— Что?

«Оригинал… разве знала про свою способность?»

Нет, этого не могло быть.

В романе ничего подобного не описывалось, и Илиссе попросту неоткуда было это знать.

С каждой полученной деталью я всё больше осознавала масштаб пазла.

Мало того, что Илисса, оказывается, была знакома с этим типом, хотя в романе такого не было.

Так ещё она и была в курсе потомственного таланта, более того – развивала его!

Как же это было странно и не похоже на то, какой я знала истинную владелицу тела.

«Это возможно?»

Быть может…

Хотя, даже думать о том, что я просто не видела нужных спойлеров, было уже бессмысленно.

Весь сюжет поехал наперекосяк с самого начала.

Есть и побочный эффект от моего первичного желания.

Это незнание.

Что правда, что не правда.

— Чёрт, ты сейчас серьёзно? Я действительно увлекалась ядами?

Мастер промолчал, печально вглядевшись в мои голубые глаза, и вдруг залез в карман своей жилетки.

Шурх-

Он вытянул оттуда нечто и приблизил руку ко мне.

— …

Я, помедлив буквально пару секунд, приняла предмет, оказавшийся бумажкой.

Шурх-

И развернула, а в это время Делой ответил.

— Не просто «увлекалась», Лисса.

— …

— Ты просто чертовски горела этим делом. Словно это было чем-то настолько невероятным, сродни глотка воды на жарком юге.

В тот миг, как я развернула бумажки – потому что их было, оказывается, несколько сложенных в одну, – я увидела.

«Это…»

Это были зарисовки склянок с жидкостью и много текста.

Кантаридин

!! ВАЖНО !!

Умеренные дозы – действие по типу афродизиака

Превышение – смерть!!!

( определить пределы (╭ರ_⊙) )

— Это мои заметки?

На каждом было по одному виду токсина и описание их свойств, срока действия и другое.

— Да.

— Но откуда они у тебя?

Мужчина немного изменился в лице, словно почувствовав, что его подозревают, и ему это не нравилось.

— Мы с тобой были своеобразными «коллегами».

— А?

— Я знал о твоём секрете, как и ты о моём.

«О его секрете?»

Наверное, под этим он имел в виду гильдию?

Всё же, чтобы заслужить репутацию и доверие клиентов, организации недостаточно года. Так что её создание наверняка произошло в академические годы Делоя.

— Потому используя «дружеские встречи» как предлог, выбирались куда-нибудь и, пока ты изучала теорию и занималась практикой, я искал для тебя нужные книжки и всё в этом роде.

— …

— Мы вместе отправлялись за ингредиентами для твоих гадостей.

— …

— Чего только стоило незаметно ускользать от профессора во время нудной лекции.

В голове стало совсем пусто.

Всё, что я знала, оказалось ложью.

А то, что не знала, выглядело так странно.

Наверное, это чувствуют учёные, когда находится фактор, опровергающий гипотезу и заключающий совсем противоположную теорию?

— Что ж, это… Странно.

— Да. Это странно. Всего несколько лет назад это было, а человек, фигурирующий в воспоминаниях, ничего такого помнит.

— …

Я предпочла промолчать.

Хотя мне просто нечего было сказать.

А вот мастер отчего-то не отрывал взгляд от моего лица.

Наверное, он хотел прочесть мои мысли.

Но как можно прочесть то, что полностью стёрлось?

Я не могла какое-то время оторвать глаза от дорожки, засыпанной листьями, но в итоге всё же подняла их, обратив к мужчине.

Стоило мне это сделать, как я увидела–

— ……..

Тяжёлый, усталый, как у работника на стройке в двойную смену, взгляд.

Капилляры в белках полопались, лицо побледнело.

Внезапно он выдавил вопрос, постаравшись произнести его как можно ровнее.

— …А что ты помнишь?

Мои губы на пару секунд открылись, но потом снова сомкнулись.

«Что я помню?»

Я не знаю.

Я больше ничего не знаю.

Я знаю, что я – Ли Часи, девушка, которая по воле злосчастной судьбы умерла в раннем возрасте и попала в совершенно чужой мир.

Стала той, кого ненавидел весь мир.

Стала вынуждена каждый день отражать нападки и выдумывать планы. Чтобы не умереть во второй раз.

Это всё, что я сейчас знала.

— …

Когда я не ответила, отведя голубые зрачки, выглядевшие такими мутными, словно к родниковому ручью подмешали краску с использованной кисточки–

— …Прости меня.

Этот мужчина ни с того ни с сего произнёс извинения и…

Шух-

Хвать-

…с силой притянул меня к себе.

Я, вспомнившая недавний вечер с выходкой барона, сильно вздрогнула. По виску прокатился холодный пот.

