Администратор заговорила.

— Администраторы относятся к неигровым персонажам. Мы стоим на ступень выше, но остаемся частью системы. Следовательно, наши эмоции — тоже система. Одержав верх в игре в крайм-кости, вы сможете меня переубедить.

Если человеческое сердце — это непредсказуемая вероятность, то разум администратора подчинялся вероятности строгих алгоритмов.

— Однако подход зависит от характера администратора. Мы бываем разными: упрямыми, хладнокровными, позитивными или склонными к критике. Лично я отношусь к позитивному типу. Чем выше выпадет значение на крайм-костях, тем охотнее я пойду вам навстречу.

— Достаточно выиграть всего один раз?

— Даже в рамках одного характера бывают свои нюансы. В моем случае одно поражение меняет эмоциональный фон на сорок процентов. Как только показатель перевалит за сотню, я буду полностью на вашей стороне.

Иными словами, требовалось одержать три победы подряд.

«Широн как минимум сведет игру вничью. А значит, исход зависит от оставшихся двоих».

— А чем рискуем мы?

— Каждая попытка переубеждения, каждый бросок костей обойдется вам в миллион крайм-поинтов. К тому же... ваш текущий баланс продолжает таять прямо сейчас.

Ируки проверил счет.

— Списали уже около десяти тысяч. Похоже, это защита от любителей отсиживаться.

— Отчасти да, но вообще-то вход преступникам сюда воспрещен. Я до сих пор общаюсь с вами лишь потому, что с вашего счета списываются крайм-поинты. Как только баланс достигнет нуля, мой характер сменится на враждебный, и я немедленно вызову охрану, — администратор решила прояснить еще одну деталь. — Это правило распространяется на всех служащих королевского замка в Мелькиду. Встреча с патрулем на внешних треке также будет стоить вам штрафных очков.

— Количество крайм-поинтов, необходимых для броска, то есть цена убеждения, зависит от конкретного администратора? — уточнил Широн.

— Верно. Ставка варьируется в зависимости от типа характера и степени его выраженности.

Широн обернулся к друзьям.

— Ясно. Уходим отсюда.

Выведя свою компанию из системного отдела, он внезапно остановился.

— Кажется, я понял суть.

— И в чем же она?

— В скрытой миссии. Теперь мне ясно, как запускается программа подкупа, — Широн поднял указательный палец, призывая к вниманию. — Эмоции администраторов привязаны к костям — это они называют «убеждением». При этом каждый требует свою ставку. Меня не отпускала одна мысль: почему господин Кёртис сказал, что потребуется не меньше пятидесяти миллионов? Я думал, это цена за какой-то предмет, но все оказалось иначе.

Эден первой догадалась, к чему он клонит.

— Дело в убеждении. Нужно подкупить кого-то из чиновников. И минимальная ставка за такую попытку — те самые пятьдесят миллионов.

— Именно. Условия игры зависят от характера цели. В идеале хватит и пятидесяти миллионов на одну удачную партию, но если придется отыгрываться, счет пойдет на астрономические суммы.

Нейд пораженно цокнул языком.

— То есть даже при серии из пяти побед каждый бросок обойдется в десятку? Разве такое вообще реально провернуть?

Ируки пожал плечами.

— Зато при таких ставках все предельно ясно. Второго шанса у нас попросту не будет. К тому же для игры в кости нам критически важно раздобыть усиления. Давайте для начала приценимся к предметам в магазинах, пока система не забрала остатки наших поинтов.

Время в буквальном смысле утекало сквозь пальцы в виде цифр на счету, поэтому они быстрым шагом направились в торговую зону. Между редкими торговыми автоматами расположились три магазина, которыми управляли неигровые персонажи. Эден подошла к одному из автоматов.

— Похоже, здесь можно менять внешний вид крайм-костей: форму, цвет, материал. Столько разных дизайнов, некоторые даже инкрустированы камнями. Какая прелесть, только взгляните: прозрачный хрусталь с вкраплениями сапфиров вместо точек!

— И сколько просят за эту красоту?

Эден прочитала описание на экране.

— Три миллиона семьсот тысяч. И, кстати, тут указано: «Убеждению не подлежит».

— Так, отвлеклись, и хватит! За дело.

Нейд, не оборачиваясь, направился к ближайшей лавке, а Эден лишь тихонько фыркнула ему вслед.

— Можно подумать, я просила мне их купить.

В первом же магазинчике их радушно поприветствовал мужчина в очках, на вид лет тридцати пяти.

— Добро пожаловать в специализированную лавку усилений для костей!

На витринах вместо реальных товаров лежали карточки. Ассортимент пестрел всевозможными модификаторами для значений, выпадающих на костях.

