Книга 6. Глава 44: «Стены воздвигаются»

Город Мирасмас уступал размерами Кенмору. Если столица Западной провинции раскинулась практически на самой границе с Центральной, став не только политическим центром, но и главным торговым узлом, то Мирасмас лежал дальше к югу. Расположенный среди самых плодородных земель юга и прижатый к Змеиному Языку – огромной речной дельте, – он был житницей провинции и её культурным сердцем.

Живя в Кенморе, Тайрон до мельчайших подробностей изучил движение торговых потоков. Главные дороги рассекали город подобно ножу, уходя с запада на восток нескончаемой рекой товаров к столице Империи, словно пытаясь утолить жажду, которую невозможно было насытить.

Но даже снаружи он видел: Мирасмас – совсем другой зверь.

Армия шла дни и ночи напролёт. Нежить не знала усталости, километр за километром исчезал под её костяными ступнями. За время пути на его жизнь покушались ещё четырежды, но ни одна попытка не оказалась столь же успешной, как первая.

Предупреждённый об опасности, Тайрон больше не позволял себе оставаться беззащитным. Постоянно укрытый щитами – как магическими, так и вполне обычными, – он оставался недосягаем для последующих атак, хотя дважды его мантии всё же пришлось вмешаться.

Пытались ли они усыпить его бдительность? Заставить поверить, будто его меры предосторожности безупречны и он в относительной безопасности? Или, быть может, просто изматывали его, держа в постоянном напряжении и паранойе, когда не знаешь, в какой миг и откуда прилетит следующий удар.

Вдали взмывали к небу могучие стены Мирасмаса. Башни стояли на равном расстоянии друг от друга по всему периметру, а внешние укрепления расходились от внутренних, образуя при взгляде сверху подобие звезды. Даже отсюда он чувствовал силу, пульсирующую в этих стенах: защитники напитывали чары и готовились к грядущей осаде.

— Скверное местечко для осады, просто кость в горле, — присвистнул Дав. — Чёрт подери. Мне бы понадобилась целая орда родни, чтобы сокрушить эти стены. Ты только погляди на них!

— Будем надеяться, орды нежити окажется достаточно, — сухо ответил Тайрон, не отрывая взгляда от стен.

Они были там, внутри, сжавшись от страха. Он едва ли не физически чуял этот запах.

— На этот раз за стенами соберётся настоящая армия, — непринуждённо заметил Дав, — а не кучка недотеп с дрожащими коленями, как в прошлый раз. Как думаешь, чем всё закончится?

— Будет больно, — буркнул Тайрон.

Его бывший наставник верно указал на трудность задачи. Эта осада не походила на предыдущую. Каллас был лёгкой мишенью, слабо защищённой и уязвимой, – именно поэтому он и ударил туда.

Мирасмас же являлся крепостью. К тому же, в отличие от Кенмора, за его стенами не было трущоб, которые Тайрон мог бы использовать в своих целях. Внутри этих стен каждый Благородный Дом Юга собрал своих Солдаты. Магистры наверняка призвали лучших своих магов для обороны, а также всех Истребители, которых сумели пытками принудить к повиновению.

А у него за спиной приближался Золотой Легион. Сколько воинов Империя отправила против него на этот раз? Десять тысяч? Двадцать? Пятьдесят? Зажатые между двумя силами, Тайрон и его орда стояли у всех на виду, точно орех под прессом.

Он был уязвим и сам допустил это.

— Ты вообще на чьей стороне? — Напустилась на Дава Филетта, гневно сверкнув глазами. — Если Тайрон проиграет, представляешь, что с тобой будет?

— О, неописуемые вещи, — с энтузиазмом закивал Дав. — Когда моя душа окажется в Царстве Мёртвых, мне, чего доброго, вернут яйца только для того, чтобы я пожалел об этом. Меня ждут изысканнейшие пытки. Я просто хотел убедиться, что Тайрон полностью сосредоточен на деле! Я не хочу его поражения, это восстание – единственное, что спасает меня от безумия.

Косясь на бывшего наставника, Тайрон раздумывал над его словами. Дав действительно стал выглядеть куда лучше с тех пор, как обрёл цель в своей посмертной жизни. Зрелище рушащейся Империи вдыхало в него новые силы. Что ж, возможно, формулировка не самая удачная. Но если Мирасмас падёт, а ещё одна Башня Магистров будет стёрта с лица земли, Дав, пожалуй, почувствует себя счастливым.

На какое-то время.

— Есть идеи, какие чары они могли наложить на стены? — Спросил его Тайрон, вновь устремив взор на высившуюся преграду, отделявшую его от возмездия.

Он доберётся до них. В Империи нет стен такой высоты, что помешали бы ему забрать то, чего он желал. То, в чём он нуждался.

— Чёрт его знает, — хохотнул Дав, уперев руки в костяные бока. — Магию я, понятное дело, изучал, но Истребители обычно не участвуют в проектировании городских стен, парень.

Тайрон хмыкнул. Сам он находился примерно в таком же положении. Даже во времена службы у Мастера Уиллема ему не доводилось работать над защитными чарами. Почти всё его время уходило на собственные тайные проекты или истребление порождений разломов.

— Что скажет Генерал? — Спросил Тайрон, поворачиваясь к другой фигуре нежити, стоявшей среди них.

Генерал Кроу из Золотого Легиона замер неподалёку. Он был упырем, и его духовная плоть смутно передавала прижизненный облик, однако сейчас лицо оставалось безучастным и лишённым эмоций. Но внутри он чувствовал совсем иное. Один лишь Тайрон видел борьбу Генерала. Он слышал, как кричит и бьётся его душа, пытаясь вырваться на волю, взбунтоваться, скрыть хоть малую толику своего опыта и знаний.

