сородичи Мамонта по сути были избалованными капризными детьми в том, что касалось еды, ведь они никогда не сталкивались с голодом. Эмпирейский Бивень всегда производил куда больше продовольствия, чем им требовалось.

Инала не беспокоился об этом даже в случае ухода из Клана. В конце концов, стоило ему приложить Праническую Бомбу к Праническому Зверю, как он мог досыта напиться как питательными веществами, так и праной. Жидкость внутри Пранической Бомбы становилась невероятно питательной, стоило ей до предела впитать прану.

Зингеры обычно питались исключительно Праническими Бомбами. Помимо них, они пили только воду из баобабов.

Поэтому Инала слегка пренебрег подготовкой запасов еды. И теперь это аукнулось ему в задницу. Поблизости не было никаких Пранических Зверей. «Неужели придется пустить в ход Праническую Руку на людях? Нет!»

Он даже мысленно отбросил эту возможность. Это был путь в один конец. Так он станет хуже Виралы. Разумеется, со временем ему придется ступить на эту тропу, поскольку без этого не обойтись при подготовке к схватке с Кабаньим Владыкой. Но Инала хотел сохранить хотя бы видимость невиновности до поры до времени.

Пока он колебался, солнце стало клониться к закату. Приближалась ночь. Внезапно из протекающей вдали реки хлынул мощный всплеск праны, заставив его уставиться в ту сторону.

— Ч-ч-что за хрень? — взвизгнула ошарашенная Асаэя.

У Иналы по коже побежали мурашки, когда он заметил, как из воды торчат тысячи волосоподобных нитей. С его позиции они казались тонкими волосками, но раз их удавалось разглядеть с такого расстояния, на деле они были исполинскими.

Подобно пиявкам, эти волосоподобные отростки взмыли из реки на стометровую высоту и принялись жутко извиваться. В тот же миг из реки хлынула черная волна. Приглядевшись, Инала понял, что чернота эта состояла из десятков тысяч ринувшихся разом из воды Пранических Зверей.

Каждый такой зверь достигал метра в длину и был усеян сотней ног, как сороконожка, но тело при этом имел ящеричное. Они то и дело высовывали языки, а когда выскочили из речного русла, разнесся противный скрежет.

Пранический Зверь Железного Ранга Средней Ступени – Шляпная Ящерица!

— Твою мать! Этот край вовсе не безопасен. Просто местная экосистема полностью ночная, — крикнул Инала, закинул Асаэю себе на спину и принялся карабкаться вниз по склону, намереваясь найти укрытие в селении.

Пусть и медлительный, рой был вполне способен подняться на гору, неся с собой смертельную угрозу.

Оставаться под открытым небом против такой орвы было безумием, какими бы способностями он ни обладал. Стоило ему оступиться или выдохнуться, как его сожрет эта масса. Будь Асаэя в полной силе, он бы не испугался, но сейчас ситуация была слишком опасной для азартных игр.

Конечно, люди в поселении почему-то вызывали у него глутное предчувствие. Поэтому он решил довериться инстинкту и не вступать с ними в контакт.

Спускаясь вниз, Инала увидел, как две женщины-стражницы отступили внутрь. Зингеры обладали исключительным зрением, схожим с птичьим, что позволяло ему разглядеть всё в мельчайших деталях.

Группа женщин подкатила валун, чтобы заделать вход. Одна за другой женщины стали выходить из домов, сжимая деревянные копья и облачаясь в кожаные доспехи.

Едва коснувшись земли в селении, Инала перекатился и прижался к стене деревянной хижины. Все дома здесь были деревянными и выглядели слегка обветшалыми. Оказавшись в безопасности, Инала просунул в окно эмпирейского разведчика зингеров в миниатюрной форме и убедился, что внутри никого нет.

Затем он подал знак Асаэе, продолжая следить за обстановкой, пока она точно так же прокатилась по траве. Двоица шмыгнула в дом и с облегчением выдохнула.

С помощью праны Инала управлял эмпирейским разведчиком зингеров словно Духовным Оружием, заставив того парить в шестидесяти метрах над землей. Шестьдесят метров составляли предельный радиус действия для сородича Мамонта на Стадии Духа.

Поскольку сам он находился на Стадии Тела, его собственный радиус был чуть больше. Но чтобы поберечь прану, он держался в пределах своей оптимальной зоны, которая заканчивалась на отметке в шестьдесят метров. С этой высоты эмпирейский разведчик зингеров мог прекрасно осматривать окрестности.

Большинство женщин из поселения стянулись к входу, застыв там в полной боевой готовности. В этом не участвовали лишь девочки, слишком юные для боя.

Одна из спешивших к входу женщин внезапно замерла и уставилась глазами в сторону дома, где прятались Инала и Асаэя. Она втянула носом воздух и источила слегка обезумевшую ауру:

— Чую здесь мужика!

«И вправду что-то тут нечисто», – спокойно отметил про себя Инала, принимая женский облик. Женщина прошла лишь полпути к их хижине, а затем развернулась и бросилась обратно к входу, больше не улавливая мужского запаха.

— Позже, — бросил Инала, заметив потрясение Асаэи при виде его преображения. Он кое-что рассказывал ей о своих силах, но далеко не всё. Так что ее удивление было вполне оправданным.

Через несколько минут долину заполнил шорох: Шляпные Ящерицы добрались до входа и принялись штурмовать валун.

— Держать строй! — рявкнула женщина средних лет, судя по всему, бывшая старостой селения, и крепче сжала копье. По мере нарастания натиска валун начал покрываться трещинами.

Когда из-под валуна полетела каменная пыль, вокруг стало темнеть. Едва наступила ночь, из озера в центре поселения с двумя кольцами построек взметнулась мощная волна праны, и оттуда вынырнул гигантский Пранический Зверь высотой в двадцать метров.

— Урооооооо! — он испустил пронзительный птичий вопль, и в ответ на него все женщины, стоявшие перед входом в поселение, бросили оружие и сорвали с себя доспехи.

— Гах!

— Кук!

— Грр!

Они издали звериное рычание, а волосы на их головах стали срастаться, превращаясь в перья, то же самое происходило и в паховой зоне. Любые волосы на их теле сливались в перья, образуя хаотичные по форме и расположению наросты.

Женщины катались по земле от боли, а из их тел доносился хруст. Костяк медленно увеличивался в размерах и утолщался, отчего их взрывная сила росла.

Руки и ноги превращались в лапы, отращивая когти длиной более десяти сантиметров. Больше всего пугали вытянувшиеся вперед черепа, образовавшие острые клювы.

Когда трансформация завершилась, более трех тысяч жутких женщин уставились в небо и издали пронзительный клекот:

— Скри-и-и!

— Твою мать! Приходить сюда было ошибкой, — лицо Иналы побледнело. Он уставился на Асаэю, дрожащими губами вымолвив:

— Люди в этом поселении – вовсе не люди.

— Они – часть Разорённого Племени.