— Сестрица, это просто невероятно!

Пока девушки восторженно хлопали в ладоши, Йорахан оцепенело смотрел на новое проявление Сотворения Малого Мира.

— И такое тоже возможно?

— Сестрица Арман лучше всех обращается с металлом. Это называется Истинным Контролем.

Арман извлекла меч из ножен и внимательно осмотрела лезвие. Клинок мелко вибрировал, издавая тихое гудение, словно был живым.

— Идем.

Неуклюже поднявшись на ноги, Йорахан уже собирался последовать за ней, когда одна из девушек предупредила.

— Будьте осторожны. Там, куда направляется сестрица, водятся хищники.

Для выживания видов функционирующая экосистема была жизненно необходима.

— Но ничего страшного не случится. Наша Арман очень сильная, так что держитесь к ней поближе.

В ответ Йорахан демонстративно напряг бицепс.

— О чем это вы? Я тоже не лыком шит.

Он бросился вдогонку за Арман, неумело боксируя с воздухом, чем вызвал у девушек звонкий смех.

— Какой же он добрый. Может, в нем тоже течет кровь цветочной расы?

Йорахан явно пришелся им по душе.

— Эй, далеко нам еще? Давай передохнем.

Спустя час после ухода из деревни и начала подъема в гору Йорахан уже совершенно выбился из сил.

— Слабак. И с такой-то выносливостью ты скитался по свету?

И хотя Йорахан был уверен в своих навыках скалолазания, скорость Арман оказалась поистине невероятной.

— В таком темпе за тобой вообще никто не угонится.

— Пф, — несмотря на холодный ответ, Арман присела на валун и протянула ему флягу. — Пей давай.

— О, спасибо.

Жадно глотая воду, Йорахан искоса наблюдал за девушкой. В отличие от ее привычной свирепости, сейчас она любовалась пейзажем, и на губах играла нежная улыбка.

— Кхм-кхм!

Услышав его кашель, Арман тут же стерла эмоции с лица.

— Что с тобой?

— Да так. Просто подумал, что ты, оказывается, умеешь улыбаться. Раньше я за тобой такого не замечал.

А ведь они проводили вместе все время, так что он мог заявить это с уверенностью.

— Это лишь доказывает, какую опасность ты представляешь для деревни. Если понял это — уходи.

— Почему ты так меня ненавидишь? Клянусь, у меня и в мыслях нет причинять вред вам.

— Потому что ты — человек, — ответила Арман. — Люди, которых я встречала раньше, тоже поначалу не казались злыми. В большинстве своем они приближались с такими же благими намерениями, как и ты. Но со временем все менялось. Словно им просто надоедало играть в добряков.

Йорахан не мог с этим поспорить.

— Спрашиваешь, за что я ненавижу людей? Да за то, что сама на них похожа. За исключением плотоядных видов, цветочная раса питается энергией солнца. Это безграничный ресурс, который не нужно ни отнимать, ни делить. Но мы с тобой другие. Если мы съедаем что-то, это значит, что другое живое существо останется голодным. Я не питаю ненависти лично к тебе. Я просто не верю свирепому эго хищников. О чем бы ты ни думал сейчас, в конце концов ты тоже захочешь завладеть нами.

— Прости, — тихо произнес Йорахан. — Да, ты права. Люди действительно таковы. Признаться честно, еще пару минут назад, глядя на тебя, мое сердце забилось чаще, — Арман никак на это не отреагировала. — Но я никогда не причиню тебе боли. Я знаю, что правильно, и буду поступать соответственно. Думаю, в этом и кроется надежда человечества. Добро или зло — не имеет значения.

Имеет значение лишь то, что у людей есть выбор.

— Так что... не могла бы ты хоть раз заглянуть мне в сердце, прочесть мои истинные чувства? Я хочу тебе их показать.

— Нет.

— Почему? Чтобы понять, насколько я плохой парень, тебе для начала нужно меня узнать.

— Дело не в этом… — слегка смутившись, Арман надула губы. — Я еще никогда не сливалась с человеком.

— А?

— Сначала я пробовала с животными. И это было ужасно. Чувствовать резонанс с тем, кого тебе предстоит съесть.

— О-о…

— Ты все твердишь про чтение мыслей, но Сотворение Малого Мира работает иначе. Это полное слияние. Пассивным представителям племени с этим проще — они с радостью принимают любые чувства. Но я другая. Если человеческое эго проникнет внутрь меня… — девушка зябко передернула плечами. — Это отвратительно. Впускать в свое сердце желания того, к кому не испытываешь симпатии.

Йорахан вполне мог представить, каково это.

— Не пойми неправильно. Это не значит, что ты мне противен. Но, откровенно говоря, я просто не хочу устанавливать эту связь.