— …

Но мастер не замышлял ничего подобного.

«Что за…»

Он просто прижал меня так крепко и так невесомо одновременно. Я не могла понять, ощущение чего правдивее.

Моё тело почувствовало тепло, исходящее от этого человека, среди осенней прохлады.

— …Ты просила забыть тебя.

— …

— Я не знал причины, но уважал твоё решение, хоть и был подавлен.

— …

— Но теперь, когда ты абсолютно ничегошеньки не помнишь… Когда выглядишь такой усталой и щетинистой…

— …

— …Я больше не могу. Прости меня, Илисса.

Его горячий нос прижался к моей холодной шее, оставляя мурашки, а руку приложил к затылку.

Это было очень странно…

— …

Я не могла ничего сделать. Мои зрачки продолжали расширяться и сжиматься, а руку пробило внезапной дрожью.

«Мастер… всегда был таким ранимым?»

Что-то в грудине защекотало.

Но это чувство не было приятным или радостным.

Оно было похоже на то, что чувствуешь в момент надвигающегося на тебя цунами.

«Почему…?»

Постояв так ещё какое-то время, Делой отстранился и напоследок пригладил пряди моих синих волос поближе к шее.

Кажется, он заметил разницу в температуре наших кож.

«Бесит…»

Бесит.

Бесит, что было достаточно какой-то странной мелочи, чтобы моя губа задрожала.

И в этот момент.

Краем глаза я уловила золотистый блеск.

Это были светлые волосы.

В шагах двадцати от нас шли пара человек, девушка и парень.

Парень, с синими, но тусклее чем у меня, волосами. Он держал в руке шпажку с чем-то, кажется, шашлычком.

Той, кого он угощал, была тепло одетая, в розовое пальто и такой же беретик, девушка.

Её щёки немного горели, и она широко улыбалась.

— …

Но с каждым их шагом время будто бы замедлялось.

Потому что это были они.

Главные герои романа «Цветок Империи».

Ширион и Катерина.

Я почему-то продолжала молча наблюдать, не в силах отвести взгляд.

— …

Но в один момент золотые, как монетки из казны, глазницы приоткрылись.

Они заметили ту, кто наблюдала за ними.

Меня.

………..

Лицо Катерины вмиг померкло.

Улыбка сползла с розовых губ, а зрачки заметались от меня к Делою.

«Настолько ненавистна?»

За что?

Ах.

«А на банкете так умоляла выполнить её просьбу».

Всё, разовая акция?

Ширион, заметив перемену в своей подружке, тоже остановился.

Взгляд его синих глаз последовал за её золотыми.

И упёрся в нас с мастером.

Раздражало, что мы выглядели для них как обезьянки в цирке.

Катерина что-то промямлила, но из-за расстояния услышать было невозможно.

Мне вдруг вспомнилась одна история, произошедшая на дне рождения Императора.

«Негодяйка», — подшутила мысленно я над совсем не «святым» поведением героини.

Ширион недолго оглядел Делоя, который натянул лёгкую улыбку и опустил одну бровь.

А потом переметнулся ко мне.

И в тот же миг синие зрачки похолодели настолько, словно только что осень сменила зима.

Моё лицо, кажется, покрылось коркой инея.

«Отвратительно».

— …

«Смотри так отвратительно побольше, чтобы с таким же лицом облажаться».

Но с девушкой явно что-то было не так.

Цвет кожи у неё стал нездорово серым.

Как если бы разом вся её одежда перестала её греть под этим недружелюбным ноябрьским солнцем.

«Что её так скорёбило?»

То, что презираемая ей злодейка не бьётся в агонии отчаяния?

Что она тоже умеет весело проводить время в компании друзей?

Тогда массивная ладонь легла на круглые глаза героини, тем самым закрыв ей обзор.

Ширион отвернул её голову и направил идти далее.

Ха. Ладно. Хорошо, что они ушли сами.

На бессмысленные перегавкания сегодня у меня уже сил не осталось.

И без того странный денёк выдался.

В то время у Екатерины и Шириона.

Прогуливаясь по спокойной набережной невероятной Альис, пара смеялась и держалась за руки, скрепив их так, словно стараясь стать единым целым.

Катерина попробовала то, что герцог протянул к её рту.

— М-м? Мясо!

— Да-а. Тебе понравилось?

— Да! Невероятно нежно…

Мужчина усмехнулся, видя, как покраснели её щечки.

В сердце приятно затрепетало.

Катерина же чувствовала, как приятный вкус заполняет её вкусовые рецепторы на кончике языка.

Этот день был таким статичным, но таким чувственным.

Но тогда, как её левую часть лица зажгло–

— …

Жёлтые глаза нашли вдалеке сначала одну фигуру, а потом две.

