Много десятилетий назад в регионе, расположенном ближе к Анклаву Ману.

ААРГХ!

Ораха завопил от боли, когда его разум безжалостно разорвало на части нечто, слившееся с его телом.

Малое Сокровище Трансцендентной Природы: Милостивый Наследник!

— Хмм… — Рядом с вопящим Орахой стоял Брангара, медленно закачивая Прану в его тело через Милостивый Наследник. Это делалось для того, чтобы Ораха не сдох.

— Да пошёл… ты! — выругался Ораха и прикусил язык, пытаясь покончить с собой. Однако его язык тут же регенерировал благодаря Пране Небесного Кабана, вливавшейся в него через Милостивый Наследник.

Бум!

Тело Орахи бессильно рухнуло на землю. Он тяжело хрипел: все его попытки уйти из жизни пошли прахом. Ни одна из них не обладала достаточной силой, чтобы преодолеть чудовищную регенерацию Праны Небесного Кабана.

— Бесполезно, — бросила Ярша Захара, меняя структуру Природ внутри Милостивого Наследника и наблюдая, как он вновь впитывается в Ораху, на этот раз заставляя того корчиться от боли совсем иначе.

— Ну и что думаешь? — спросил Брангара, приближаясь к Ярше Захаре.

— Я методично разрушаю его разум, пока от каждой из его личностей не останется и следа. А затем мы нанесем по его существу такой удар, что от него ничего не останется, даже если его вздумают воскресить, — произнесла она, сжав дрожащую руку с отвращением к самой себе.

— Это тело… — прорычала она. — Как же это унизительно.

— Это из-за тебя! — взревела она на миг и со всего маху врезала Орахе в челюсть.

— …Гхм… моя вина? — Ораха едва мог выговорить хоть слово, изо рта капала кровь. Челюсть была выбита, причиняя невыносимую яростную боль. Его глаза пылали яростью, когда он уставился на Яршу Захару. — Я хотел сбежать, не участвовать в этой войне. Мы забрались в место, куда вам было не добраться, даже беги вы по Суматре до конца своих дней. Но вы увязались следом.

— Вы… преследовали нас, перебили всех, а теперь… — Он сплюнул кровь на землю. — И теперь… ты вселилась в тело моей жены. И ты говоришь… что это моя вина?

— Ха-ха-ха-ха! — Его голос потонул в удушливом смехе. В один момент громкий, в следующий – приглушённый. — А ты забавная, Ярша Захара. Знаешь почему?

Он задрал голову и окинул ее полным презрения взглядом:

— Даже обладая всеми талантами и ресурсами, что может предложить Суматра, ты всё равно жалко мне проиграла.

— Ты всего лишь… — Его слова оборвались: Брангара схватил его за горло и приподнял над землей.

Притянув его так близко, что их глаза встретились, Брангара холодно бросил:

— Выговорился?

— Всё, что вы делаете, ничего не изменит.

— Да неужто? — Ораха издал хридкий смешок. — Тогда почему ты начал охоту именно со меня? Даже если не хочешь признавать, ты ведь и сам всё понимаешь, верно?

— Понимаю, что могу дать тебе отпор?

— Для того, кто в страхе удрал с поля боя, ты слишком много болтаешь, — процедила Ярша Захара и пнула Ораху в лицо, как только Брангара исцелил его.

— Боялся я вовсе не вас… — выдохнул Ораха, с трудом поднимая руки – большая часть моторики уже отказывала под воздействием Милостивого Наследника. Он ухватился за протянутую руку Брангара и вымолвил:

— Вашего сына.

— Меня бросал в ужас его безграничный потенциал и то, что при малейшей капле ума ничто на Суматре не сможет противостоять его стилю. — К моменту, когда он закончил фразу, его взгляд остекленел. Он безвольно повис на руке Брангары.

— Сработало на полную, — прорычала сбоку Ярша. — Теперь его терзает всякая скверна. Даже если его воскресят, угрозы он не представит.

— Этого мало, — холодно произнес Брангара. — Составной Человеческий Аватар…

Он уставился на Яршу Захару:

— Ты до конца осознаешь его мощь?

Ярша Захара помолчала несколько минут, прежде чем поднять голову и заявить:

— Давай отвезем его в Песчано-Серую Пустошь. Рисковать нельзя.

Парочка помчалась к границе и остановилась прямо перед пеленой ночи, уходившей в бесконечность.

— Скажи-ка, — обратился Брангара прямо перед тем, как шагнуть в Песчано-Серую Пустошь. — То, что он говорил… насчет того, что способен дать мне отпор.

Он прищурился, глядя на жену:

— Как думаешь, это возможно?

До боя Брангара находился на 2-й Стадии Жизни. К концу сражения он потерял одну жизнь, а его жена погибла – и всё благодаря Орахе.

— С одними лишь Составным Человеческим Аватаром и Мистическими Пожирателями… это невозможно, — покачала головой Ярша Захара. — Природа, которую формирует его Составной Человеческий Аватар, сильнее его собственных Природ. Это врождённый изъян его сборки, который не позволяет ему перешагнуть 3-ю Стадию Жизни. В тот момент, когда он попытается ступить на 4-ю Стадию Жизни, есть огромный риск внутреннего взрыва.

— Значит, проблемы нет? — спросил Брангара.

