— Вторыш, ещё раз так бросишься вперёд — смотри, как бы не поплатиться своей собачьей шкурой!

Хуан Се схватил племянника за ухо и принялся сурово отчитывать. Он боялся, что в следующем бою тот по глупости отправит себя на тот свет.

Хуан Се даже задумался, не продлить ли срок наёмной службы, чтобы присматривать за этим оболтусом.

Племянник, конечно, кое-что умел. Но гораздо чаще поражал окружающих своей… врождённой простотой.

Обернувшись, Хуан Се увидел Чжун Шэньсю, который внимательно осматривал труп медведеголового. Цюаньжун подошёл ближе.

— Господин Су, что-нибудь обнаружили?

— После разгрома медвежьего племени его остатки вполне могли податься в разбойники. Только обычно они держатся группами по трое-пятеро. Странно, что этот бродил один…

Чжун Шэньсю с усилием перевернул огромное тело.

Броня на спине сюнъи была разорвана, а под ней зияла страшная рана.

— Значит, он уже столкнулся с каким-то врагом и остался один? — предположил Сюэ Сань, подходя ближе.

Лицо его стало серьёзным.

Пятерым солдатам потребовались совместные усилия, чтобы одолеть одного медведеголового.

Трое или пятеро таких бойцов без труда перебили бы весь их отряд.

Но если кто-то сумел почти полностью уничтожить подобную группу сюнъи, насколько же он должен быть опасен?

«Пожалуй, с таким существом справится только настоящий совершенствующийся…»

На лбу Сюэ Саня выступил холодный пот.

Во Второй империи Яньхань существовали подлинные рыцари-мечники и бессмертные мастера меча. А обычный армейский боец или герой цзянху, даже доведя боевое искусство до предела и сумев перейти от приобретённого состояния к изначальному, едва достигал уровня, с которого начиналась практика этих людей.

Разница между ними была огромна — как между Небом и Землёй.

Увы, боевым искусствам научиться было относительно легко, а вот путь бессмертного совершенствования открывался далеко не каждому.

Сколько людей всю жизнь искали дверь на этот путь и так и не смогли её найти!

Эрха опустился на колени возле спины мертвеца, поводил носом и вдруг вскрикнул:

— Чую того, кто его ранил! Это тот же самый запах, что был на разорённых полях!

— Значит… чудовище до сих пор бродит поблизости? — Чжун Шэньсю сразу насторожился.

Дело принимало дурной оборот.

Судя по ране, на медвежьего воина, вероятнее всего, напала тварь из Чёрного тумана. Большинство подобных существ ненавидело всё живое. Если чудовище и вправду кружило поблизости, то собравшиеся здесь крестьяне могли показаться ему целым пиршественным столом.

Вполне вероятно, оно решит полакомиться.

Едва Чжун Шэньсю об этом подумал, как раздался пронзительный крик:

— Смотрите туда!

Он повернулся на запад.

Вдали показалась полоса Чёрного тумана. Палящие лучи трёх солнц ничуть её не рассеивали. Напротив, туман словно превратился в чудовищного зверя, который размахивал когтистыми лапами и неуклонно тянулся к деревне.

Чёрный туман не всегда стоял на одном месте: иногда он отступал, а иногда расширялся.

Подобные внезапные вторжения обычно длились недолго. Туман вскоре исчезал, но после него неизменно оставались разорение и смерть.

Теперь он нахлынул с такой силой, словно приливная волна великой реки. Ещё мгновение назад чёрная завеса находилась за несколько ли, а теперь уже подступила вплотную.

— Скорее! Бегите в деревню! — надрывался староста.

Люди с криками и плачем бросились прочь. Они не успели забрать ни добычу, ни тела погибших товарищей.

— Уходим и мы! — крикнул Сюэ Сань.

Солдаты бежали даже быстрее крестьян. Всё-таки это были крепкие армейские бойцы, обученные боевым искусствам.

ТУК! ТУК!

Чжун Шэньсю прижал ладонь к груди. Ему показалось, будто собственное сердце забилось с невероятной силой.

«Это та тварь! Неужели она связана с Чёрным туманом?»

В голове промелькнула догадка, но проверять её он не собирался. Ловко переступив ногами, Чжун Шэньсю в несколько скачков преодолел большое расстояние.

В тот самый миг, когда он покидал опасное место, за его спиной сомкнулась лёгкая пелена тумана.

Видимость резко ухудшилась. До полной непроглядности было ещё далеко, но ненамного: уже в десятке с лишним метров ничего нельзя было разглядеть.

СВИСТ! СВИСТ!

Из тумана внезапно выстрелили несколько багровых щупалец, похожих на лианы древнего дерева. Их поверхность покрывали бугры, напоминавшие наросты на стволе.

