Время летело стрелой. Ветер позднего лета, который Иван впервые здесь встретил, стал прохладным. Рыбный запах, доносившийся из порта, тоже ослаб. Может, из-за погоды, а может — из-за перемен, происходивших в Салифе.

— Рыбаки должны обрабатывать рыбу на борту, сразу после вылова.

Таково было указание Большой Воробьиной торговой компании. Рыбаки с недоверием приступили к выполнению.

Имэо, выпотрошенная и засоленная в рассоле, издавала кисловатый запах. Было подозрительно, но люди вскоре поняли: рыбье мясо не размягчается. Достаточно долго, чтобы перевезти в соседнюю деревню.

Люди, жаловавшиеся в постные дни, воспрянули духом. Это вдохнуло новую жизнь в их существование, где была лишь жёсткая вяленая рыба.

Слух распространился, и рыбаки наперебой бросились в Салифу. Компания вместо раскрытия метода пригрозила расправой тем, кто выдаст секрет.

Рыба, которой было столько, что её называли «лесом, растущим в море», стала сокровищем. Все жители, прямо или косвенно, получили выгоду.

Влияние Соринта резко возросло. Когда он проходил мимо, люди снимали шляпы и кланялись.

— Вонь гнили разит, разит.

Мужчины, без устали таскавшие тяжёлые бочки, ворчали. Рыба, пропитывавшаяся солёной водой, источала затхлый запах. Все кривили лица, но в душе не могли скрыть волнения.

Салифа впервые была такой оживлённой. Все чувствовали приближение золотого рассвета.

— Говорят, это секрет, разработанный Соринтом?

— Ума не приложу, как этот хлыщ до такого додумался.

Все восхищались. Те, кто презирал чужака, столь быстро поднявшегося, были поражены. Враждебность к выходцам с юга, кичащимся своей образованностью, ослабла.

Иван, подметавший рыбьи остатки с пола, думал.

«Расходный материал?»

Он не рассчитывал, что одна заслуга может снискать ему благосклонность Соринта, но не думал, что его имя вообще не упомянут.

За два месяца, пока Соринта превозносили, его положение в компании оставалось таким же низовым, как и прежде.

При таком раскладе неизвестно, когда ему доверят настоящую работу. Иван не собирался покорно ждать.

Бах!

Дверь с грохотом распахнулась. Иван поднял голову.

— Здравствуйте, Вальтер.

Мужчина со свирепым лицом даже не ответил. Он обратился лишь к другому мужчине рядом с Иваном.

— Товар не прибыл.

— Какой?

— Соль.

Услышавший ответ член компании выглядел озадаченным. Это означало проблему с ценным продуктом. А также означало, что Вальтер будет рвать и метать.

— Плохо дело.

Вальтер, словно не имея времени на ответ, поднялся по лестнице. Шаги казались невыносимо тяжёлыми.

— Погоди. Ставлю на три.

Оставшийся мужчина подмигнул Ивану. И действительно, наверху вскоре стало шумно. Потолок трижды содрогнулся. Это Соринт бил по столу.

— Так и есть?

Мужчина пожал плечами. Его звали Дитрих. У него была привычка находить шутку даже в скверной ситуации. В такие моменты он заговаривал с любым, кто был рядом. На этот раз это был Иван.

— Похоже, он сильно разгневан.

Иван не упустил возможности.

— Соль должна была прибыть из Помиана, но до сих пор не пришла.

Дитрих охотно ответил.

— Может, задерживается из-за плохой дороги?

— Три дня прошло — для этого слишком долго. Если что-то случилось, то явно не пустяк.

Помиан находился во внутренних землях. Там были соляные шахты.

— Я думал, соль больше не понадобится. Разве засолку не заменили рассолом?

— Откуда ты это знаешь?

Дитрих изумлённо заморгал. Компания распространяла секрет только среди рыбаков и причастных. Было странно, что малец это знает.

— Господин Соринт обмолвился.

— Да? Хм… Ладно, так или иначе. Соль всегда нужна.

Дитрих замялся. Похоже, он не был уверен, стоит ли это говорить. Иван безобидно улыбнулся.

— Мы пробовали разные варианты обработки, и лучше всего хранится то, что засолено один раз в рассоле и два раза в соли.

Перед простодушным лицом юного посыльного Дитрих в конце концов выложил всё. Он рассказал о методах, которые компания испытывала два месяца, чтобы продлить срок хранения.

— Ожидается, что с солью рыба сможет храниться больше года.

Это был невиданный запас. Соринт не мог упустить такую возможность.

— Если использовать соль, цена сильно вырастет.

— Дворяне и священнослужители, высокие господа — им всё равно. Они с ума сходят по деликатесам.

Съязвил Дитрих. Возразить было нечем. Чем роскошнее товар, тем сильнее желание им обладать.

— Значит, спрос не упал?

— Недаром её называют белым золотом. Тем более поставки сокращаются…

Вот почему Соринт бушевал наверху. Помиан был одним из немногих источников соли на севере. Компания сильно от него зависела.

— Север и так всегда был таким, но в последнее время совсем развалился, — проворчал Дитрих.

Он сказал, что после смерти графа, правившего этой землёй, порядок совсем рухнул.

— Так или иначе, надо выяснить, ограбили ли его в пути… Ты что делаешь?

Увидев мальчика, он поразился. Иван положил метлу и встал. Дитрих растерялся.

— К-куда собрался?

У него мгновенно возникли дурные предчувствия. Он представил, как мальчишка, уставший от придирок членов компании, заявляет, что бросает всё. Но Иван не сказал, что уходит домой, или чтобы все отстали.

— К господину Соринту.

— Проклятье! Проклятье! Проклятье!

