— Ха-а… Мужчина?

— Ага.

— Да. Целых два.

— Как?

Такие бессмысленные комичные диалоги каждый раз наполняли дни тренировок.

Но сейчас они стали ещё больше раздражающими. Потому что я, значит, голову днями ночами ломала, почему вдруг этот человек ни с того ни с сего шипами покрылся, а он, собака такая, никакого особого значения этому не придал?!

«Как тебя совесть не мучит?»

Так что… может быть, мне тоже стоит подразнить?

Я пожала плечами, словно мы говорили не о моей тайной личности, а о какой-то первой встречной.

— Кто знает как. Пока у тебя есть красота, ты вооружён, говорят.

Не то чтобы Аеск не был красив, даже с точностью наоборот, как бы горько это не приходилось признавать.

Но Илисса, будь она кем-нибудь иным, не дочерью своего отца, совершенно точно стала бы популярной в Свете и не только. 

Даже пара украшений уже смотрелись бы на ней как влитые и дорого.

Но увы. Хвалить себя смогу только в таком ключе.

— Хм-м-м…

В отличие от одиночных тренировок, сегодня я была под наставлениями этого мужчины.

Но даже стоя к нему лицом, я не могла не погрязнуть в этих иссиня-синих (на самом деле, такое слово существует, и я непременно им воспользовалась. Посему давайте не заострять внимание) зрачках. 

Поэтому даже предположить не могла, о чём он думает.

— …

Изначально я сильно переживала по поводу того, что он мог уже знать мою личность, и просто играться.

Но, если честно…

Если он не хороший актёр, то не думаю, что он придуряется.

— Недрянная дочь, чуть выше меч. Тебе же его не для красоты доверили!

— …

— Вот здесь плечи расправь. О, вот так, да, молодец.

— …

— Перехвати рукоять. Ну неужели так удобно, боже?

Не уставая от своих бесконечных замечаний наставника, принц выдохнул, увидев мою хватку, и вдруг двинулся.

Он оказался прямо за моей спиной, так, что я могла почувствовать его дыхание у себя над ухом, и перенаправил мои ладони на ручке.

— Во-о-от, так то лучше.

«Какое благословение, что той женщины сегодня нет».

По привычке покосившись на место Эльвиры, подумала я.

— Вы специально?

— Что не так?

— …Ничего.

«Даже не знаю, была ли я права, потратив своё желание на такое».

— Ладно. Так ведь уверенней держится, да? 

— Да.

— Ну а я что говорил. Как же ты раньше одна справлялась?

— С относительным спокойствием.

Это полуправда.

Выходило у меня хуже, и было стыдно, но я хотя бы находилась сама с собой, если можно так сказать.

А в последние дни, которые и так не отличались лёгкостью, навалилось в три, нет, пять раз больше проблем.

Император и героиня со своими странными взаимоотношениями.

Героиня со своим интересом к Джеральду.

Делой со своими проблемами в рассудке.

Джеральд со своей странной неконтролируемой речью.

Барон со своим извращённым чувством любви.

Кронпринц со своими неизвестными переменами.

Улыбчивый (!) граф…

«…Не понимаю».

— Теперь попробуй атаковать. Не бойся, выкладывайся на максимум.

— …

— Покажи мне, чему ты научилась, занозка.

«Что такого стряслось в этом мире?»

— На счёт три.

Сюжет и правда перевернулся на сто восемьдесят, с ног наголову.

— Три…

Но это так тесно переплетается со мной, что моя жизнь ставится под угрозу.

— Два…

Было ли это тем, что должно было случиться? Или я совершила ошибку?

— Один.

Вжух-!

Рванув с места, словно стараясь выбраться из поглощающей бездны мыслей, я старалась выместить все злость, непонимание, ненависть, страх и даже крупицы радости на этом человеке.

Бам! Бам!

Наши мечи сталкивались вместе, когда я ударяла, а он защищался.

Ш-шых! Вжик!

Не обращая внимания на небольшую накатившую усталость, я продолжила бить.

Видимо, Аеск и сам не ожидал такого напора и скорости с моей стороны, судя по его изменившемся лицу.

— …Ох, притормози немного, ты сейчас выдохнешься.

Но я не останавливалась.

Желая сублимировать свои чувства в удары по этому деревянному мечу…

«Бернард Ванос, будь ты проклят.

Дилан Шатормэ, будь ты проклят.

Вилет Новемберг, будь ты проклята».

Мгновенно, после вымещения злости и секундной эйфории, подступало тошнотворное отвращение.

И оно было обращено…

«…Ко мне».

Потому что в этот момент, когда я боролась с щипанием в глазах, я чувствовала себя такой слабой и жалкой.

Словно я, которая хотела хотя бы во второй жизни зажить полноценно по-своему, была лишь расходным материалом в чьих-то руках.

И, загордившись от того, что не видела пола, упала в грязь.

— …Тц.

Бам! Вжух!

— Леди!..

В этот момент, от слишком усердного замаха и потери ориентации, мои ноги стали ватными.

Бух!

Я и правда упала.

— Мгх.

