Райский Остров.

У тридцати исследователей, попавших сюда, всего одна задача.

Выжить.

Больше от них ничего не требуется.

Продержался десять дней — разлом пройден. Каждый выживший получает награду и возвращается туда, откуда пришёл.

И самое удивительное здесь вот что.

«Опасности почти нет».

На острове, где единственное условие прохождения — выживание, практически отсутствуют монстры и ловушки, способные тебя убить.

Если совсем точно, кое-что опасное здесь всё-таки водится.

Но обычный человек за десять дней с этим даже не встретится.

Достаточно не лезть куда не просят и спокойно отдыхать.

На шанс выжить местная живность почти не влияет.

Даже голод не проблема.

Название остров получил не зря: чистая вода и вкусные фрукты здесь на каждом шагу.

Вроде бы идеальное место.

Десять дней ничего не делаешь, отдыхаешь, а под конец ещё и забираешь награду.

Настоящий рай.

«Только в Лабиринте такого не бывает».

Райским этот остров не был никогда.

И мне даже не требовалось вспоминать игровые заходы, чтобы доказать это.

Достаточно посмотреть на то, что происходит сейчас.

Первый день ещё не закончился.

Один человек уже мёртв.

А остальные выжившие теперь смотрят друг на друга как на потенциальных убийц и заранее готовятся защищаться.

Примерно так.

— Итак, подозреваемых пятнадцать. Все остальные не покидали центральную площадку, и мы можем подтвердить это друг для друга.

Джон Техан, успевший занять в добровольной страже положение чуть ли не заместителя главы, внимательно осмотрел обе группы, которые уходили на поиски.

Разумеется, тем подобный взгляд не понравился.

— Но и мы можем подтвердить то же самое! Когда нашли тело, все десять находились вместе. До этого никто из нашей группы никуда не отходил.

— Это лишь ваши слова. Прошу понять: мы не можем исключить, что все десять заранее договорились говорить одно и то же.

— Тогда и ваша версия о том, что вы всё время оставались здесь, — тоже всего лишь ваши слова...

— Здесь находился виконт Яндель. Вы хотите сказать, что он участвовал в преступлении вместе с нами?

После такого лидер компанейской группы замолчал.

Возразить против этого было нечего.

Но отсутствие ответа не означало, что он собирается покорно принимать обвинение.

Лучшая защита — нападение.

А этот человек явно был опытным исследователем.

— Кхм. Если рассуждать так, логичнее подозревать не нас, а вот их. В конце концов, их всего пятеро.

Раз уж отбиться от обвинений не выходило, оставалось перевести стрелки.

— Какого хрена? При чём тут мы?!

— Договориться впятером гораздо проще, чем десяти людям, которые впервые встретились сегодня. К тому же в нашей группе примерно половина — женщины.

— Довод... не лишён смысла.

— Да вы совсем ебанулись?! Какая разница, десять человек или пять? И женщины тут каким боком?!

Мужская пятёрка с её суровыми рожами пришла в бешенство, но настроение толпы уже качнулось не в их пользу.

Их было меньше.

— Позволите осмотреть ваши вещи?

— Хуй вам. Только попробуйте сунуть руки!

— Зачем же вы отказываетесь, если вам нечего скрывать?

— А ты бы сам сразу вывернул перед толпой все карманы?

— Если это поможет доказать мою невиновность — да.

— Блядь, да что мы вообще сделали, чтобы перед вами оправдываться? Хотите рыться в наших вещах — сначала сами выкладывайте всё до последней тряпки. Все. Иначе идите нахуй.

— Как уже сказали, мужчина погиб примерно четыре часа назад. Мы всё это время находились здесь. По-моему, наша невиновность подтверждена достаточно надёжно.

После этих слов пятеро достали оружие, ясно показывая: дальше торговаться не будут.

Обстановка моментально стала такой, что ещё пара реплик — и кто-нибудь ударит первым.

— Так, хватит. Давайте все немного успокоимся.

Ивелла, до этого наблюдавшая со стороны, наконец вмешалась.

— Я осмотрела тело и заметила несколько странностей. Может, сначала обсудим их, а уже потом будем обвинять друг друга и хвататься за оружие?

— Что именно показалось вам странным?