Соринт без конца бил по столу. Новая резьба на столешнице дрожала. Она словно символизировала растущие день ото дня амбары.

— Всё так хорошо шло!

Он скрипел зубами. Благодаря имэо продажи и влияние компании взлетели до небывалых высот. Его положение тоже. При таком раскладе он мог подняться до вице-главы компании.

— Проклятая соль!

Реальность не соответствовала планам. Груз, который уже должен был быть в амбаре, неизвестно куда испарился.

— Сколько же это стоит?!

Тук-тук.

Послышался стук в дверь. В момент, когда он, взвинченный, собирался заорать, дверь открылась.

— Здравствуйте, господин Соринт.

Губы Соринта зашевелились. Это был Иван.

— Ты чего пришёл?

Он всё ещё тяжело дышал, но не мог скрыть растерянности. На самом деле он напрочь забыл о существовании Ивана.

— Прошу прощения за вторжение, но я пришёл, узнав, что в компании случилась тревожная ситуация.

Иван почтительно произнёс. Дрожащие зрачки Соринта обрели спокойствие.

— Хватит, что ты можешь? Иди…

— А если проблема не в сопровождении?

— Что?

Соринт, собиравшийся его выгнать, повернул голову. Иван всё ещё стоял со сложенными руками. Это была почтительная поза.

— Тогда что?

— Если товар так же ценен, как соль, его наверняка охраняли очень строго.

— Хочешь сказать, проблема возникла до отправки?

Иван лишь слегка склонил голову. Соринт замолчал. Мысли лихорадочно завертелись.

— Возможно... — признал Соринт.

Его придирчивый нрав члены компании знали лучше всех.

— Нужно провести расследование.

Он принял решение. Отправить человека в Помиан.

— Если позволите, я хотел бы поехать тоже.

— Что?

Соринт опешил. Иван почтительно опустил глаза.

— Это не детские забавы.

— Я знаю.

Это называлось расследованием, но было просто авантюрой. Дороги были опасны, и неизвестно, какая схватка могла вспыхнуть при встрече с вооружёнными бандитами.

— Никто не гарантирует тебе жизнь.

— Я не буду обузой. Прошу, поверьте мне.

Соринт выглядел недовольным. Но не отказал сразу. Иван, видя его колебания, вбил клин.

— Я вас не разочарую… Как в прошлый раз.

Хоть заслуга была и крошечной, этого хватило, чтобы о ней напомнить.

— Ладно, — мужчина, мучимый совестью, в конце концов разрешил.

Он, запинаясь, добавил:

— Если привезёшь хорошие новости — награжу так, что не обидишься.

Иван молча улыбнулся. Он кивнул и повернулся.

Щёлк. Дверь закрылась. Дверь, которая за два месяца стала более лоснящейся и украшенной.

До Помиана пешком было около недели. С гружёными телегами — ещё дольше. У Соринта не было терпения ждать всё это время.

— Всё взяли?

Мужчины с мечами проверяли снаряжение. Это были наёмники.

— Семеро?

Мужчина крепкого телосложения пересчитал. Это показывало, какие надежды Соринт возлагал на этот отряд.

Соринт стёр руки до мозолей, подлизываясь, чтобы выпросить его у Роднера. Им нужно было вернуться с действительно значимыми новостями.

— Семь. Верно. Теперь…

Топ, топ.

Мужчины замешкались.

— Что такое?

К ним шёл юноша в плаще. Наёмники не скрывали ошеломления.

— Кто заказывал пацана?

Мужчины громко загоготали.

— Господин Соринт приказал, — ответил Иван.

Все замолчали.

— Эй, малец…

— Ты кто?

Один мужчина, растолкав остальных, вышел вперёд. Наёмники притихли. Иван понял, какое положение тот занимает.

— Меня зовут Иван.

— Ты боец?

— Нет. Посыльный.

Мужчина усмехнулся. У него не было ни единого шрама на лице — в отличие от остальных наёмников. Мужчина покачал головой и повернулся.

— Возвращайся. Здесь не место для игр.

Иван понял, что если не убедит его, то не сможет присоединиться.

— Я буду прислуживать во всём.

— Не нужно.

— Я знаю короткую дорогу.

Мужчина остановился. Иван не упустил шанс.

— Если идти не по тракту для телег, а подняться по берегу реки, можно добраться быстрее. Людей там нет, так что и нападений не будет.

Мужчина молча оглядел его. Иван склонил голову.

— Я не буду обузой. Если отстану — бросайте и идите.

В тишине наёмники переглянулись с недоверием. Да ладно, не может быть.

— Не пожалей потом.

Это было косвенное согласие. Иван улыбнулся.

— Благодарю.

— Даже если станешь кормом для зверей — мне всё равно.

Предупредив, мужчина шагнул вперёд. Пока он шёл во главе, остальные выглядели ошеломлёнными. Поняв, что к ним прицепился бесполезный груз, они отреагировали с запозданием.

— Чёрт.

Собрав слюну, смачно сплюнули. Это был максимальный протест, на который они были способны.

— Пусть что-нибудь отрежут — тогда поумнеет.

Несколько человек уставились на Ивана. Гнев на надоедливую обузу и недовольство Соринтом вскипали.

— Семёрка-то разбита.

Кто-то, осознав изменившееся число, пробормотал. Хессисцы считали семь священным числом, потому что это была сумма архангелов и бога. Они верили, что демон никогда не получит семёрку.

— Выступаем.

Мужчина подал сигнал. Наёмник, стоявший в самом конце, то и дело оглядывался назад.

Но видел он лишь юного мальчика. Наёмник, которому было странно неуютно, словно у него была открыта спина, кивнул.

«Да, хорошо, когда есть кто-то, кто прикроет спину».

Хотя иногда этот кто-то вовсе не был союзником.