Хотя от мысли, что его отвергли, было тяжело, он прекрасно понимал чувства Арман.

— Я отнесся к этому слишком легкомысленно. Для тебя Сотворение Малого Мира требует куда большего мужества, чем для человека, отдающего кому-то всего себя без остатка. Прости.

В глазах Арман впервые мелькнула искра тепла, но она тут же напустила на себя строгий вид и поднялась.

— Выдвигаемся. Надо закончить с охотой до заката.

В этот момент кусты зашевелились. Арман и Йорахан одновременно обернулись: вокруг них сужала кольцо стая волков.

— Тс-с.

Арман обнажила длинный меч.

«Наш запах не привлекает диких зверей. Все из-за Йорахана».

Впрочем, винить его она не могла — сама же взяла с собой.

— Медленно отступай. Я их задержу.

И хотя вождь строго-настрого запретил убивать тех, кого они не собирались есть, сейчас ситуация была иной.

«Цветочная раса должна помогать людям».

И пока два убеждения сталкивались друг с другом, стая, вывалив языки, бросилась в атаку.

— Беги!

Чтобы выиграть для Йорахана время, девушка бесстрашно врезалась в гущу волков.

«Так вот вы какие, хищники».

Пусть Арман и относилась к плотоядному виду, по своей природе она оставалась растением, отчего волчья агрессия приводила ее в ужас.

«Тут не до милосердия».

Приняв жестокое решение, она закружилась в смертоносном танце, и с каждым взмахом ее меча обрывалась чья-то жизнь.

— Ху-у… Ху-у…

Окидывая взглядом усеянный волчьими трупами лес, Арман чувствовала глубокую опустошенность.

— Проклятье! Все из-за этого болвана…

— А-а-а!

Раздался отчаянный вопль Йорахана. Через Сотворение Малого Мира она ощутила, как его ноги неумолимо несут его прямо к обрыву.

— Проклятье!

Когда она подоспела, окруженный волками Йорахан уже стоял на самом краю пропасти.

— Р-р-р!

Испугавшись оскаленной пасти, он оступился и полетел вниз, а Арман не раздумывая бросилась следом.

«Внизу бурная река».

Однако куда большую опасность представляли торчащие из скалы острые камни.

«Сотворение Малого Мира».

Перехватив в полете хлестнувшую, словно кнут, древесную лозу, Арман протянула руку.

— Хватайся!

Йорахан потянулся навстречу, но расстояние было слишком велико.

«Он же разобьется насмерть».

Одно столкновение со скалой, и все кончено.

«С человеком…»

Почти бессознательно Арман применила на Йорахане Сотворение Малого Мира.

— Ах!

Девушка мгновенно залилась краской.

«Вот же мерзавец! А ведь распинался о своих благих намерениях!»

Все его скрытые мысли о ней хлынули в ее разум мощным потоком.

«Поэтому я и не хотела! Зачем мне терпеть такое унижение? Да еще и с такой наглостью…»

Но в этот момент сквозь завесу похоти она разглядела то, что скрывалось в самом сердце желаний Йорахана.

«Терпение, вера, забота».

Все те титанические усилия, которые он прилагал, чтобы защитить чувства других.

— Ах…

Она впервые осознала это.

«Так вот на что это похоже».

Быть любимой. Когда на первое место ставишь другого, грязная шелуха низменных желаний осыпается, обнажая свою прекрасную истинную суть.

«Мне не больно».

До тех пор, пока он будет изо всех сил оберегать ее.

«Йорахан», — мысленно позвала она. «Прими меня».

Йорахан не мог подобрать слов, чтобы описать чувства от единения с Арман.

«Так вот оно как».

Тотальное слияние, выходящее за рамки понятий подчинения и доминирования, недоступное человеческому пониманию.

«Абсолютное целое».

Тело Йорахана двигалось само по себе, ловко уворачиваясь от камней, но с бурным потоком поделать было нечего.

— У-ух!

Когда он погрузился в воду и связь Сотворения Малого Мира оборвалась, Арман отпустила лозу и прыгнула следом.

— Йорахан!

Ее тело вонзилось в толщу воды, не оставив на поверхности ни единого пузырька.

Пока длился Сон Наследия Широна, в мире Гаольда пролетел не один десяток лет. В мире, пришедшем к компромиссу, будни тянулись однообразно, а объем поступающих данных был ничтожно мал.

— Мои поздравления, Гаольд.

За исключением сегодняшнего дня.

— Отхватил себе такую юную невесту! Что ж, это тоже талант. Строй свое счастье и ни в чем себе не отказывай. Ха-ха!