…Хотя я прекрасно понимала, что всё то, о чём я думала, не было правдой. Ну, если только на десятую часть.

Во всяком случае, я же знала с самого начала, что легко не будет.

И потому не надеялась. Надежда – пустая трата ресурсов внутреннего «Я».

Тогда почему меня так тошнит?! 

Я ведь всё-таки отлично старалась все эти месяцы, и много что сделала.

Точно не напрасно.

Такими темпами, я смогу избежать смерти. И смогу поставить этих ублюдков в такое же положение, в каком я была и есть.

— …….

Сжав кулак на песке до набухании вены, я нахмурилась.

— Эй, Илисса. Ты как?

Боковым зрением заметила, как этот человек сконился рядом, оперевшись о коленки.

— …..

— Ах!

Он слегка пошатнулся, словно его ударил тепловой удар.

— Она не язвит! Она точно расшиблась насмерть.

Аеск продолжал наблюдать за моей опущенной головой, будто выжидая реакции.

— …Хух.

Перевернувшись с колен на ягодицы, я продолжила дышать, сидя на земле.

Тогда моё лицо стало возможно прочитать.

Потому, наверное, Аеск перестал кокетничать и протянул ладонь.

— Поднимайся, воин. Тяжело – значит, результат есть.

Как тогда, во дворце.

— …

Пытается поддержать?

Ему не идёт.

Даже не обратив внимания ни на слова, ни на действия принца, я слегка отползла назад.

Нет, мне не нравилось сидеть в пыли.

Я хотела встать. Но рука так остро болит…

«Дерьмо».

— Я сама могу встать. Всё в порядке. 

— Поэтому сидишь?

— Отдыхаю.

И когда я хотела чуть отряхнуться, вдруг почувствовала почти невесомое прикосновение.

— …?

Аеск с таким задумчивым видом.

И что он делает?

Кончик его пальца аккуратно, медленно, но пока я не успела додуматься, потянул край рукава моей рубашки кверху.

…Тем самым оголив вид на опухшее левое запястье с синевой.

Это то понятно.

Но какого чёрта из-за этой чепухи я делаю в лазарете!

Это же просто до ужаса смешно.

Словно из меня выкачали всю душу до крошек, я сидела на койке, прижимаясь спиной к стенке.

— Ушиб и небольшое растяжение мягких тканей, это нормально для такого падения.

— …

— Просто набирайтесь с силами и не напрягайтесь пока.

Врач с лёгкой доброй улыбкой рассказал мне и моему компаньону заключение.

Вернее, он просто повторял мне то, что уже слышал Аеск, пока медсестра перематывала мою руку.

Когда врач удалился, этот человек лениво упал на стул рядом.

«В сторожи нанялся?..»

Мне не было до конца ясно, почему такой трикстер как Аеск делает это.

— Вот это ты шустрая, я даже не ожидал.

— …

— Говорил же, помедленнее. Почему не слушаешь наставника, а?

Он скривил брови и с неприязненным видом щёлкнул мне по лбу.

Щёлк! 

— А…! Эй!..

— «Эй»?

— …

— Видимо, и правда головой приложилась. Врач некомпетентен, даже такое серьёзное дело не заметил.

Ладно, во всяком случае, спасибо; но почему ты продолжаешь оставаться здесь?

— Физиологию не обойти. Женщины и так хрупче мужчин. 

На что он намекает? 

«Он что, думает, что я ему подражаю, что ли?»

— …А ты и вовсе с первого дня как щепкой бледной была, так ею и осталась.

— Это обидно.

— Это правда.

На некоторое время этот мужчина замолчал.

— Почему ты горишь идеей научиться владению мечом?

— …

— …Лекарь сказал, помимо травмы руки, у тебя наблюдается общее истощение.

— ......

Он так сказал?..

Почему ему? Кто он мне, чтобы говорить ему такое.

Но…

— …Поэтому здесь столько тарелок?

И правда. Столик у моей койки был обставлен первым, вторым, чаем и даже десертом.

— Именно. Если ты тренируешься, тебе нужно хорошо есть. Плевать надо на всякие бессмысленные стандарты, или что вас там тревожит ещё...

— …

— Понятно? Что будешь делать, если однажды сломаешься?

Как-то странно говорить с ним об этом…

«…Но! Будто это моя прихоть!»

Виновником моего состояния является граф. Почему нагоняи получаю я?!

— Это ясно. Эм… я…

— Хочешь что-то сказать?

— Да. Ну. …Спасибо?

— О-о-ох-х-х, неужели это сама Илисса Ванос поблагодарила нищего Аеска Фортис-Регум?

— …Ха…

Какой же язвительный ублюдок.

Прям как я.

Бесит.

— Я промолчу.

— Почему? Я тут ради провокации себя даже нищим назвал, а она промолчит. Как невоспитанно.

«Нет, он правда… несколько неумный человек?»

Кажется, он прочитал мои мысли по моему взгляду, потому перевёл тему.

— Ладно. Вот что важнее…

— А?

— Ты ешь сиди, а не акай.

— …

Я послушно взяла ложку от неловкости.

«Почему меня подкармливает…этот тип?»

Пришлось хлебать.