— Наверное, — ответила Ярша Захара, но в голосе не было полной уверенности. — У него… больше нет Вторичной Природы. Будь она у него – особенно та, что способна исправить изъян его сборки…

— Пошли, — бросила она и поволокла Ораху в Песчано-Серую Пустошь. Когда они с Брангарой ступили внутрь, мужчина не заметил, как по ее коже побежали мурашки.

С самого начала Ораха был ее абсолютной погибелью, способной выкрасть Суматрское Золото из ее Человеческого Аватара. Лишь достигнув пика Стадии Тела и приняв завершенную форму Человеческого Аватара, она освободилась бы от его нападок.

Однако, судя по тому, как именно она погибла, у Орахи находились способы справиться с ней. Это пугало ее до смерти, именно поэтому она так жаждала избавиться от него в первую очередь. «Но теперь я превратилась в ничто!»

Она была Осязаемым Главным Сокровищем Природы, что само по себе невероятно имбово. Но в плане потенциала ее нынешнее «я» было урезано и подчинено Брангаре. Напротив, в человеческом обличье она могла бы стоять плечом к плечу с Небесным Кабаном, стоило ей лишь достичь пика Стадии Тела.

— Гх… ах… урх… айи… уу! — Парочка вернулась на Суматуру, волоча тело Орахи, которое мутировало в уродливые формы под воздействием терзавшей его Трансцендентной скверны.

Брангара медленно вливал в Ораху свою Прану, пока эффекты Трансцендентного влияния не оказались под контролем.

— Хватит… — выдохнул Ораха, прекрасно понимая, что мольбы не помогут. Инстинктивно он чувствовал: большая часть его личности уничтожена безвозвратно, и стоящие перед ним не успокоятся, пока не нейтрализуют его окончательно.

Раз уж просить о пощаде смысла не было, Ораха решил напоследок высказаться, пока от него хоть что-то оставалось:

— Смотрите не облажайтесь… Ярша… Брангара.

— Иначе… — Его искаженное лицо тронула страшная усмешка. — Вас ждет настоящий ад…

Вжух!

Брангара инстинктивно швырнул Ораху в Песчано-Серую Пустошь, лишь мгновением позже осознав свой порыв. Он бросился вдогонку, чудом отыскал Ораху в серой мгле и вытащил обратно.

Серый песок уже разъедал его плоть, порождая новую порцию скверны. Брангара немного подлечил Ораху и присмотрелся к нему, спустя мгновение кривя губы в облегченной ухмылке:

— Да уж, с ним покончено.

Он не сводил глаз с Орахи, удерживая зрительный контакт, пока тот окончательно не рассыпался в серую пыль. Отряхнув руки, Брангара повернулся:

— Возвращаемся.

— Мне нужно сделать запасы, — обмолвился он, но лицо Орахи продолжало всплывать в памяти с такой силой, что Брангара не мог выбросить его из головы.

— Мы и так пробыли вне Империи Варахан слишком долго, — заметила Ярша Захара. — Как только вернемся домой, мы…

— Нет, — Брангара покачал головой и зашагал в сторону кольца Песчано-Серой Пустоши, созданного Мароппой и усыпанного по периметру густым частоколом Деревьев Паруте. — Боюсь, роскоши вернуться домой у нас нет.

— Ты… тревожишься? — спросила Ярша Захара, замерев на месте, когда Брангара презрительно фыркнул и упрыгал вперед. Она с досадой заскрипела зубами, задетая его отношением. — Мог бы хоть ответить… мать твою.

«Мое мнение больше ничего не значит, раз теперь я – часть твоей силы?» На лбу Ярши Захары вздулись вены, пока она молча брела обратно к зарослям Деревьев Паруте. Прибыв на место, она увидела, как Брангара без остановки набивает рот Плодами Паруте.

Из гордости Брангара ничего не высказывал вслух. Он не хотел признавать, что даже после превращения в Небесного Кабана существа, которых он считал жалкими букашками, теперь способны угрожать ему и заставлять переживать… о сохранении своего достоинства как главного хищника Суматы, о самом выживании.

Изначально их план заключался в том, чтобы прикончить Ораху, уничтожить Клан Мамонта и захватить Мароппу. После этого они планировали вернуться в Империю Варахан и с комфортом фармить там силу.

Главной целью захвата Мароппы было использование ее способности создавать Песчано-Серую Пустошь, чтобы Трансцендентный Пожиратель Суматы обнес ее по периметру Деревьями Паруте. Это обеспечило бы им бесконечный урожай Плодов Паруте на добрые пару десятков лет – пока Песчано-Серая Пустошь не нейтрализуется окончательно.

Большую часть съест сам Брангара. Излишки же распределят по всей Империи Варахан, чтобы еще сильнее укрепить ее. «Однако… он словно перепуган».

Она покосилась на Брангару: «Испугался, что если заявится в Империю Варахан прямо сейчас, то… Мистические Семь застанут его врасплох».

«Испугался? Он?» Ярша Захара остолбенела от такого выводоа. Ей не хотелось в это верить. Но, глядя на то, с каким отчаянным упоением Брангара пожирает плоды на пределе возможностей, пытаясь стать сильнее, она понимала: так оно и есть.

— Черт побери, и всё из-за этого ублюдка! — выругалась она. — Будь ты проклят, Ораха.