Вжух!

В небе вспыхнули сотни золотых вспышек: духовные оружия Рутам в форме кулаков градом обрушились на Иналу, колотя его без остановки.

— Кхм-а! — завизжал Инала, чувствуя, как его эмоции разгоняются до запредельного предела, словно он объелся какой-то дряни.

В этот момент один из золотых гуманоидов приземлился на землю в метре за его спиной.

Божество Кинезиса – Номер 2!

В руке он держал ледяную пику с древком из Рутама и наконечником из Биллакина. «Вот и всё! Прости меня, Лейкеу».

«Ты должен наслаждаться жизнью изо всех сил. Исследуй Суматру! Познавай Суматру! Восхищайся Суматрой! И наконец, – Прана хлынула в ледяную пику, золотой гуманоид выпрямился во весь рост перед грудью Иналы и нанес удар, – процветай в Суматре!»

Хлюп!

Наконечник запросто пробил мышцы спины Иналы, разломав их на отдельные клетки и разрывая на пути всё твердое, пока не добрался до сердца и не пронзил его. Он замер в миллиметре от цели, коснувшись кончиком Духовного Сосуда: «Живи, Лейкеу!»

— Познавать этот удивительный мир – твое прирожденное право. — Ледяная пика гулко завибрировала, когда через нее хлынул мощнейший поток Праны, сопровождаемый столбом света, выпущенным золотым гуманоидом.

Столб света впитался в Духовный Сосуд и задействовал его емкость Малого Сокровища, чтобы повлиять на тело Иналы, сконцентрировав все это влияние в Духовном Сосуде, откуда оно неизбежно подчинит себе Иналу.

— Надеюсь, ты проживешь в этом мире долгую жизнь, Лейкеу. — Золотой гуманоид слабо пробормотал это, отдергивая ледяную пику. — Единственное, о чем я прошу в ответ: не закрывай глаза на судьбу нашего любимого Континента.

— Это… вовсе не то, чего я хочу! — Инала стиснул зубы и со слезами на глазах посмотрел на золотого гуманоида. — Умоляю, пусть даже это продлится недолго, я хочу просто расслабиться и прожить жизнь спустя рукава. Я… только этого и желаю.

Это влияние подтолкнуло его Духовный Сосуд к активации Искусства Мистической Суматры, из-за чего Прана собралась в его руке, превратившейся в Биллакин, и запечатлелась на ней.

Запечатленное духовное оружие – Вахра!

Этому подверглись все три комплекта внутренних органов, переписав три его Запечатленных духовных оружия в духовные оружия Вахра. И в тот самый миг Инала потерял сознание.

Бум!

— И это все? — поинтересовался один из золотых гуманоидов, чье духовное оружие слилось с его телом. Он приземлился в нескольких метрах от Иналы и уставился на того. — Странно, я готовился к долгой и тяжелой битве. У него же силы рошмона, не говоря уже о панджере.

— Если бы он захотел, Лейкеу мог бы посопротивляться и даже вырваться… — подытожил он. — По-моему, он достаточно изучил наше окружение, чтобы составить план побегу.

— Наверное, средства у него есть, да вот воли нет. — Второй золотой гуманоид опустился на землю. — Он разрывается из-за самого своего существования. Каким бы эгоистом он ни пытался казаться, до конца довести это он не сможет. В конце концов…

— Он из тех людей, кто всегда видит общую картину целиком.

— Тогда, — подумал один из золотых гуманоидов и указал на одно из зданий из Биллакина, где в заточении держали бралли, используемого в качестве фермы Рутама, — что, если зайти с козырей семейных ууз?

— Это вдолбит в него желание жить, и он снова начнет двигаться к какой-то цели…

— Давай не будем этого делать. — Второй золотой гуманоид отмел это предложение. — Из всех предложенных ему вариантов он переродился именно бралли. Это символ его желания быть свободным и делать всё, что захочется.

— И сколько бы смысла мы в него ни вколачивали, кардинально это его не изменит. В конце концов, — второй золотой гуманоид усмехнулся, — он бралли.

