С этими словами я была брошена в имперской темнице.

— Даже раны не обработали.

Была ли я подозреваемой или нет, я продолжала оставаться аристократкой.

«Хотя, по сравнению с ущербом Шатормэ, это – ничто».

Ха-ха…

Даже стараясь смеяться, мне было не по себе.

Что этот ублюдок наговорит гвардейцам? Что я, вся такая дикая и нелюдимая, вдруг набросилась на него, как безумная гиена?

«А про свои домогательства он рассказать случаем не хочет?!»

Но те его слова…

— Но мне разрешили.

Кто?! Кто смеет решать, можно ли меня трогать или нет?!

— Ха-а, одна морока. Тц.

Потерев глаза пыльными руками, я нахмурилась.

«Не думаю, что выберусь отсюда без проблем».

За меня заступиться некому. Граф, если и полезет на рожон, что вряд ли, то обяжет «отплатить».

А я, к сожалению, уже слишком хорошо знаю, что подразумевает это его «отплатить».

Что до барона…

Раз он так ослеплён своей одержимостью ко мне, то может как-нибудь и вызволит, но вот отвязаться от него будет гораздо сложнее, чем прежде.

— …

На самом деле, я никогда не была рада тому, что попала в этот проклятый мир.

Я продолжала убеждать и врать самой себе, лишь бы не задумываться о том, насколько всё паршиво.

А сейчас походила на утку, в которую зубами вцепилась большая чёрная пантера.

Было неприятно.

Каждый чёртов раз я попадаю в передрягу, и оказываюсь в закольцованной ситуации, где каждый выбор хуже предыдущего.

После графской темницы меня неслабо триггерит.

«Где же я так нагрешила?»

Разбила Дилану голову? Да он заслужил! Скажете нет?

— …

Выхода я не видела. Точнее, видела, но не слишком благоприятный.

Поэтому к чёрту. Да, к чёрту!

Пора сваливать из этого паршивого места, потом уже буду осуществлять свою главную цель.

Затаюсь где-нибудь на окраине, ничего, протяну…

Потом на север. Помогу Астерии как-нибудь, а там видно будет…

Шаг, шаг.

Мои мысли прервали шаги, наверняка, охранника.

«…Пора».

Когда я вскочила с пола, то почувствовала ноющую боль в скованных мышцах.

Но проигнорировала её, размышляя о том, как бы мне выбраться отсюда, пока подходила к решётке.

Я решила использовать своё очарование.

Как ни крути, но мой охранник – мужчина, а Илисса изначально довольно-таки привлекательная девушка, аристократка.

Сделай я круглые глаза и подключив рычаг жалости, смогла бы как-нибудь незаметно выудить связку ключей.

Даже если бы пришлось играть кокетку.

«Лишь бы только не загремело…»

Я приблизилась к прутьям, обхватив два из них ладонями, и увидела шагающего охранника, лет тридцать на вид.

«Не так уж и плохо».

— Господин–

— Выходите. Суда не будет.

— …Что?

Мужчина отклонил голову вбок, будто видел перед собой крылатую рептилию.

— Не хотите, что ли?

— Нет, конечно, в смысле…

Я растерялась.

— Почему?

— Барон Шатормэ отозвал своё заявление.

Что? Отозвал? Он?

Как? Хотя…

Хотя это было логично, если посмотреть под другим углом. То же, что я и упоминала ранее.

«Так нужно бежать или нет?»

Словно этого было недостаточно, охранник решил свалить мне ещё снега на голову.

— Его Высочество приказали немедля освободить вас и убедиться, что вы доберётесь до дома.

— ……..

Его Высочество? То есть, Аеск?

А он тут вообще каким влез?

Он явно не такой добросердечный человек, чтобы без задней мысли выручать потенциальных преступников…

— …

Ничего не понимаю…

«…Та-ак, что ж, похоже, Дилан мог и не по своему желанию отказаться от суда».

У меня закружилась голова, и жутко хотелось пить после тревожной ночи.

Но, когда мужчина вывел меня наружу, я проигнорировала это и слова, что «мне нужно вернуться».

Потому что поспешила во дворец кронпринца.