Это была она.

Та девушка, что могла только сжимать губы.

И та девушка, что с каких-то пор перестала походить на саму себя.

А в её компании находился тот, кого героиня вообще не ожидала увидеть.

Никак. И никоим образом.

— Господин Рутиф…?

Её сердце вдруг рухнуло вниз.

Даже не в ноги, а куда-то ниже. Словно зарываясь под землю, двигаясь к самому ядру.

Почему они были вместе?

Как они встретились?

Почему вообще… общаются?

Разве он не должен воротить нос от одного лишь вида этой распутницы?

«Какого…»

— Гос-сподин. Как…же так?

Даже запнувшись от шока, она не могла понять, что так сильно сжимает её сердце прямо сейчас?

— Почему… Вы сказали мне так?

Почему мастер, к которому она планировала сегодня попасть, и мастер, который отказал, сказав что «занят», находиться в этом месте?

Гуляет вместе с Илиссой Ванос?

«Как вы могли?»

Разве это – справедливо?

Она спешила и рвалась в гильдию, как ценный клиент, а этот идиот отказал ей, предпочёл ей графиню.

«Графиню…!»

Её губы пересохли.

Но в этот момент, огородив от эмоционального срыва, её спутник увёл её подальше.

Катерина никак не могла бросить думать.

Вмиг атмосфера с дружелюбной сменилась на молчаливую и острую.

Она кусала ногти на правой руке, пока левой потирала область в груди, под которой находилось сердце.

Так болело. Невыносимо.

С каких-то пор девушка стала носить перчатки.

Белые, такие же, как и её роль в обществе.

Роль «Цветка Империи».

Такая же безвинная и светлая.

Но прямо сейчас –

— !!!!!!

Зрачки судорожно забились, когда взгляд Катерины упал на запястье.

Потому что,

Ползь-

в этот момент из-под края перчатки поползла чёрная полоска, окутывая венки.

Девушка вздрогнула, мигом отбросив все мысли, и одёрнула перчатку по сильнее.

— Кстати говоря.

Совсем ни к месту раскрыл рот молодой герцог.

Катерина не хотела его слушать, ей было совершенно не до этого.

Но он об этом и не подозревал.

— Тем вечером, на банкете.

— …

— Ты ведь говорила, что хотела мне что-то подарить?

Девушка моргнула, с трудом сглатывая сухую слюну.

Глоть-

Она вспомнила.

В тот день она и правда поделилась с Ширионом по секрету, что собирается сделать ему небольшой подарок.

Он сильно обрадовался, но не показал этого. Только дрожащая улыбка, появившаяся дугой на его губах, выдала это.

Но золотые запонки в бархатной коробочке, предназначавшиеся для него, оказались немного не в тех руках.

Они оказались подарены Джеральдину Ванос. Брату графини.

«И как так… получилось?»

Героиня нахмурилась, потирая запястье.

Несколько сотен разных мыслей сейчас роились в её маленькой голове.

Но Ширион не станет её подозревать, так?

Он ведь не видел, кому она отдавала коробочку?

Не должен.

Поэтому девушка судорожно выдохнула, а потом опустила руки и повернулась к мужчине с совершенно обезоруживающим видом.

Широкая неловкая улыбка с белоснежными зубами. Радужка и зрачок, спрятавшиеся под прикрытыми длинными ресницами. Мягкие розовые губы.

Это и есть внешность ангелоподобной девушки и её главное оружие.

Ведь нужно уметь пользоваться своими достоинствами.

— Прости. Я виновата.

Печально, но равномерно сказала она.

Ширион, не хотевший давить, но расстроенный тем, что так и не получил желаемого, вздрогнул.

— Я хотела, клянусь! Но, в самый последний момент, поняла. Что, кажется, потеряла перстень.

— …

— Не злись сильно, прошу тебя, лорд! Поверь, он всё равно не был достоин тебя.

— …Я не злюсь, моя леди. Не думай об этом.

— …Хнык. Правда?

Герцог ощутил, как по приложенной к её щеке руке стекает горячая слеза.

— Не смей плакать по такому бессмысленному поводу. Слышала меня? Будь сильной.

Он встревоженно потряс её плечо свободной рукой, а другой стёр мокрую дорожку.

— Ты поняла? Леди.

Катерина, до этого момента застывшая со стеклянными глазами, снова прикрыла их и слабо улыбнулась. Её нос всё ещё был красным.

— …Мой лорд такой понимающий и добрый. Хнык. Я так рада.

В следующую секунду герцог нежным, щепетильным поцелуем накрыл её тёплые губы.

«…Я так устала».

И правда. То, как она страдает, мог оценить только этот мужчина.

Подходит.