— А выбор весьма неплох.

— Для начального уровня — безусловно. За продвинутыми модификаторами придется спуститься как минимум в сотую клетку.

— А там базовые предметы уже не купить?

— Именно так. У нас, знаете ли, тоже есть своя деловая этика, отбивать хлеб у коллег не принято.

Официальная версия звучала складно, но все прекрасно понимали: это лишь системный барьер, чтобы усложнить жизнь любителям легких путей.

— Получается, закупаться надо прямо сейчас. Потом такой возможности просто не будет, — пробормотав это, Нейд принялся внимательно изучать карточки. — «Упорство», «Спринт», «Эйфория бегуна».

Эффекты давали соответственно плюс один к грани одной кости, плюс один ко всем костям и плюс три к значению одной кости.

— «Спринт» выглядит заманчиво. Одноразовые штуки вообще ненадежны — шанс осечки слишком велик. Так что лучше взять стабильный «Спринт», чем рисковать с «Эйфорией».

Цена в восемьсот тысяч тоже казалась вполне приемлемой.

Широн решил обратиться к продавцу.

— У вас продаются исключительно предметы для усиления костей?

— Да. Вся торговая зона делится на четыре категории: модификаторы граней, усилители вычислений, предметы общего назначения вроде свитков перемещения, и, наконец, торговые автоматы.

На витрине оставалось еще немало карточек, помимо тех, что изучал Нейд, но Широна они совершенно не интересовали.

— Я могу вас переубедить?

— Ха-ха! Еще бы. Если сумеете найти ко мне подход, получите скидку в пять процентов. Мой характер критический, мы будем играть на чет-нечет, а одна попытка обойдется вам в сто тысяч.

Судя по всему, размер скидки тоже был привязан к личностным настройкам администратора, вот только Широну нужна была совсем иная информация.

— Нет, я немного о другом.

— О чем же?

— О теневой организации. Я слышал, существует некая программа подкупа, открывающая путь в самое сердце Мелькиду.

Друзья, до этого разбредшиеся по лавке, разом обернулись, уставившись на Широна и оторопевшего торговца. Мужчина на мгновение задумался, а затем, криво усмехнувшись, неопределенно пожал плечами.

— Кто знает? Обладаю ли я подобными сведениями? Выяснить это можно только одним путем — переубедив меня.

Широн окончательно утвердился в своих подозрениях.

«Механика убеждения универсальна. Она существует не только ради жалких скидок на товары».

Продавец с готовностью продолжил.

— Мой тип — критический, играем на чет-нечет. Ставка за один бросок — двадцать миллионов крайм-поинтов.

Глаза у всей компании полезли на лоб.

— Сколько?! Двадцать миллионов?!

Отдать такое количество очков, даже не будучи уверенными, что он вообще владеет нужной информацией — чистое безумие.

«Вот, значит, как это работает. Заднюю дверь не открыть первому встречному. С такими расценками можно вылететь в трубу за пару минут. Наверняка господин Кёртис добыл свои зацепки именно этим путем».

Исход подобной игры был очевиден — полное банкротство.

Заметив их нерешительность, мужчина указал пальцем на Эден и лукаво добавил: — Впрочем, ради такой очаровательной леди я готов скинуть десять миллионов. Ну что, попытаешь удачу?

Широн часто заморгал, осмысливая услышанное.

«Минуточку. Да ведь это же…»

— Подумай хорошенько. Второго такого шанса не выпадет. Склонить меня на свою сторону за столь смешную сумму...

— Мы еще зайдем.

Оставив торговца хлопать глазами, Широн решительно вытолкал друзей за дверь.

— Ты чего творишь? Зачем ушли? Мы же только-только нащупали хоть какую-то зацепку!

— Я заблуждался, — Широн тяжело выдохнул. — Я думал, убеждения — это просто механика системы. Но у этого торговца есть эмоции, прямо как у нас. Просто их изменение строго подчинено системным законам.

— И что с того?

— Идем в следующий магазин.

Едва они переступили порог соседней лавки, их встретила дерзкого вида женщина с татуировкой на правом предплечье.

— Добро пожаловать. Здесь продаются модификаторы для вычислений.

Оценив юный возраст посетителей, явно выбивающийся из среднего значения, хозяйка приветливо улыбнулась.

— Привет. Хорошо проводите время?

— Ну, пока не жалуемся.

На стеклянных стеллажах красовались артефакты, позволяющие манипулировать математическими знаками в уравнениях костей. «Золотая жила», «Мертвый крест», «Ошибка бухгалтера». Пусть их эффекты не давали столь же гарантированного результата, как Бог Ветра, но в умелых руках они могли переломить ход любой партии.

