В двадцати километрах от Обители Мистиков находился корабль, на борту которого расположилась группа Мистических Людей. Они плыли на транспортном судне, направляясь в Империю Бримган.

Корабль перевозил Плоды Паруте — самый ходовой товар, продаваемый Мистическими Людьми. Однако в данный момент судно бросило якорь не из-за Часа Смерти, а из-за битвы, развернувшейся между двумя вершителями существования.

— Подождите… — воскликнул один из Мистических Людей, заметив мелькнувшее Королевское Дерево Паруте, чьи вспышки складывались в линию, ведущую прямо к Обители Мистиков. — Разве это не…?

Обитель мистиков!

Рувва обнаружила себя глубоко втиснутой в полотно пола дворца, окруженная обломками рухнувших на нее этажей. Опираясь ногами о землю и уходя ими вглубь, стоял Брангара. Казалось, он просто стоял.

Но при ближайшем рассмотрении было заметно, как дрожат его ноги. На мгновение его правая нога осталась неподвижной, в то время как левую он с усилием вдавил в землю на полсантиметра, ускорившись с помощью психокинеза. Спустя миг левая нога отпряла и замерла, а правая затрепетала вниз.

Когда ноги опускались вниз, они с хрустом ломали вовсю регенерирующие кости Руввы.

— АААРГХ! — взревела Рувва изо всех сил и обрушила на Брангару ударную волну, но ту перехватило фиолетовое сияние.

Минеральная трата!

Сияние изогнулось вокруг Брангары, отталкивая всё в радиусе досягаемости. Ударные волны также не стали исключением, будучи отраженными этим свечением.

Тратам позволял варьировать форму своей отталкивающей силы: красный цвет был способен преодолевать большие расстояния и обладал наибольшей пробивной способностью. По спектру ниже длина волны уменьшалась вплоть до фиолетового, чья дальность была минимальной при огромной степени рассеивания. Тем не менее, это создавало для минерала максимально возможный уровень защиты.

— А теперь потерпи секунду, — бросил Брангара, покрывая правую руку Тратам. Прана хлынула внутрь, на миг ярко вспыхнув багрянцем, и он впечатал тело Руввы еще глубже в землю. — Хмм, неплохая мощь.

Из его ладони источался луч багрового сияния, от давления которого Рувва издавала стоны боли, в то время как его ноги продолжали методично разрушать кости ее ног.

ТРЕСК!

Брангара сместил сияние со всей ладони на один лишь указательный палец, заметив, что так может лучше сконцентрировать мощь, ведь на кончике собралось огромное количество Тратам. Он нацелился на живот Руввы и увидел, как от этого образуется вмятина.

По мере того как он шевелил пальцем, перемещалась и вмятина. — По части прочности твое тело уступает только моему.

Пока он говорил, багровое сияние, напоминающее лазер, непрерывно бомбардировало ее желудок, образовывая все более глубокую вмятину. — Тем не менее, похоже, даже самая концентрированная версия отталкивающей силы Тратама не способна вонзиться в твое тело. Интересно, сколько же ты культивировала, используя мою печать, чтобы поднять свою базовую прочность до таких высот.

— Да… не твоя она, — взревела в знак протеста Рувва, чье тело покрылось экзоскелетом цвета слоновой кости.

— Ты говоришь так, будто тебе есть дело до Виралы… — Брангара нахмурился, когда на мгновение его едва не ослепило яркое сияние, за которым последовал резкий толчок. Положившись на чутье Праны, он вскинул руку, изогнул ее змеевидным движением и многократно закрутил перед лицом.

Каждый из его изгибов работал словно щит, когда вихревой клинок пласт за пластом резал его плоть, однако к моменту, когда лезвие достигало шеи, вся его сила уже исчерпывалась. Зрение вернулось к нему как раз вовремя, чтобы заметить, как Рувва описывает в воздухе дугу, отбросив себя прочь с помощью пранического шока.

— А мозги на месте, — Брангара потупил взгляд на собственные ноги и увидел отрубленные конечности Руввы. — Чистый срез Вихревым Клинком, а после… пустила себя в полет.

Пока он говорил, из его рта обильно капала слюна, пока он не принялся с аппетитом жевать ноги. «Это восхитительно».

В отличие от тех времен, когда он был Императорским Кабаньим Королем, Брангара не находился под полной властью своего голода. Он полностью контролировал свой аппетит благодаря присущей Мистическим Людям устойчивости к внешним воздействиям.

Дело было вовсе не в том, что он был невосприимчив к самому понятию голода. Обычно, когда человек голоден, он может немного разозлиться, потерять покой или проявлять подобные наклонности до тех пор, пока его желудок не насытится. Мистические Люди просто обладали устойчивостью к подобным проявлениям.

В данном случае они практически ничем не отличались от монахов, которые всю свою жизнь практиковали строжайшее воздержание.

Пока рот был занят пожиранием, ноги неотступно следовали по пятам за Руввой, не желая отпускать противницу. Несмотря на то, что Рувва использовала силу Малого Сокровища: Печати Мистического Человека, Брангара ни капли не нервничал.

Или, вернее сказать, его уверенность в способности победить Рувву ни капли не убавилась. Все было донельзя просто.

Будучи Эмпирейским Королем Кабанов, Брангара вел большинство боев за счет чистой физической мощи, умело используя формы человека и пранического зверя. Чаще всего из Врожденных Свойств он применял Пранический Шок.

