— Иди ко мне… Доченька.

— УБЛЮДОК! НЕ СМЕЙ ПРИТВОРЯТЬСЯ МОИМ ОТЦОМ! — взъярилась Барла, услышав слова Виралы. — Ты же Вирала!

— Ты… уверена? — Вирала снова впечатался в стены после пропущенного удара. Доспехи на его лице раскололись, пока он пялился на бросившуюся на него женщину. — Посмотри на мое лицо, пока бьешь.

— Ну, — выдохнул он, когда кулак впечатался ему в лицо, проломив череп и вдавив его внутрь. — Кто я такой?

…

— Я УБЬЮ ТЕБЯ! — Обладая культивацией 10-й Стадии Жизни, Барла бросилась на Небесного Кабана Брангару, только что став свидетелем того, как тот прикончил трех ее братьев.

…

Состояние Единства: Неограниченный Хищник!

Барла видела, как Неограниченный Хищник ударил ее столпом света и стер в порошок. «Ты… проклятый убийца!»

…

В настоящем времени из мешка Трансцендентного Пожирателя вывалилась Барла, к этому моменту уже полностью привыкшая к процедуре, и изящно приземлилась на выступающий корень. — Почему…

Она осеклась, так как все ее прошлые воспоминания внезапно вспыхнули в пространстве разума, напоминая о пережитой трагедии. Без малейшего колебания она поняла, что происходит, и уставилась на ближайшую плотоядную пасть:

— Почему ты заставляешь меня вспоминать об этом именно сейчас?

Будучи воскрешенной Трансцендентным Пожирателем, Барла полностью подчинилась его воле – телом, разумом и душой. Теперь она помнила прошлое лишь потому, что Блола спровоцировал это.

— Давай, прочувствуй это сама, — донесся ответ из плотоядной пасти.

— Выведи их наружу! — Ее рука вцепилась в плотоядную пасть, едва Барла уставилась на небо и ощутила знакомое присутствие. — Всех до единого, всех сотню!

— Я понятия не имею, как он вернулся, но я прикончу этого ублюдка!

— Нет, — поспешно ответил Блола. — Он слишком хитер. Ты выдохнешься от одного промаха, и он размажет тебя. Он уже несколько раз ускользал от моих атак.

— Тогда, — Барла присела на корне, а мускулы ее лица вытянулись к ушам, словно ее отбросил назад свирепый ветер. Мышцы в ее теле судорожно задергались, издавая звуки, похожие на рвущиеся стальные тросы под огромным натяжением. Ее ногти впились в корень, и фигура сорвалась с места:

— Верните мне Природы, которые я ищу.

— Обеспечь мне поддержку! — Голос Барлы был холоден, пока она мчалась к Брангаре, разглядывая поток данных, хлынувший в пространство ее разума – там содержалась вся хроника схватки Блолы с Брангарой. — Больше ничего не делай.

По пути, пока Барла неслась по поверхности Дралхского Моря, впереди из воды вынырнула плотоядная пасть. Из нее тут же полез мешок, который на глазах раздувался до полных размеров и поспевал.

Как раз вовремя, прямо перед тем как он сорвался бы вниз, Барла подцепила его ртом. Глоток – и мешок был проглочен, а в Астральной Карте появилась новая Природа. «Вот тебе и раз».

В таком духе по всему ее маршруту то и дело возникали фруктовые мешки, содержавшие базовый набор Природ по ее вкусу.

Сто километров пути – не расстояние, когда мчишься со скоростью звука, а стопы удерживает над водной гладью одна лишь бешеная скорость. Она совершила прыжок и сгребла ртом гроздь Плодов Королевского Дерева Паруте.

Это была как раз та кроха энергии, которой ей не хватало для перехода на 2-ю Стадию Жизни. И затем ее силуэт приземлился в двадцати метрах перед Брангарой, подняв по воде легкую рябь.

Изначально она собиралась обрушить атаку в тот самый миг, как окажется на дистанции удара. Однако, стоило ей взглянуть на него в упор, как она воздержалась от преждевременного нападения. Вместо этого ее ноги проскользнули по поверхности, останавливаясь перед человеком, который казался совершенно спокойным в ожидании ее приближения.

Это был крошечный плот, сколоченный из обломков корней Трансцендентного Пожирателя. Он жалко покачивался: веревки, которыми крепились щепки, похоже, прогнили и порвались. Конструкция едва держалась вместе.

Каждый раз, когда плот качался, стоящие на нем стопы судорожно ерзали, словно принадлежали существу, напрочь лишенному чувства равновесия – какому-то необученному человеку, который отродясь не танцевал, не занимался спортом и вообще почти не ходил пешком.

Ноги тряслись, отчаянно пытаясь удержать равновесие на плоту, который едва ли был способен выдержать вес этой фигуры. Только тогда Барла толком разглядела его внешний вид.

Это была какая-то тряпка, сшитая, кажется, из грубого джута. Судя по следам укусов и ожогов, этот кусок мешковины когда-то был слоем эпидермиса на лозе Трансцендентного Пожирателя.

На ней не было ни следа человеческой работы. Тряпка даже не прикрывала тело целиком. Создавалось впечатление, что этот бедолага слепил одежду из того, что подвернулось под руку.

