны. Так что он сдался и потрепал по голове рассерженную крошку Ганналу:

— Разве ты не должна понимать наше положение?

— Но я голодная, — надулась крошка Ганнала. — Мне хочется съесть всякой всячины, а в мой рацион входят только Бомбы Жизни и Пранические Бомбы. Я получаю все необходимые питательные вещества, но жор-то никуда не делся.

Она продолжала жаловаться:

— Все Эмпирейские Бивни от природы хотят бродяжничать и пожирать самые разные деревья, почву и всё такое.

И она была абсолютно права. Эмпирейские Бивни обладали зверским аппетитом, но им также требовалось разнообразие питательных веществ. Именно поэтому они странствовали по Континенту Суматра, пробуя всё на вкус во всех уголках.

Сидеть взаперти на одном месте было тяжело для психики крошки Ганналы. Да и не только для нее.

— Твою мать, чего ты такая зануда? — взбеленилась Асаэя. — Не видишь, что Инала занят кучей дел?

— Какое тебе вообще дело? — огрызнулась крошка Ганнала. — Ты всего лишь часть иммунной системы Харлы. Мы друг другу никто. Так что завали пасть.

Эмпирейские Бивни полностью полагались на сородичей Мамонта во всем. Клан Мамонта выступал в роли их иммунной системы. Но также неоспоримым фактом было и то, что Клан Мамонта от рождения во всем зависел от Эмпирейского Бивня – от физических потребностей до духовных.

Это было все равно что бросить пресноводную рыбу в море. Асаэя терпеть не могла жить на земле. Ей хотелось вернуться в свое поселение и каждый день ощущать присутствие своего Божества. Нехватка этого медленно, но верно подтачивала ее рассудок.

Из-за этого она легко срывалась на эмоции. Ей не хотелось ничего, кроме как вернуться домой. Но существование крошки Ганналы мешало ей это сделать. У нее было задание, порученное ее Божеством.

Она должна была защищать крошку Ганналу. К тому же, путешествовать по диким землям Континента Суматра в поисках стада было безумием. Было трудно рассчитать их скорость передвижения, поэтому они могли просто разминуться.

Единственной гарантией было то, что стадо сделает остановку в Империи Бримган для торговли. Они были давними торговыми партнерами, так что остановка там была обязательной.

Судя по тому, что она знала, до прибытия стада в Империю Бримган оставалось еще семнадцать лет. А это значило, что ей придется прожить семнадцать мучительных лет вдали от своего Божества. Для нее это было невыносимо тяжело. Поэтому она вымещала злость на крошке Ганнале, и они постоянно сцеплялись друг с другом.

— Так, хватит грызться, — в конце концов вмешался Инала, тяжело вздохнув и потащив их обеих в столовую. — Давайте сначала поедим.

Ужин выдался мрачным. Проглотив содержимое Бомбы Жизни, Асаэя ушла в свою комнату и принялась культивировать.

— Пойду послушаю сказки от бабули, — проглотив пачку Пранических Бомб, крошка Ганнала вприпрыжку побежала в комнату по соседству с гостиной. Там жила Эрвахллу.

— Только сильно ее не донимай, ладно? — бросил Инала. — Я вернусь через два часа. Чтобы к моему возвращению ты уже спала, поняла?

— Ладно… — крошка Ганнала на секунду надула губы, а затем с довольным видом шмыгнула в комнату Эрвахллу.

Инала вошел в свою комнату, достал Четырехэтажный Фонарь Хранения и развернул его до полного размера. Он выудил оттуда Суматрский Зингер – свое ружье – и осмотрел его: «Органы функционируют нормально».

Единственным способом заставить извлеченные органы работать было подпитывание Жизненной Силой с помощью Бомбы Жизни. Эта жизненная сила насыщала клетки, образующие органы, и оживляла пути, поддерживая в них жизнь.

Ему приходилось скармливать ружью Бомбу Жизни раз в неделю. Поскольку жизненная сила в Бомбе Жизни добывалась из Шляпных Ящериц, качество ее было самым низким. Если бы он накормил Суматрский Зингер Бомбой Жизни, содержащей жизненную силу Рокатрис, ему не пришлось бы подпитывать его месяцами.

Закинув Суматрский Зингер на плечо, Инала вышел на террасу Театра. По его мысленной команде из открытой трубы рядом с ним выполз эймпирейский разведчик зингеров в уменьшенной форме.

Инала приоткрыл рот и издал короткий визг, передавая разведчику всё, что тому нужно было знать. Затем он заключил его в Праническую Бомбу и зарядил в Суматрский Зингер.

Десять минут спустя, когда легкие внутри Суматрского Зингера наполнились сжатым воздухом, Инала нацелил ружье в сторону поселения Племени Петуха и произвел выстрел. Раздался глухой звук, и Праническая Бомба со свистом унеслась в ночное небо, мчась к поселению Племени Петуха.

Когда Праническая Бомба потеряла всю инерцию, она треснула и разлетелась на осколки, выпуская эмпирейского разведчика зингеров, который распустил крылья и перешел в планирующий полет. Он быстро увеличился до максимальных размеров и продолжал планировать, пока не оказался в пределах видимости поселения.

Открыв пасть, эмпирейский разведчик зингеров издал пронзительный визг, связываясь с обитавшей там ордой Эмпирейских Зингеров.

Стены, окружавшие поселение Племени Петуха, теперь стали домом для Эмпирейских Зингеров, ведомых Эмпирейской Королевой Зингеров и двумя Королями Эмпирейских Зингеров. Они были Мутировавшими Высшими Серебряными Рангами Пранических Зверей, слишком сильными для этого региона теперь, когда они немного подросли.

Все Эмпирейские Зингеры, рожденные Эмпирейской Королевой Зингеров, были простыми разведчиками, а не мутировавшими. Но несмотря на это, все они являлись Праническими Зверями Начального Серебряного Ранга.

Поэтому, даже когда Рокатрис обнаружила их присутствие, она могла лишь молиться, чтобы они не вздумали наброситься на нее все вместе. В итоге Эмпирейские Зингеры обустроили себе уютное гнездышко, используя шестисотметровую высоту стен для планирования по своим делам.

И в тот момент, когда они услышали сообщение от разведчика, орда пришла в движение. Не теряя ни секунды, один из Королей Эмпирейских Зингеров взял отряд разведчиков и покинул этот район, прихватив с собой большой мешок Пранических Бомб.