Принимая поздравления гостей, Гаольд вошел в комнату ожидания и замер перед зеркалом. Оттуда на него смотрел изможденный шестидесятилетний старик.

— Ты в порядке? Что с лицом?

Подошедшая Каннан принялась поправлять на нем костюм.

— Расслабься. Сегодня ведь сбывается твоя мечта.

— Моя мечта.

— Знаю, все это может казаться немного странным. Но в реальности ты отдал ради Миро все, что имел. Здесь нет ни жуткой боли, ни войны. Разве этого недостаточно?

— Жуткая боль.

«Ах да, точно».

Ежесекундные мучения в пучине страданий, от которых нельзя было ни спрятаться, ни умереть.

— Ну же, пошли к невесте. И улыбнись! Никто не посмеет сказать тебе ни слова.

Когда жених подошел к комнате невесты, собравшиеся там люди вежливо расступились.

— Заходи давай.

Встав вплотную к двери, словно стен и вовсе не существовало, Гаольд тихо постучал.

— Да-да, войдите.

Какое будущее ожидало его впереди? Но стоило ему приоткрыть дверь, как он увидел…

— Дядя.

Что в комнате его ожидало все, ради чего он жил. Миро в свадебном платье была настолько ослепительна, что ему отчаянно захотелось остановить время прямо здесь и сейчас.

— Что? Почему ты так смотришь? Я странно выгляжу?

И хотя он прождал много лет, пока она повзрослеет, казалось, будто все это произошло еще вчера.

— А ты… — Гаольд горько усмехнулся. — С каждым днем ты словно молодеешь. Мы ведь в реальном мире вместе учились в академии магии, не забыла?

— Ха-ха, — поняв, что он имеет в виду, Миро шагнула ему навстречу. — Ну чего ты? Ты и сейчас очень красив. Да и вообще, на свадьбе главная — невеста. Так что, если я выгляжу сногсшибательно, значит, все отлично.

И она действительно была сногсшибательна.

— Охо-хо! Какой плотоядный взгляд! Но так уж и быть, сегодня я тебе это прощаю.

— …Не пожалеешь об этом?

Миро с нежной улыбкой переспросила: — А что? Думаешь, что ты можешь пожалеть?

— Нет.

Стоя перед таким моментом, человек просто физически не способен на сожаления.

— Тогда и я не пожалею. Потому что люблю тебя.

И это было сущей правдой. Если только у воплощавшей абсолютное добро Миро больше не останется реальности, которую нужно защищать.

— Скоро начнется церемония. Увидимся.

Кивнув, Гаольд покинул комнату, где его тут же радостно встретил постаревший Ариус.

Сэйн, изучая лицо Гаольда, спросил: — О чем задумался?

Пусть здесь они и не были особо близки, обмануть его проницательный взгляд было невозможно.

— О чем? Да ни о чем.

— Ты, часом, не…

Гаольд отрицательно покачал головой и выпрямился.

— Не бери в голову.

Похлопав Сэйна по плечу, Гаольд неспешно удалился, а тот еще долго провожал его тяжелым взглядом.

Свадебная церемония по традициям Тормии началась в присутствии всех гостей, за исключением Широна.

— Приветствуем жениха!

Пока Гаольд шел к алтарю, в зале не смолкали бурные аплодисменты и приветственный свист.

— А теперь главное событие сегодняшнего дня — приглашаем невесту!

Когда под руку с Сэйном появилась Миро, скрытая под белоснежной фатой, по рядам гостей прокатился восхищенный шепот.

— Поистине безупречная невеста.

«Дядя».

Медленно подняв взгляд, Миро увидела перед собой Гаольда, расплывшегося в счастливой улыбке. Зал взорвался добродушным смехом.

— Ха-ха-ха! Жених того и гляди лопнет от счастья!

Но вдруг на глаза Гаольда навернулись слезы, а лицо исказилось от невыносимой боли.

— Кх-х-х!

Свадебный зал содрогнулся, и на потолке начали проступать бесчисленные жуткие глаза. Стиснув зубы, Гаольд устремил взгляд вперед.

— Миро…

Он видел сон. Прекрасный, ослепительный сон.

— Нам пора возвращаться.

Миро сбросила с головы фату.

— Ведь нам нужно спасти мир. Я не стану идти на компромиссы. Я смогу терпеть столько, сколько потребуется…

Волосы Гаольда вмиг стали абсолютно седыми.

— Пора возвращаться.

В реальность, где каждое мгновение наполнено нестерпимой болью. Когда стремление защитить другого превосходит собственные желания, сердце преодолевает все мыслимые пределы.

— Гаольд.

Миро впервые назвала его по имени.

(Продолжение в следующем томе)