— Для начала мы никак не можем установить личность погибшего. При нём вообще нет ничего, по чему его можно было бы опознать.

— Так убийца наверняка...

— Но зачем убийце вообще понадобилось его убивать? Если ради снаряжения или денег, то почему всё осталось на месте? Следов ограбления нет.

— А...

То есть это не обычное убийство ради добычи.

Тогда за что его прикончили?

— ...Возможно, убийца знал правила острова.

Кто-то произнёс это почти шёпотом.

Взгляды вокруг сразу стали жёстче.

Если человека убили ради увеличения награды, одной жертвой преступник не ограничится.

Тогда целью становится каждый из нас.

— Не спешила бы с выводами. Мы пока даже не знаем, был ли погибший невиновен.

— Что вы хотите сказать?

— Допустим, первым напал именно он. А тот, кого мы сейчас называем убийцей, просто защищался.

— Но если всё было так, зачем скрываться?

— На этот вопрос, по-моему, только что ответила ваша же ссора. Чем бы такой человек доказал, что действительно защищался?

Скрыть случившееся было куда проще, чем убедить двадцать девять чужаков в своей правоте.

Логика понятная.

После недавней перепалки никто не нашёл, чем на неё возразить.

— А удостоверение? Зачем было забирать его?

— Вот этого я не знаю. Но у нас пока слишком мало данных, чтобы утверждать...

Ивелла не договорила.

— Бехел-ла-а-а-а-а-а-а-а-а-а!!!

Мне стало скучно.

После внезапного боевого клича на поляне повисла тишина.

Никто, впрочем, не решился спросить, какого хрена я творю.

Через пару секунд Ивелла аккуратно подвела итог за всех.

— Полагаю, виконт хочет что-то сказать.

Все разом повернулись ко мне.

Особенно тревожно смотрела мужская пятёрка.

Похоже, они понимали: если я сейчас встану на сторону большинства, спор для них закончится мгновенно.

— Вы...

Стоило мне открыть рот, как люди буквально замерли.

Моё слово могло перевернуть всю ситуацию, поэтому слушали так внимательно, будто даже дышать боялись.

Мне стало их немного жаль.

Никакой новой стройной версии у меня не было.

И придумывать её я не собирался.

На кой хрен тут вообще сложная логика?

— Почему вы все такие тупые?

— ...Простите?

— Осмотрите вещи у всех подряд. В чём проблема?

— Но разумнее было бы сначала проверить тех, кто действительно вызывает подозрение...

Какая ещё правильная процедура?

Это слабым приходится возиться с процедурами.

— Ты сейчас назвал меня тупым?

— Что? Нет! Я вовсе не это имел в виду...

— Да ладно? Ты только что сказал, что мой способ неразумный.

— Я не говорил, что вы глупы. Я лишь...

— Ещё и врёшь?

Невероятно.

Варваров ведь пытаются обманывать только всякие мрази вроде разбойников.

А, точно.

— Так ты и есть убийца?

Я взялся за молот и пошёл к мужчине.

Тот мгновенно побледнел и попятился.

— Ч-что вы такое говорите?! Не я! Я всё это время был здесь!

— Разбойники всегда утверждают, что ни в чём не виноваты.

— Вещи! Проверьте мои вещи! Прошу! Там всё видно! Если бы я был убийцей, у меня оказалось бы удостоверение погибшего!

— О. Можно?

— Да! Только проверьте... И, пожалуйста, сначала опустите молот...

— Ну, раз ты так настаиваешь, почему бы и нет.

Так мы совершенно мирным путём нашли первого добровольца для досмотра.

Мэтт Грейл.

Судя по удостоверению, исследователь пятого ранга.

Он сам выложил перед всеми всё содержимое карманов и сумки.

Ничего подозрительного.

А потом...

— Ты чего на меня так смотришь?

Следующим оказался парень из компанейской десятки, который случайно встретился со мной глазами.

— Я?.. Я никак не смотрю.

— Подозрительно. Придётся тебя обыскать.

— ...

— Чего лицо недовольное? Ты убийца?

Со второго человека даже не понадобилось снова поднимать молот для мирных переговоров.

Ивелла быстро поняла, к чему всё идёт, и сама навела порядок.