Только вблизи можно было различить, что это вовсе не наросты.

Это были глаза!

Не сумев схватить Чжун Шэньсю, багровые щупальца метнулись в сторону.

Один из его товарищей по пятёрке исчез в тумане так быстро, что даже не успел закричать.

Чжун Шэньсю выскочил из чёрной пелены, моргнул и с удивлением обнаружил, что даже не помнит, как звали этого несчастного сослуживца.

— Господин Су!

Рядом появились Сюэ Сань, Хуан Се и Эрха. Глядя на границу тумана, они пробормотали:

— Такие внезапные выбросы обычно означают, что из тумана вышло опасное существо… Скоро всё должно отступить.

Чжун Шэньсю заметил, что чёрная завеса, разросшись до нынешних размеров, словно достигла предела.

Но в следующий миг внутри неё вспыхнули два алых глаза.

Казалось, они пристально следили за уцелевшими солдатами.

Из Чёрного тумана медленно вышло странное создание.

Оно напоминало огромного пса с совершенно чёрной шерстью. Однако из его тела во все стороны торчали кроваво-красные лианы. Они глубоко вросли в мясо, словно заменили собой кости, и пробивались наружу сквозь кожу.

Щупальца, напавшие на отряд, были лишь частью этих отвратительных отростков.

Теперь гигантский пёс явно выбрал своей добычей именно их. Он низко зарычал и бросился вперёд.

— Гав-гав! — закричал Эрха. — Свои со своими не дерутся!

Чёрный пёс будто и не услышал. Одно из щупалец взметнулось, словно железная плеть, выбило копьё из рук Эрха и повалило его на землю. Тот завопил от боли.

— Придётся сражаться! — взревел Сюэ Сань, обливаясь холодным потом.

Он понимал: чудовище уже нацелилось на них, и простым бегством не спастись.

— Построение!

Но на этот раз армейское построение с саблями оказалось бесполезно.

Гигантский пёс налетел на бойцов. Багровые щупальца метались вокруг него так, словно у зверя выросли десятки рук, и без труда отбивали удары клинков.

Чудовище разинуло пасть и одним укусом оторвало Сюэ Саню руку, в которой тот держал саблю.

Сюэ Сань закричал и рухнул на землю. Сквозь пелену боли он увидел, как чёрный пёс повалил Хуан Се. Огромная пасть твари раскрылась в разные стороны, разойдясь мясистыми лепестками, словно распустившаяся хризантема. Она уже готовилась проглотить цюаньжуна целиком.

Сюэ Сань похолодел.

Сегодня погибнет не только их пятёрка. Скорее всего, чудовище перебьёт и всех жителей соседней деревни.

Он закрыл глаза, приготовившись к смерти.

И вдруг услышал звенящий свист клинка.

Сюэ Сань вздрогнул и открыл глаза.

Су Даочжи с саблей в руках двигался вслед за собственным оружием. Один точный удар — и несколько крепких, словно железные плети, щупалец оказались отсечены! Юноша буквально прорубил себе путь через окружение.

Затем его сабля снова блеснула возле гигантского пса, и он сумел вытащить Хуан Се из-под чудовища.

— Господин Су… Вы… — Хуан Се вытаращил глаза от изумления.

Он отчётливо видел: Су Даочжи использовал самую обычную армейскую технику сабли.

Но каждый его приём был безукоризнен, словно отточен тысячами и тысячами повторений.

— Мы столько лет служим вместе, а я и не подозревал, что господин Су — такой… гений сабли!

На самом деле Су Даочжи вовсе не был гением. Он не преуспел ни в книжной учёности, ни в боевых искусствах, ни тем более в даосских приёмах.

Но Чжун Шэньсю был совсем другим человеком.

Как-никак в прошлом мире он считался сильнейшим мастером Поднебесной и обладал несравненным боевым опытом.

Теперь, держа в руке саблю, он двигался как дракон, ныряющий среди облаков. Внезапно метнувшись вперёд, Чжун Шэньсю вонзил клинок прямо в глаз чудовища.

Гигантский пёс взвыл, но не умер.

Вместо этого из раны вытянулись бесчисленные мясистые нити. Вся плоть существа вздулась, заворочалась и превратилась в огромный шар живого мяса, который покатился обратно в Чёрный туман.

Плотная мгла начала рассеиваться.

Раненое чудовище… сбежало!

Чжун Шэньсю с тревогой смотрел ему вслед.

«Даже самая обычная тварь из Чёрного тумана оказалась настолько живучей. Теперь понятно, почему здешние люди бледнеют при одном его упоминании…»

«Зато после сегодняшнего представления у меня наконец-то накопилось целое очко Тяньсю…»