Лишь когда его прижимали к стенке, он прибегал к использованию Внутренней Инерционной Графитации. Ему вечно приходилось беспокоиться о растрате своих Природных Явлений и сопротивлении чужому влиянию на свое существо, что являлось главной проблемой, из-за которой он не мог уничтожить Клан Мамонта даже спустя два тысячелетия.

Стоило ему ввязаться в затяжной бой, а его физическому и ментальному состоянию хоть капельку отклониться от оптимального, как влияние Природных Явлений в его Астральной Карте начинало сказываться на нем.

Это вынуждает его прерывать бой, отправляться в безопасное место и какое-то время восстанавливаться там с помощью медитации. О чем ему всегда приходилось беспокоиться, несмотря на всю его несравненную мощь.

И теперь его нынешнее телосложение казалось ему поистине идеальным. В его распоряжении были как человеческая форма, так и облик Эмпирейского Короля Кабанов. Он мог без проблем переключаться между ними, обладал возросшим запасом праны и, что самое главное, мог использовать собственное тело в качестве духовного оружия.

Что касается дальнобойности, у него был Тратам, который, как он считал, вполне подходил для текущей ситуации. А используя психокинез, он мог рассеивать ударные волвы по всему телу или даже перенаправлять их обратно на нападающего.

Это был один из аспектов Внутренней Инерционной Графитации, которую Небесные Бивни обычно применяли во время боев. Они полагались на гравитацию для рассеивания силы. И выдержав влияние более чем двадцати Природных Явлений Внутренней Инерционной Графитации на протяжении двух тысячелетий, Брангара мог играючи использовать психокинез для достижения схожего результата.

Это означало, что ему не приходилось беспокоиться о физических атаках. Благодаря устойчивости тела Мистического Человека к внешним воздействиям, эффекты большинства Природных Явлений при столкновении с ним слабели.

Прародительский Навык – Скольжение Духовной Марионетки!

— И правда красота, — проронил Брангара, выпуская пару дюжин собственных марионеток по руинам Обители Мистиков. Куклы рассредоточились на поиски его Малого Сокровища: Печати Мистического Человека и ярлыка духовной марионетки.

Он мог создавать марионетки самостоятельно, так как Вирала разработал этот метод еще в Империи Варахан, когда жил под именем Квиралы. Однако Малое Сокровище «Слиток Духовной Марионетки» не только упрощало процесс, но и делало создаваемых марионеток значительно превосходящими по скорости, эффективности и результативности.

Полезность Малого Сокровища — Печати Мистического Человека — не нуждалась в лишних словах. Используя ее, он мог и дальше очищать и укреплять свое тело. Возможность управлять другими, получать доступ к данным ментального пространства и прочее были приятным бонусом, который делал его жизнь во много раз проще.

Следом марионетки рассредоточились на их поиски.

— Прошу, хватит! — крикнула Йорибу, отталкивая рухнувшую на нее стену. Она заметила, как силуэт Руввы взмыл в штормовое море облаков, заполнивших весь край, а следом за ней в погоню устремился Брангара. — Сейчас не время для драки!

Разумеется, Брангара не обращал внимания на её крики и продолжал сближаться с Руввой. Он ударил ногой по облакам, извергнув багровое сияние, чтобы спрессовать их в опору. Оттолкнувшись от них, он бросил своё тело вперед, мгновенно принимая форму пранического зверя, чтобы вцепиться в противницу.

Пранический зверь золотого экспертного ранга — Эмпирейский Бивень!

Рувва приняла форму Зверя Праны, полагаясь на пространственное расширение, чтобы оттолкнуть Брангару. Однако сквозь тучи пронесся дикий фыркающий звук, и странным образом все ее существо оказалось охвачено страхом. А затем, разорвав облака, на ее массивное тело обрушился тот, кто эволюционировал ради истребления ее вида.

Пранический зверь начального мистического ранга – Эмпирейский Король Кабанов!

Достигнув двухсот метров в длину, Эмпирейский Король Кабанов на всех парах несся прямо на полуторакилометрового противника.

Курралала!

Эмпирейский Бивень хлестнул хоботом и сокрушительным ударом впечатал Эмпирейского Короля Кабанов в водные заросли. Сверкнула багровая вспышка, и Брангара стрелой взмыл в небо, уже успев принять человеческий облик.

С грохотом приземлившись на колено Эмпирейского Бивня, он оттолкнулся для прыжка наверх и, укрываясь среди глубоких складок шкуры, продолжил свой путь к вершине.

Экзоскелет заструился подобно могучим океанским волнам, стремясь уничтожить его. Но для него это была до боли знакомая территория. Уклон, нырок и высокий прыжок для принятия формы Зверя Праны.

Бац!

Коленный сустав одного из Небесных Бивней оказался прямо во рту Императорского Кабаньего Короля. Тот захлопнул пасть и вернулся в человеческий облик, пока Брангара скрытно растворялся в складках кожи.

Ка-бум!

Когда колени были уничтожены, Небесный Бивень рухнул на колени, подняв целое цунами среди раскаленного пара. Молния сверкнула и поразила его тело, и к тому моменту, как исполин рухнул на колени прямо на морское дно, Брангара уже успел взобраться ему на голову.

Он поднял руки, накопил толстый слой Тратама и со всей силой обрушил их вниз. — В человеческом облике тебе бы пришлось со мной куда проще.

— Но в этой форме, — его губы искривились в улыбке, пока он слизывал фонтан крови, брызнувший от его удара, — ты всего лишь моя добыча!