— А ты хоть раз видел, чтобы бралли волновала семья и прочее?

— Это верно, — кивнул другой золотой гуманоид. — Даже если мы его изменим, это ненадолго. Инстинкт бралли жаждать битвы слишком силен. Мы так и не преуспели в этом деле, сколько ни старались.

— Точно, — второй золотой гуманоид кивнул и уставился на серую башню. — Так что давай просто спокойно подождем. Это его жизнь. Пусть сам придет к какому-то выводу.

…

Инала стоял перед серой башней, свирепо глядя на фигуру королевского зингера внутри. — Знаешь, я не был так зациклен на себе, когда творил всю эту дичь. Но ты…

— Твои интриги поистине омерзительны.

— Понятия не имею, о чем ты толкуешь. — Королевский зингер пожал плечами. — Я же не живой, так что плести интриги не могу…

Бац!

Инала врезал кулаком по серой башне и взревел:

— Не еби мне мозги! Пусть при рождении мне досталась не вся твоя память, но себя-то я знаю достаточно хорошо!

— Ты… ты толкаешь меня к Мистическому Рангу! — свирепел Инала. — Думаешь, я не понимаю к чему ты клонишь?

— Конечно, у меня есть планы и интересы, но моим главным желанием никогда не было достижение Мистического Ранга. — Инала орал во всю глотку:

— Я достигну Состояния Единства только потому, что это весело! А потом буду слоняться по Суматре до конца своих дней! Потому что могу!

— Потому что мое Состояние Единства дает мне достаточно сил, чтобы не париться ни о чем во время вторжения и при этом продолжать шляться по Суматре так, как мне вздумается! — Он пару раз колонул по серой башне кулаком. — Так что не дави на меня!

— А что, если я продолжу давить? — спокойно дослушав тираду до конца, усмехнулся королевский зингер. — Хочешь избежать моих интриг – ради бога. Но для этого тебе придется достичь Мистического Ранга.

Королевский зингер легонько коснулся серой башни, и ту покрыла сеть трещин, которые за считанные секунды стали только глубже. — В ту секунду, как я это сломаю, ты сам знаешь, что случится.

— Тогда какого хрена мы вообще ввязались в… — Инала в отчаянии ткнул пальцем в себя. — ЭТО!

— Потому что я люблю Суматру, — отозвался королевский зингер. — Через клан Остряков я исследую Континент со множества точек зрения. И все же мне хотелось бы прочувствовать всё это на собственной шкуре.

— Разве я этим не занимался? — Инала зыркнул на него. — Какое же это приключение, если меня заставляют таскаться по разным местам с дедлайном на хвосте?

— Да, тут ты прав. И я, честно говоря, не собираюсь в это вмешиваться. — Королевский зингер уставился на свои ногти, заметил, что один из когтей стал длиннее, и принялся его подстригать. — Я лишь говорю, что ты – сплошной комок противоречий.

— Это был мой просчет во время твоего перерождения, — произнес королевский зингер. — Я никак не ожидал, что моя сила так сильно возрастет за столь короткий срок. Из-за этого я влияю на твой ход мыслей.

— Чушь собачья! — Инала нахмурился. — До сих пор я делал то, что хотел. Я перегнул палку с кланом Остряков, но во всех остальных ситуациях оставался собой.

— Да, так и было, — кивнул королевский зингер. — И спасибо за это твоему существу из Вида Бралли. Инстинкты твоего вида защищали тебя. Однако этого больше недостаточно.

— Чего? — Инала поморщился, чувствуя, как в нем нарастает злость.

— Видишь эти трещины? — Королевский зингер взмахнул рукой, и трещины затянулись. — Я могу залечить их в любой момент, ведь это часть моих сил. И тем не менее…

Он указал на крышу серой башни:

— Тебе не кажется, что она стала выше, чем раньше?

«Она… и правда!» Только тогда Инала вспомнил, что серая башня ровно на сантиметр выше, чем была раньше. Всего сантиметр… с физической точки зрения это сущая мелочь.