Окинув взглядом ценники, Широн перешел к делу.

— Мы ищем программу подкупа, ведущую к Ядру Мелькиду. Вас можно переубедить?

— Ого, какие запросы, — женщина даже не стала раздумывать. — Раз уж вы за этим, то обратились точно по адресу. Мой тип — вспыльчивый, играем на заданное число. Двадцать миллионов за попытку.

Широн включил все свое обаяние и вкрадчиво произнес: — Боюсь, для нас это чересчур дорого, придется подумать. Зато... я могу стать вашим возлюбленным.

— Эй, ты чего несешь?!

Друзья ошеломленно посмотрели на него, но хозяйку лавки это заявление лишь позабавило — она хищно ухмыльнулась.

— Хо-хо, решил меня склеить? Что ж, для любовников у меня и впрямь предусмотрена солидная скидка. И кто же из вас?..

Широн крепко сжал кулаки.

«Попалась».

Если эмоции здесь — лишь механизм, то чем выше доля рассудка, тем больше шансов на победу.

— Трудно сказать. Вы нравитесь нам троим. Полагаю, стоимость попытки для каждого будет своей?

— Само собой. Дай-ка прикинуть... Если моим парнем хочет стать вон тот блондин, с него миллион, — она перевела палец с Широна на Нейда, затем на Ируки и, наконец, на Эден, озвучивая расценки. — С тебя четыре миллиона. С этого — два. А с малышки — три.

Нейд возмущенно вскинул руку.

— Погодите-ка! Ладно Широн, но почему я стою в два раза дороже Ируки?! И как вообще Эден может стоить три миллиона, если она девушка?! Что за бред?

— Ох-хо-хо! А что такого? У каждого свои вкусы, мальчик!

Такого поворота не ожидал даже Широн.

Пока Нейд хватал ртом воздух, подыскивая слова, вперед шагнул Ируки.

— Я сыграю.

В финале кости все равно должен был бросать Широн, поэтому сейчас им требовалось распределить очереди.

— Я люблю вас. Примите же мои чувства! — выпалил он, и женщина благосклонно кивнула.

— Играем двумя костями. Ты называешь четыре числа от двух до двенадцати. Чье число выпадет — тот и победил. Не угадал — проиграл. Если выпадает одинаковое — ничья и переигровка, но поинты, само собой, списываются.

Ируки шумно выдохнул, разминая губы.

— Выбирайте первой.

В случае ничьей им придется впустую спустить еще два миллиона, так что пересечений в числах лучше было избегать.

— М-м... Беру четыре, семь, девять и двенадцать.

— Тогда мои — три, пять, восемь и одиннадцать.

Окружающий мир растворился, уступив место бескрайнему топологическому пространству, где вершился суд костей.

«В этом измерении любые шулерские фокусы бессмысленны».

Для всех, кроме Широна.

— Начинаем!

Стоило Ируки дать отмашку, как женщина без промедления подбросила кости в воздух. У торговки выпало шесть, у Ируки — три.

— Моя взяла.

Как только система зафиксировала победу Ируки, призрачное пространство схлопнулось, возвращая их в интерьеры лавки. Лицо женщины залил густой румянец.

— Едва ты переступил порог, мое сердце забилось чаще! Я согласна, давай встречаться!

Скорость, с которой она сменила гнев на милость, по-настоящему пугала.

«Победа в костях ломает любые преграды. На внутреннем треке кости — воистину абсолютная власть».

Хозяйка счастливо защебетала.

— Куда пойдем на наше первое свидание? Я могу даже лавку закрыть!

С каждой секундой счетчик неумолимо списывал их поинты, и тратить время на любезности было непозволительной роскошью.

— Сперва мне нужно кое-что уточнить, — холодно осадил ее Ируки. — Для начала, не мешало бы узнать твое имя и возраст.

— Ой, и правда! Я Кара, мне двадцать восемь. Пусть я и старше тебя, но... теперь ведь мы пара, правда?

Взгляд Ируки оставался ледяным.

«Значит, успешное убеждение открывает доступ к базовым данным. Впрочем, партия и не была простой».

Учитывая высочайшую вероятность ничьей, ему откровенно повезло с первого же броска забрать банк.

— Отлично. Тогда еще один вопрос. Возвращаясь к программе подкупа... — лицо Кары мгновенно окаменело. — Я не прошу раскрывать секреты, — добавил он. — Мне лишь нужно знать, точно ли ты владеешь этой информацией.

— Ох... И что же мне с тобой делать... — под пристальными взглядами компании она тяжело вздохнула, а затем резко вскинула голову. — Да, — и, четко чеканя каждое слово, подтвердила. — Эта информация у меня есть.