Но… это что, была дворцовая кухня?

— Мхм! М. Глоть, а что так вкусно???

— М? Ха-ха! Вкусно? Конечно.

— …

— Разве может мой шеф-повар готовить что-то «средненькое»?

«Так это и правда дворцовая еда».

Даже вкуснее, чем на банкетах!

Хотя, может, просто здесь людей… намного меньше, поэтому.

— Кхм. То, что я хотел сказать.

— …

— Ты знаешь о предстоящей охоте?

Охота? Которая по случаю грядущего окончания осени?

Я кивнула.

Как я могла не знать? Я ведь даже кое-что задумала.

— О, ну слава богам. Я думал, как в прошлый раз.

— …

— Подумать только, человек живёт почти двадцать лет в Империи…

— Ой, всё, всё! Прекратите! Вы не знаете всего дела.

— Что это значит?

— Потом.

Я вновь отхлебнула с ложки тёплый кремовый суп.

На самом деле, это и правда странно, что я вот так вот ем перед кронпринцем.

Ну ладно. У него своя кухня есть.

— И что с этой охотой?

— Ну.

Его синие глаза немного закатились, а лицо приняло странный вид.

Разочарование? Что-то иное?

— Просто хотел сказать.

— …

— Там Его Величество собирался объявить одну новость. Для кого-то счастливую, для кого-то не особо, наверное.

«Что?»

— Это что, прогрев?

— Что это? Причём здесь прогрев?

— Эх. Это значит «подготовить к какому-то действию».

— Хм, можно и так сказать, наверное.

— …

— В общем-то, мне просто интересно посмотреть, как ты отреагируешь.

Бл**ь, опять ко мне сводится.

— Я? Почему я? Новость со мной связана?

— Не-ет, так неинтересно. Хочу увидеть непосредственно на охоте.

«Какой ты…»

— И ещё. Давай-ка садись за вышивку.

— Чего?

— Буду ждать твоего платка.

Платок.

Который вешают на удачу своим рыцарям?

«Ты не мой рыцарь, мечтай дальше, ха-ха».

Так я и побрела до дома спустя пару часов, отказавшись от кареты.

Не понимаю, что с моим настроением.

Сначала была на нервах, потом налегке, сейчас…не знаю.

Странно всё, и запутано.

Лишь город жил прежним темпом. Голоса людей, шум лошадей и повозок, ненавязчивый ветер, двигающий листву на земле…

Бам!

Вдруг что-то врезалось мне в ногу.

— А?

Что-то маленькое.

Я обернулась и опустила голову вниз.

«Ребёнок?»

Прямо передо мной, отскочивший немного в сторону, стоял крохотный мальчик с таки-ими громадными глазами…

«Такие большие, и правда…»

Но.

— Было больно?

В уголке его голубого глаза заблестела влага. Поэтому я подумала.

— Н-нет. Извините меня, пожалуйста, я буду внимательнее!

Ребёнок резко согнулся, глубоко поклонившись.

— Я клянусь! Простите! 

Он едва заметно подрагивал, словно боялся.

«…»

По одежде видно, что не из богачей. Да и такой малыш. 

Он боялся меня, потому что я из знати?

Впрочем, такое не было редкостью. Дворяне не скупились и на отвращение к простолюдинским детям, в том числе и на удары или брань.

«…Но он же такое хрупкое создание».

— Ты потерялся? Малыш.

— А, н-нет! Меня ждут мама с папой!

Не знаю насчёт того, сказал ли он правду, или соврал ради безопасности.

Но ладно. Ничего не поделаешь.

В этот момент мальчик достал платок из кармана и потянулся своей ладошкой к моему платью.

Видимо, хотел «оттереть» грязь, которую доставил. 

«Грязь?»

В голове было так пусто, на удивление.

Я аккуратно перехватила его вздрогнувшую руку и перевернула внутренней стороной ладони кверху.

— Не надо. Возьми это.

А другой рукой вложила ему на платок горсть карамельных конфет из потайного кармана платья.

Моё лицо не выражало ничего, поэтому мальчику было трудно предугадать.

— А…Нет, нет! Спасибо, я…

— Возьми, пожалуйста. Так сестрёнке будет легче.

На бледноватом личике ребёнка читалась тревога, которую он пытался скрыть от меня.

Это нормально. Не знаю, как я выгляжу со стороны.

Но то, что мне станет легче, – правда.

— Родители учили, что нельзя брать ничего у незнакомцев?

— Д-да! — уверенно воскликнул он, но сразу осёкся. — То есть, ой…

— Тогда можешь выбросить их потом. Можешь не кушать. 

— …

— Молодец.

Я недолго прошлась ладонью по светлым волосам мальчишки, стараясь не давать ему поводов к страху.

Немного побегав зрачками от меня на конфеты и обратно, ребёнок кивнул и, наконец, улыбнулся. 

— Ладно, спасибо! До свидания, сестрёнка!

— …До свидания.

Он побежал дальше.

— …

Стало ли легче мне на сердце?

Я считала, что придумываю.

Но, видимо, нет.

Потому что вздохнула я невольно больше обычного.