Джутовая тряпка прикрывала нижнюю часть тела, местами едва доставая до колен. На ней виднелись следы ожогов и разъедающего воздействия кислот. Эта тускло-коричневая тряпка с мутно-зеленым отливом доходила до самого пупка.

Казалось, ей не хватало длины, чтобы прикрыть живот, хотя сам живот напоминал провал пещеры – так выглядел человек, который уже недели не брал в рот ни крошки.

Мышцы были дряхлыми, слабыми и изуродованными от долгого пребывания в воде с растворенными тяжелыми металлами. Человек в тряпье сжимал в руках кусок древесной коры и грыз его так, будто это было величайшее сокровище.

Растрепанные волосы принадлежали Брангаре. Но лицо… лицо было лицом Виралы: с запавшими глазами он тяжело сопел и хрипел, а увидев Барлу, испуганно дернулся и поспешно засунул кусок коры под одежду.

Параноик, с бегающими глазами и дрожащими пальцами, мужчина пытался сделать вид, что вовсе ее не заметил. Внезапно он всем сердцем увлекся слабыми волнами, рябившими по Дралхскому Морю.

Но от избытка усердия спрятанный под платьем кусок коры выскользнул, упал на плот, разок подпрыгнул и бултыхнулся в воду. Мужчина тут же разразился жалобным блеянием, сорвав голос – ведь связками не пользовались цивилизованным образом уже черт знает сколько лет.

— Что… — Глаза Барлы полезли на лоб, казалось, они сейчас выскочат из орбит. Проступившие на белках вены налились кровью, и она взревела:

— Какого… какого… какого же хрена… ТЫ ТУТ ДЕЛАЕШЬ?!

— Ты издеваешься надо мной?! — взревела она и ударила в воздух; ударная волна обрушилась на фигуру и превратила ее в кровавое марево. «Чего?»

Барла ошеломленно задохнулась, сидея сообразить, что только что произошло, ведь она больше не ощущала и следа присутствия Брангары. «Нет, это бред! Это была всего лишь ударная волна от кулака. Как она могла его убить?!»

«Нет, это наверняка была марионетка…» Она осеклась, увидев, как из кровавого тумана вырвались два столпа света. Обломки уничтоженного плота поплыли к ней, а взгляд Барлы упал на два Малых Сокровища, паривших перед ней в лучах тонких световых столбов.

Одно было в форме ружья багрового цвета, а второе, казалось бы, сделанное из чистого золота… представляло собой лотос.

Малое Сокровище – Духовная Марионетка!

Малое Сокровище – Печать Мистического Человека!

Это были те самые два Малых Сокровища, которые Брангара всё это время использовал в бою против Блолы. Было бы абсурдом с его стороны так легко расстаться с ними. Значит, это не была марионетка.

«Нет», – у нее заболела голова, Барла никак не могла взять в толк замысел Брангары. «Даже если он просто хотел меня одурачить, не было причин бросать свои Малые Сокровища».

Ее чувства протянулись в окружающее пространство, но уловить хоть намек на Брангару не удавалось. «Выследить его форму Мистического Айворма непросто».

Но пока она продолжала сканировать пространство потоками Праны, в ее разуме зародилось сомнение: «Неужели… неужели тот, кого я убила, был настоящим? А не подделкой?»

«Нет, исключено. Его тело было слабее обычного Свободного Человека на Стадии Духа. И его аура…» В голове снова заныло. «Это была… его собственная аура, причем в полную силу. Вот почему я решила, что он просто ломает комедию».

«Тогда это и вправду был он?» Она схватилась за голову и присела над самой водой:

— Урgh! Да это же в голове не укладывается!

«Может, с ним что-то происходило, ведь его появление само по себе полно странностей. А я… атаковала его в тот момент, когда он, вероятно, страдал от внутренних проблем». Этот враг был для нее самым омерзительным существом на свете – что Вирала, что Брангара. Вопрос стоял лишь в том, кто из них занимает первое место в списке ее ненависти, а кто второе.

Она жаждала разорвать противника в клочья, но, как назло, тот подох от атаки, которая не должна была стоить ломаного гроша. От этого ее нервная система перегрузилась до такой степени, что она едва не теряла сознание.

Вся скопившаяся ярость теперь не имела выхода, грозя разорвать ее изнутри.

«Погодите, эта кора!» Она вспомнила, как несчастный отчаянно цеплялся за кусок деревяшки. Не раздумывая ни секунды, Барла нырнула под воду и раскинула сети сканирования Праны: «Ничего не чувствую! Слишком много здесь фонового присутствия!»

Она согнала Прану к глазам, полагаясь на природное зрение. Шаря взглядом по дну, она в конце концов нашла плавающий кусок коры. Не теряя ни мгновения, она подлетела к нему, вцепилась пальцами и ощутила шероховатые впадины: «Тут что-то нацарапано».

[Они все живы!]

А затем кора скомкалась, оставив ее на поверхности в еще большей растерянности. Безуспешно оглядевшись по сторонам, а затем переведя взгляд на далёкую плотоядную пасть, она покачала головой:

— Что здесь вообще творится?

— Я тоже его не чувствую, — отозвался Блола, чьи корни осторожно шарили по морскому дну в надежде отыскать, где именно прячется Брангар в обличье Мистического Айворма. — Такое ощущение, будто…

Он исчез, словно его здесь никогда и не было.