Чтобы выяснить.

Что произошло. Почему он так сказал.

Почему всё… так?

Так я и оказалась у ворот его крыла.

Мне сразу же преградили путь два рыцаря с красными палантинами, скрестив мечи.

— Пожалуйста, пропустите. Я запрашиваю срочную аудиенцию у Его Высочества.

Двое мужчин переглянулись, а после один из них спросил.

— Вы – леди Ванос?

— Да.

Что же, из-за репутации не пропустят?

Или принцушка успел нажаловаться и забился в угол?

— О вас предупреждали. Проходите.

Лязь-!

Мечи оказались убраны с прохода.

«Чего…»

Что это значит?

«Он… знал, что я приду?»

Ладно, неважно, впрочем.

По пути моё измученное платье цепляло абсолютно каждую горничную, и по лицу вряд ли можно было сказать, что им нравится.

Когда я оказалась у нужных дверей, то настойчиво постучала.

Тук-тук-тук-тук-тук.

Я так вымоталась за время в тюрьме, что мне уже ни до какой гордости не было дела.

Словно специально выждав двадцать секунд прежде чем открыть, мужчина сам отворил двери.

— А вот и ты, леди.

Как и ожидалось, удивлённым он не выглядел.

— Ваше Высочество.

Вид меня, ворвавшейся в его кабинет, растерянной, растрёпанной, с размазанной по лицу кровью от укушенной губы, никак его не смутил.

— Зачем? — тяжело дыша, выпалила я с порога. — Зачем вы это сделали, Ваше Высочество? Какая вам выгода вытаскивать меня из темницы?

Аеск тихо моргал, пока стоял в проходе, лениво подперев рукой косяк, и смотрел на меня своим фирменным хищным взглядом.

На его губах — та самая насмешливая, разочарованная улыбка. Он словно что-то искал в моих глазах.

«Фальш..?»

Почему-то мне казалось именно так, хотя я и не понимала, почему.

— Как шустро, леди. Обычно на тебя не похоже.

Тянул он, даже не шелохнувшись.

— Что вы сделали?..

— Что? Просто поболтали с бароном за чашечкой чая…

Я замолкла, пытаясь прочитать в этих бездонных синих глазах правду.

Но это было ошибкой.

В этих глазах цвета бушующего моря никогда нельзя что-то прояснить.

— И где же твоя благодарность? Я-то думал, ты прибежишь ко мне, чтобы упасть в мои объятия. В конце концов, теперь это твоя прямая обязанность – искать у меня защиты.

«Затр*хал ты уже со своим юмором!»

Внезапно я аж зубами заскрипела от его насмешек:

— Обязанность?! С чего бы? Я не обязана–

— О, я-я-ясно, вот как. Забавляешься. Но нет, теперь ты… кхм, чего это я тут стараюсь, объясняю. Меня же обвели вокруг пальца, всё-таки.

Словно решив, что то, что он собирался сказать, – лишнее, Аеск осёкся.

— …

— Его Величество сегодня был на редкость щедр на... подарки. И, к моему удивлению, один из его главных сегодняшних указов касается лично тебя.

— …

— Ты ведь так любишь внимание нашей Императорской семьи, не так ли?

— Почему это–

— Просто привыкай к моему обществу, «Дрянная дочь».

Почему он начал считать, что мне… нравится внимание?

Просто потому что я заработала себе отрицательную репутацию?

Всё же нормально было, когда мы в коридоре общались!

Я даже сильно удивилась.

Не сильнее увиденного до этого, конечно, но всё-таки…

У него явно проблемы с головой. То я плохая (и поэтому меня надо скинуть с балкона и уколоть мечом), то я хорошая, то опять плохая!

«Этот ублюдок точно заставит меня работать на себя», — обречённо подумала, проклиная про себя всё на свете, включая и Аеска.

Ненавижу таких мужчин, которые не могут хотя бы на мгновение стать серьёзнее!

«…Инфантил».

Вид кронпринца, с ленивой полуулыбкой и уставшим взглядом, заставил меня поторопиться, чтобы сразу разрешить все недоразумения.

— Вы же старше меня, давайте поговорим как взрослые люди.