Однако серая башня была создана для того, чтобы полностью защитить его разум от эффектов Состояния Единства – Четырех Шагов к Ничтожности. Она уже достигла максимального размера, который мог выдержать разум бралли Иналы.

Тот факт, что она выросла на целый сантиметр… — Да, ты прав.

Королевский зингер кивнул:

— Серая башня росла, чтобы оградить тебя от моего влияния. Но она уже на пределе. Скоро ты начнешь превращаться в меня.

— А я этого не хочу, — прокомментировал королевский зингер, заметив молчание Иналы. — По эгоистичным и альтруистичным причинам мне необходимо, чтобы ты продолжал жить.

Из эгоистичных побуждений – как и заявил королевский зингер:

— Нам всегда хотелось восхищаться Суматрой. Но из-за сложившейся ситуации у нас не было такой возможности. Это желание осталось неисполненным. А скоро на Суматру нагрянут захватчики.

— Кто знает, сколько это продлится. Из-за череды перерождений я озлоблюсь, и в конце концов мое желание превратится в одержимость. — Королевский зингер посмотрел на Иналу. — Ты – отдушина для этого желания. Пока ты исследуешь мир, мои подавленные желания удовлетворяются. И когда я возрожусь на Суматре, то смогу сосредоточиться на том, что должно быть сделано.

Клан Остряков исследовал Суматуру. Тем не менее каждый сородич Остряков был отдельной личностью. Чем сильнее они становились, тем ближе к Инале подбирались. Но они не были Иналой.

Лишь на Мистическом Ранге они становятся Иналой. И только исследуя мир в облике королевского зингера Иналы, можно утолить жажду приключений. Однако королевский зингер был связан по рукам и ногам своими обязанностями. Из-за этого ему было бы тяжело искать развлечений.

— Что же до альтруистичной причины, — королевский зингер усмехнулся. — Если захватчики появятся и поймут, какова моя сила, они начнут готовить контрмеры против меня.

— Вместо этого, если я появлюсь в самый последний момент, во всеоружии и со всей информацией, собранной кланом Остряков, я застану врагов врасплох и уничтожу их до того, как они успеют придумать хоть какой-то ответный ход.

— И ради всего этого тебе нужно, чтобы я перешел на Мистический Ранг? — Инала какое-то время молчал, а затем его глаза расширились от осознания. Он уставился на королевского зингера так, будто перед ним стоял безумец.

Впрочем, тот факт, что он с такой легкостью уловил ход мыслей королевского зингера, а на его губах начала расплываться легкая, возбужденная улыбка, выдавал и в нем самом то еще безумие:

— Идеи должны поспевать за переменами.

— Ладно, по рукам. — Инала приложил руку к серой башне, а позади него закрутился вихрь воспоминаний о земной жизни, переросший в шторм, по мере того как накал эмоций продолжал неумолимо расти.

В своей комнате на Земле, будучи затворником, чьи жизненные потребности полностью обеспечивали богатые родители, он изнывал от скуки. И оазисом посреди этой тоски стали Хроники Суматры. «Ах! Я исследую Суматру!»

«И пока я не завершу исследование всего Континента, я никому не позволю причинить ему вред». Он тихо вздохнул, пока буря эмоций продолжала расти без ограничений:

— Чувствую себя так, будто переживаю всю свою земную жизнь заново, по кругу, каждые несколько секунд.

— Вперед! — Королевский зингер расплылся в улыбке, разразившись возбужденным смехом. — Делай всё, что захочешь!

— Именно в этом и заключается смысл нашего перерождения!

— Ну и ладно, — Инала развернулся и махнул рукой. — В следующий раз, когда я появлюсь здесь, я приду, чтобы уничтожить тебя.

— Чего бы мне это ни стоило, я исполню свою мечту. — С этими словами Инала вышел из своего ментального пространства, глядя на руку, ставшую духовным оружием Вахра, без тени душевной боли или проблем. На руке оно сидело как влитое, ни капли на него не влияя.

В конце концов, теперь у него появилась одержимость.