Парящая в темноте космического пространства крепость таила внутри себя целый пузырь жизни. Её стены были выстроены из бетона, а окна отливали красноватым кристаллическим блеском.

Крепость казалась неправильной, даже хаотичной, а проходившие внутри нее коридоры извивались и поворачивались под немыслимыми для прохождения размерами. В одном месте она была шириной с кита, а в другом — меньше муравья.

Окна тоже выглядели резкими и неестественными, сотворенными во всевозможных формах и размерах, за исключением выверенных геометрических фигур вроде квадрата, прямоугольника, круга и так далее. Они были кривыми, лишенными правильной дуги или прямой линии. К тому же окна не отличались единообразием.

Некоторые из них были толстыми, некоторые тонкими, некоторые чистыми, а некоторые мутными по своему составу. В одном из прозрачных окон был виден силуэт существа, похожего на крысу.

Лицо напоминало крысиное, но с круглым бугорком на одном из глаз, размером почти с полголовы. Существо со скукой зевнуло, а затем зашипело, обнажая язык в форме руки. Рукоподобный язык шмякнул по окну и зачерпнул пригоршню мрака, после чего запихнул его в рот.

Выражение крысиной морды мгновенно сменилось со скучающего на одержимое, стоило ей поглотить мутную субстанцию. Глоток за глотком, она поглощала её, отчего бугорок на её глазу увеличился в размерах, пока не лопнул, явив миру еще одну крысиную морду.

Вторая крысиная морда открыла пасть и пронзительно взвизгнула от боли, отчего коридор заполнился змееподобными созданиями с крысиными головами и руками из червей… похожими на многоножку.

Эти существа облепили крысиную морду и сожрали ее, формируя кокон, когда они хлынули в комнату, а затем взорвались, породив крысиную морду, у которой шерсть заменили черви.

Здесь ничто не имело смысла. И подобные сцены происходили по всей крепости. В широком открытом зале, кишащем существами, представляющими собой шумную смесь насекомых, животных, птиц и людей, возвышалась гора.

Эта гора представляла собой кипящую массу плоти, сочащуюся гноем, костями, волосами, хитином и всем тем, чего ей хотелось и где хотелось. Судя по раздававшемуся скрежещущему звуку, что-то проедало ее изнутри.

Однако этот единственный звук сопровождался многочисленными скрежещущими звуками, противоречащими друг другу. Казалось, существовало некое подобие лимба, но присутствие двух противоборствующих сил было очевидным. Днями, годами, десятилетиями, столетиями… или даже тысячелетиями этот лимб, казалось, поддерживался.

Однако внезапно поверх крепости появилась фиолетовая звезда, испускавшая фиолетовое сияние, которое окрашивало все в свой оттенок. Фиолетовые лучи падали на крепость, проникали сквозь окна и освещали находившихся внутри существ.

Среди существ не было никакой реакции, абсолютно никакой на фиолетовые лучи. Однако в главном зале все обстояло иначе.

Когда фиолетовые лучи упали на гору, внутри произошло шевеление, и тогда… казалось, что нечто пробудилось: «Грязь! Дерьмо! Какая гадость… А хотя на вкус вроде ничего?»

Хрум! Хруст! Отрыжка!

Из горы раздался булькающий звук, и наружу высунулась рука. Она вцепилась в край кучи и сжала пальцы, превращая субстанцию в кашицу. Затем она втянулась обратно вместе с размятой массой, после чего послышлись звуки глотания. «Это даже слегка сладковато…»

«Ням-ням! … Ам!» Руки то и дело появлялись по всей поверхности кучи, хватая куски и втягиваясь внутрь под звуки глотания. Спустя несколько часов в таком роде, а может, и дней — было неясно… но после долгого времени из горы показались две руки, затем три, чотыре… в конце концов их стало с десяток.

Эти руки крепились к чудовищному желудку с горлом, на конце которого находились плотоядные зубы. Они впивались в любую субстанцию, которую им скармливали десятки рук, отчего на пищеводе появлялись вздутия, после чего содержимое перекачивалось в желудок.

Это, судя по всему, и было источником того самого единственного звука кормления, раздавшегося ранее. К нему присосались самые разные червеподобные существа, которые без остановки кусали и рвали его. По мере того как эта сущность-желудок поглощала материал, ее тело регенерировало. А затем регенерировавшие части поедались червеподобными существами.

Гора в основном состояла из этого желудка в центре и роящихся на нем червеподобных существ. Потребительские способности обеих сторон раньше были равны, обе они были бездумными поглощающими сущностями.

Но с появлением фиолетового света желудок, казалось, обрел разум. В результате он избирательно нацелился на червеподобных существ, цеплявшихся за его пищевод, из-за чего большая часть поглощаемой пищи вываливалась наружу.

«Вкуснотища!» Руки вытащили дюжину червивых тварей и запихнули их в рот, который тут же их размозжил. В ответ отверстия вдоль пищевой трубки слегка сузились.

Сущность-желудок продолжала этот процесс до тех пор, пока большая часть ее пищевода не восстановилась, что позволило ей поглощать субстанции с еще большей эффективностью. Снова и снова она избавляла свое тело от червеподобных существ и начинала пожирать с возрастающей скоростью, пока полностью не затмила другую сторону.

Вокруг желудка начали формироваться мышцы, вскоре обрастая талией. Сформировался позвоночник, в то время как многочисленные руки уменьшились. Две из них превратились в ноги, одна усохла до состояния копчика, а ещё одна превратилась в младшего братца.