— …

— Что значит «нравится внимание» вашей семьи? Разве я не говорила, что в мои планы даже наша с вами встреча на полигоне не входила, что уж о другом.

— Леди Илисса, говорить можно всё что угодно, в этом я уже убедился. И разочаровался…

— В чём?

— Не веди себя так, словно не знаешь. Считаешь меня за идиота?

— Ну, это…

— …Я сначала и правда поверил твоим речам. Как же я был заинтересован, как будут складываться наши отношения дальше…

У меня было ощущение, словно мы находимся в какой-то сопливой дораме.

А ещё я не понимала, правда ли этот тип психанутый, или прикидывается ради драмы.

— Но ты солгала, не так ли?

— Кто сказал?

— Даже сейчас. Такое лицо у тебя, словно и правда не понимаешь.

— Я и правда не понимаю, может поэтому? Я за тем и пришла к вам.

— …Как бы мне ни хотелось верить, но увы, пока всё складывается крайне неудачно.

— «Всё» – это что?! Я прошу, перестаньте шутить, скажите уже прямо.

— …Ха.

Его ладонь натянута кожу у виска, и он просто глянул на меня.

Я стояла молча, с нахмуренными бровями, ожидая, пока он созреет.

Но–

Обе руки легли на мои плечи, и Аеск крутанул меня на сто восемьдесят, но, из-за того что перестарался, я сделала несколько оборотов.

Скользкие полы и крепкие руки!

— …….А!

— Иди-ка ты пока себе до дома, леди. Не люблю болтать с грязнулями. Потом отблагодаришь.

Его улыбка осветила глянцевые полы, заставив коридор сверкать, но моё лицо, словно набравшись антител к этому, вопреки всему почернело.

— Как вы…

"Грязнулями"?!

И это он говорит человеку, который после нападения провёл ночь в темнице, ожидая суда без глотка воды?!

Какой противный, отвратительный ублюдок!

Щёлк.

Дверь захлопнулась.

— Ха… Это, ха…!

Нервно посмеиваясь, я ушла, даже не удостоив этого типа благодарностью.

Оказывается, Делой подготовил для меня карету, узнав о том, что меня освободили.

Да и не только подготовил, он и сам приехал!

Было довольно странно ехать с ним до дома, но он не спрашивал меня ни о чём.

То ли из вежливости и сочувствия, то ли почему-то ещё.

— Я приставлю своих людей к барону, чтобы не вытворил чего ещё.

— …Нет нужды.

Я отказалась от подстраховки, потому что не хотела тратить на это денег.

Да и почему-то думалось мне, что, поговорив с кронпринцем, тот пьяница вряд ли осмелится что-то сделать.

Хоть я и не знаю, что повлияло на решение Аеска выручить меня и на его перемены в поведении.

«…С чего вдруг такие подозрения?»

Если уж он думает, что я и правда набросилась на Дилана, так и оставлял бы меня за решёткой, зачем лезть на рожон.

«Какие странные личности, эти мужчины…»

Но самое странное было то, что, когда я вернулась в графство, то меня не прижали к стенке.

Я думала, что граф уже заточил клинок поострее, готовясь перерезать мне глотку, но просчиталась.

— Блудная дочь вернулась. Молодец.

Почему же он так сиял?

Что происходит с этой вселенной?

«Неужели он так рад тому, что я исследовала имперские темницы?»

Или тому, что меня вызволил его любимый принц.

Да, так было вероятней всего.

К тому же, дело замяли.

Косых взглядов мне не избежать конечно, но а кому не всё равно?

— ......

А Джеральд лишь поглядывал то на меня, то – изредка – на отца.

«…Безумие».

Получается, не правду говорят, что «с ума поодиночке сходят»?

Но меня не могло оставить предчувствие, что что-то всё же произошло.

Иначе почему Аеск говорил такие странные вещи?

Спустя несколько дней. Главный столичный полигон.

Наверное, зря я так переживала, что кронпринцу кто-то наплёл на меня.

— Э-э-эй, леди. Вот хотел спросить. А у той благодетельницы мужчина есть?

…Потому что смысл нашего общения остался в принципе прежним.