Разумеется, всё это было тщетно. Тайрон сковал его столь прочными цепями, что ни один дух не смог бы разорвать их без посторонней помощи. Как бы Кроу ни сопротивлялся, он не мог пойти против воли своего господина и даже помыслить не смел о том, чтобы причинить Тайрону вред. В его непокорности уже проступали признаки тупого смирения.

— Осада будет трудной, — ответил Генерал. — Я крайне сомневаюсь, что мы успеем преодолеть стены до подхода Золотого Легиона. На взятие Мирасмаса могут уйти недели, если не месяцы.

— И сколько времени у нас есть, по твоим оценкам? — Спросил Тайрон.

— Пять дней, — произнёс Генерал, ничем не выдав внутреннего разлада.

Всего пять дней, чтобы сокрушить один из величайших городов за пределами Центральной Провинции. Времени действительно в обрез.

— Как думаешь, стоит ли нам осаждать город? — Спросил Тайрон, не отводя глаз от стен.

— Нет, — ответил Генерал Кроу. — Риск слишком велик.

За этими стенами ждали сотни Вельможи, в чьих жилах текла осквернённая кровь их богов. Перед мысленным взором Тайрона вновь предстало, как угасал свет в глазах его матери, когда Магнин бережно опускал её на землю. Он видел, как отец взял нож и вонзил его прямо себе в грудь.

— Развернуть орду, — приказал Тайрон голосом холодным и неотвратимым, словно сползающий ледник. — Каждая секунда, что они живут у меня на виду, – это грех.

Он был единственным, кто почуял безмолвное ликование Генерала Кроу, когда Тайрон отверг его совет. Глупец всё ещё надеялся. В орде были и другие, кто уповал на поражение Тайрона, – точь-в-точь как Вельможи в городе и их Боги, взирающие на них свыше.

Надежда была роскошью, которую они не могли себе позволить. Тайрон не собирался проигрывать, и он был единственным в этой битве, кто готов был заплатить любую цену за победу.

И они думали, что стены смогут его остановить.

В городе Лерас Сатин шёл по стенам бок о бок с многоуважаемым генералом Артуром Грейхеймом. Служба рядом с Генералом во время подготовки к осаде была великой честью, которую ему оказал сам Герцог. Несмотря на то, что формально это ставило его ниже простолюдина, Лерас согласился, желая понять, что именно требуется, дабы заслужить столь высокое расположение Герцога и Герцогини.

Как оказалось, для этого требовались беспощадная исполнительность, неиссякаемая энергия и безграничная способность вникать в любые военные мелочи. Артур Грейхейм, казалось, вообще не спал. Не стоял на месте. Ни на миг не сомневался в выбранном пути и не задавался вопросами. Каждую секунду, изо дня в день, он только и делал, что двигался вперёд.

Его штаб работал как безупречно отлаженный механизм, настоящий локомотив разрушения: они принимали логистические задачи и перемалывали их, словно зачарованная лесопилка. Сплотить разрозненные силы Благородных Домов в единое целое казалось невыполнимой задачей – даже под угрозой Имперского Мандата интересы сторон слишком сильно сталкивались.

Поэтому Грейхейм просто отказался от попыток сделать невозможное, создал общую командную структуру и распределил каждый Дом туда, где они могли действовать вдали от соперников и конкурентов.

Подготовка города к осаде была колоссальным трудом, требовавшим выполнения тысяч важнейших задач, и Артур Грейхейм, казалось, держал весь этот список в голове. Лерас следовал за ним, пока тот методично проверял пункт за пунктом, добиваясь идеального исполнения и не упуская из виду ни единой детали.

Даже в этот поздний час, когда орда нежити начала заполнять поле перед стенами, штаб Генерала бурлил от активности. То, что уже проверили, проверялось вновь. Тех, кого уже заставили подчиниться силой, принуждали ещё раз. Грейхейм не успокоится, пока каждый Солдат до конца не уяснит свою роль и обязанности.

Его собственный долг требовал, чтобы сейчас, в эту минуту, он стоял здесь, на стене, и наблюдал за развёртыванием сил врага.

В который раз ему оставалось лишь сокрушаться, что он не обладает столь же абсолютным контролем над собственными войсками.

— Посмотри, как они двигаются, — пожаловался он Лерасу, обводя рукой зубцы стены. — На параде лучшего не увидишь.

И действительно, пехотные полки маневрировали с нечеловеческой точностью, проходя сквозь ряды друг друга без малейшей заминки, и каждый воин двигался строго с заданной скоростью.

— Не понимаю, Генерал, зачем вам хвалить нашего врага, — заметил лорд Сатин.

Особенно под бдительными взглядами мужчин и женщин, несущих караул. В пределах слышимости стояли десятки воинов, чьи начищенные до блеска зачарованные латы сияли под солнцем.

Правда, сиять им оставалось недолго: наползающее облако тьмы продолжало медленно затягивать небосвод.

— Я не недооцениваю противников, Лерас, — хмыкнул Грейхейм. — К слову, ты поразишься, какая это редкость. В нашей Империи каждый считает дураком любого, кроме себя, особенно Вельможи.

— Я вообще-то тоже Вельможа, — процедил Лерас.

— Да, но у тебя, похоже, голова на плечах имеется. Твоя семья в городе?

Внезапная перемена темы застала лорда Сатина врасплох, но он быстро опомнился.

— Да, они прибыли вчера вечером.

Его жена находилась здесь уже какое-то время, а вот дети, Алисенса и Чол, добрались только что.

— Не беспокойся, они будут в безопасности, — негромко произнёс Генерал. — Этот ублюдок-Некромант разобьётся об эти стены. Жизнью клянусь.

Снаружи, под сгущающейся тьмой, орда нежити с противоестественной точностью продолжала смыкать кольцо вокруг города.