— Я понимаю, что это неприятно, но давайте сотрудничать. Похоже, виконт собирается проверить всех. Возможно, так даже лучше: раз досмотр касается каждого, никто не сможет пожаловаться на предвзятость.

— ...Хорошо. Но те, кто ждёт очереди, должны внимательно следить друг за другом. Пока мы заняты досмотром, кто-нибудь может попытаться что-то спрятать.

Дальше дело пошло быстро.

Исследователи по одному выходили вперёд и показывали вещи.

Остальные не спускали глаз друг с друга, чтобы никто не успел избавиться от улики.

Второй.

Третий.

Четвёртый...

Досмотры шли один за другим.

— Хм. А это что? Ты ведь мужчина. Откуда у тебя женское бельё?

— Э-это моей жены! Честное слово! Не смотрите так! Я просто заметил, что когда ношу его с собой, всё как-то складывается удачнее. Вот и не выкладываю!

...Странно, конечно.

Но не преступление.

Исследователи вообще питают слабость к суевериям и личным приметам.

Даже в современном мире полно спортсменов с такими ритуалами, что постороннему лучше не знать подробностей.

— Это... «Кольцо Светлячка»?

На седьмом досмотре я невольно замер.

— Да. А что-то не так?

— Ещё как. Ради общей безопасности лучше пока оставить его у меня.

— Что?..

— ...Шучу.

Какого хрена у исследователя пятого ранга настолько редкая вещь?

Его сумку я проверил уже с особым усердием.

К сожалению, ничего подозрительного у владельца «Кольца Светлячка» не нашлось.

«Жаль».

Окажись он убийцей, можно было бы совершенно законно прибить его и забрать кольцо.

Восьмой.

Девятый.

Десятый...

Пока досмотр продолжался, я понемногу складывал в голове сведения обо всех, кто попал на Райский Остров.

По чужим вещам о человеке можно узнать больше, чем он сам захочет рассказать.

Сумка исследователя особенно разговорчива.

«У этого запасных кинжалов целая пачка. Значит, наверняка есть навык для метания. А тут три зелья высшего класса... Богатенький?»

Кто таскает с собой семейные портреты, скорее всего, дорожит родными.

Даже пустое место внутри рюкзака — информация.

Профессиональные разбойники часто специально оставляют сумки полупустыми, чтобы было куда складывать добычу.

Вот почему исследователи так болезненно реагируют, когда чужие хотят рыться в их вещах.

— И здесь ничего необычного.

Ивелла помогала мне с проверкой и каждый раз явно расстраивалась, когда очередная сумка оказывалась чистой.

Я, в отличие от неё, особых надежд не питал.

Не верил, что удостоверение погибшего или орудие убийства просто лежит у преступника в рюкзаке.

«Если он не полный идиот, давно всё выбросил».

Но бессмысленной проверка от этого не становилась.

Мне важнее было понять, кто есть кто.

Несколько подозрительных типов уже нашлись. Закончу со всеми — тогда можно будет начинать нормальное расследование...

— Э?..

Мы дошли до девятнадцатого человека.

— П-почему у него два удостоверения?

Впервые за весь досмотр в одной сумке обнаружились сразу два документа.

Один действительно принадлежал владельцу.

А второй...

— Рост сто шестьдесят пять. Мужчина. Каштановые волосы. Воин...

Все приметы совпадали с погибшим.

— Как... Как это у меня оказалось?..

Люди медленно повернулись к хозяину рюкзака.

Джон Техан.

Тот самый человек, который первым начал руководить расследованием и требовал проверять группы, покидавшие центр.

— Ах ты ёбаный ублюдок! Вот почему ты так старательно переводил стрелки на нас!

Мужская пятёрка, которую совсем недавно едва не сделали главными подозреваемыми, тут же достала оружие и окружила Техана.

А он, что удивительно, даже не попытался оправдаться.

Точнее, не успел.

Кх... кх!..

Лицо Джона Техана резко посинело.

В следующую секунду его тело начало таять прямо на глазах.

Ш-ш-ш-ш-ш!

Никто не был готов к этому.

Люди молча смотрели, как от человека остаётся бесформенная масса.

— ...

— ...

Вот теперь это действительно Райский Остров.