Мышцы, органы и вскоре кровь начали перекачиваться в сущность, которая по мере поглощения становилась все более гуманоидной, пока вскоре все в главном зале не было полностью очищено. Теперь на этом месте стоял обладатель огромной массы, но пропорционально небольшого роста.

Расширенное лицо было пухлым, с жемчужными глазами и слегка утолщенным носом. Лоб был широким, со складкой. Рот открылся, обнажив ряд зубов, оптимизированных для поглощения пищи.

«Я что, слишком огромный?» – пробормотало существо, чувствуя, как его тело начинает сжиматься. — «Ах! Вот так-то лучше! Чувствую, ко мне возвращается сила!»

«Как меня звали-то?» – пробормотало существо, пока на него проливалось всё больше фиолетового света, постепенно обретая ясность. — «О! Теперь вспомнил!»

— Я Вирала! — пробормотало существо, озираясь по сторонам. — Это моё пространство разума? Почему я здесь?

«Я… кажется, что-то забыл?» – бормотало существо. — «Почему-то я чувствую себя как в ловушке. Что происходит?»

«О, я помню, как с кем-то сражался. Это был жуткий противник», – существо нахмурилось, погрузившись в глубокие раздумья. — «Кто же это был?»

«Я… никак не могу вспомнить…»

Бум!

Двери в главный зал распахнулись от мощного удара, и внутрь вошел человек с пухлым, расширенным лицом, жемчужными глазами и слегка утолщенным носом. — Не переживай, я знаю ответ.

— Ты сражался со мной, — произнес мужчина.

— Ты… — Вирала нахмурился. — Почему ты выглядишь как я?

— Уверен? — мужчина склонил голову набок и усмехнулся. — Боюсь, это ты носите моё лицо.

— Ты… ты прав! — Глаза Вирала расширились от осознания, и в тот же миг его тело начало меняться, вытягиваясь и становясь стройнее. Лицо сделалось угловатым, с очерченной челюстью и аккуратной короткой стрижкой. — Вот теперь я похож на себя.

— Погодите… — Секунду спустя Вирала сверкнул глазами на стоящего перед ним мужчину. — Ты какого хрена здесь делаешь? Разве это не моё пространство разума?

— Именно так, — кивнул Брангара, шагая в главный зал. — Это твоё пространство разума…

Стоило ему заговорить, как в помещение ватагой ввалилось полчище тварей, нацелившись на двоицу. Однако после резкого выдоха Брангары большинство существ засосало прямо ему в рот. Несколько хрустов — и с ними было покончено.

— Теперь я вспомнил, что это за твари! — Глаза Вирала расширились от шока, пока он хрустел меньшей частью существ. — Это то влияние, что ты влил в меня… используя то Малое Сокровище… как же оно называлось…

— Милостивый Наследник, — усмехнулся Брангара. — Ты ведь не можешь помнить все детали, верно?

— Это вполне естественно, ведь большую часть данных твоего пространства разума сожрали эти твари. Теперь они хранят их в себе, — Брангара постучал пальцем по подбородку. — О, теперь они у меня, раз уж я сожрал большинство из них.

— Ты… — Вирала занервничал. — Какого чёрта ты делаешь в моём пространстве разума? Нет, погоди! Тебя здесь быть не должно! Да похрен, я просто сотру тебя прямо здесь.

С этой мыслью Вирала активировал искусство мистической природы, которое должно было помочь ему стереть все внешние влияния. Однако, активировав его, Вирала понял, что у него есть лишь небольшой кусочек этой техники культивации.

Но с падением фиолетового света, который падал на форт, казалось, что большая часть его силы сконцентрировалась на Брангаре: «Это же сила Фиолетового Мистического Пути!»

— Почему она сосредоточена на тебе?! — взревел он, инстинктивно чувствуя, что большая часть данных, формировавших Искусство Мистической Природы, находилась внутри Брангара.

— Не напомнишь мне ещё разок про Первую Стадию Частичной Трансформации Третичного Тела? — усмехнулся Брангара, заметив, как лицо Вирала побледнело. — Да, ты абсолютно прав.

Третья стадия тела — Брангара!

— Да, я вовсе не стороннее влияние, — усмехнулся Брангара. — Я всего лишь твоя частичная трансформация. Но чтобы стать мной, тебе нужно обладать мной целиком.

— Я всё это время был внутри тебя, всего лишь грудой данных. Однако, — Брангара ухмыльнулся, — когда Небесный Кабан слился с твоим телом и влил в тебя всё своё влияние вместе с Малым Сокровищем Милостивого Наследника, данные, формирующие меня, впитали это.

— Словно мне даровали зачатки разума, хотя изначально их почти не было, — небрежно пояснил Брангара, уворачиваясь от атаки Вирала и отвешивая тому звонкую пощёчину, впечатавшую противника в пол. — Я был всего лишь одной из хаотичных волей среди десятков тысяч, что терзали твоё пространство разума. Но я не был чужеродным влиянием.

— Я – неотъемлемая часть тебя. А это значит… — Брангара указал на фиолетовый свет. — Когда эта хрень ударила по нам, я пробудился одновременно с нами. И я сделал то, что умею лучше всего.

— Ты сожрал все данные, — Вирала стер с лица вмятину.

— Особенно те, что принадлежали Искусству Мистической Природы, — Брангара увернулся от очередного выпада Вирала и указал на вход.

— Ты в этом ошибаешься, — ухмыльнулся Брангара. — Я сожрал почти всё в твоем пространстве разума.

— Мы начали в одно и то же время, но ты должен понимать одну вещь, — ухмыльнулся Брангара. — Даже с твоими силами ты никогда не смог бы жрать в таких масштабах, как я.