В древности на мир обрушилось проклятие Ведьмы.

Если объяснять совсем просто, его всегда представляли чем-то вроде радиации: после катастрофы весь континент якобы превратился в мёртвую землю, где не способно выжить ни одно живое существо. Единственным местом, которого бедствие не коснулось, осталась Рафдония.

По крайней мере, так было принято считать.

За городской стеной никакого знакомого нам проклятия не оказалось.

Точнее, не оказалось именно того проклятия, о котором нам рассказывали.

[Снаружи сейчас и правда всё нормально. Растут растения, если подойти ближе, на листьях видно насекомых. Дикие звери тоже есть.]

Когда-то такое сообщение оставил на доске «Охотников за привидениями» один из игроков Ноарка.

Он не врал: пустыней смерти внешний мир не был.

«Хотя назвать его нормальным язык тоже не поворачивается».

Я стоял на краю обрыва и смотрел на пространство, из которого будто вымыли все краски. Серым было почти всё. Только далёкое солнце поднималось над горизонтом ярко-красным пятном, и от этого пейзаж казался ещё более чужим.

— Значит, мир так и не оправился, — повторил GM.

Спорить с ним было трудно. Перед нами лежало место, пережившее самый настоящий конец света.

И чем дольше я смотрел, тем сильнее хотелось понять, что, чёрт возьми, происходило на самом деле. В рассказах Королевского Дома, похоже, не нашлось ни крупицы правды.

«Какая, к чёрту, радиация...»

Никакого яда, разлитого в воздухе, мы не нашли. Мир погиб — просто совсем иначе, чем нам внушали.

Зачем это скрывали, я не представлял.

— Кажется, я понимаю, почему Королевский Дом исказил правду.

— М?

GM опустил подзорную трубу, которую успел неизвестно откуда достать.

— Что они должны были сказать людям за стеной? Что конец света не закончился и всё ещё продолжается?

— В каком смысле продолжается?

— Посмотрите вниз.

Он указал на границу между обычной землёй и серой водой.

— На глаз движение почти незаметно. Но мёртвая область понемногу расширяется.

Я взял у него трубу. Теперь стало видно: по самой кромке серое медленно, почти неуловимо отвоёвывало новые сантиметры суши.

GM нахмурился.

— И, боюсь, дело не только в этой стороне.

— С чего ты взял?

— Люди, которые вышли за стену раньше нас, в конце концов ведь попытались вернуться в город. Сомневаюсь, что на противоположном конце континента всё выглядело принципиально иначе.

— Но если твоя догадка верна, какой смысл возвращаться? Город тогда погибнет одним из первых.

— Возможно, они знают что-то, чего не знаем мы. Например, защитный магический круг Рафдонии способен останавливать это распространение.

Для мага рассуждал он на удивление в духе «а вдруг». Доказательств — ноль.

И всё же версия звучала разумно.

Ноарк действительно пошёл на штурм города. Значит, внутри Рафдонии находилось что-то, что они считали шансом на спасение.

Что именно — другой вопрос.

«Ладно. Остальное придётся выяснять своими ногами».

Мы спустились к побережью и потратили ещё несколько часов на осмотр местности.

Находок было немного, но кое-что прояснилось.

Бух!

Во-первых, серая зона действительно оказалась мёртвой в самом прямом смысле. Стоило чему угодно пересечь границу, как предмет терял цвет, застывал и становился твёрдым, словно камень.

На человеке я это, разумеется, не проверял. Было любопытно, спасёт ли высокое сопротивление магии, но любопытство у меня всё-таки не настолько безмозглое.

Во-вторых, в одной из прибрежных пещер мы нашли скелет.

— Труп... — негромко сказал GM.

Судя по состоянию костей, человек умер здесь много лет назад. Мы обыскали всё вокруг, однако ни вещей, ни следов, способных объяснить его смерть, не обнаружили.

И, наконец, самое важное.

GM ещё раз сверился со своими расчётами.

— Если скорость не изменится, до внешней стены десятого района эта область доберётся примерно через десять лет.

Десять лет.

Не так уж много.

Впрочем, если городской защитный круг действительно удерживает серую заразу, непосредственной катастрофы может и не случиться.

— Хватит. Возвращаемся.

GM посмотрел на меня с надеждой, в которую сам будто не верил.

— Совсем возвращаемся?

— Не могу же я держать тебя здесь бесконечно. Домой тебе тоже пора.

Он распахнул глаза. Вид у него был такой, словно я впервые за всё путешествие сказал что-то разумное.

— Что, уже передумал и хочешь остаться?..

— Нет! Идём! Сейчас же!

Ну спасибо. Мог бы хотя бы не радоваться настолько откровенно.

Мне казалось, за эти дни мы уже немного сблизились.

— Ладно, пошли.

От берега мы снова двинулись вдоль стены. По дороге я вспомнил одну странность.

— Хабелион. Тебе ничего не кажется подозрительным?

— Что именно?

— Почему об этом никто не знает? С верхушки стены десятого района вся эта серая дрянь должна быть видна как на ладони. А я даже слухов таких не слышал.

GM удивлённо поднял брови.

— Барон, вы разве никогда не поднимались на городскую стену?

— Поднимался.

Я рассказал, как однажды стоял на стене Бифрона и видел с неё бескрайнюю зелень снаружи.

— Тогда понятно, — кивнул GM. — Бифрон как раз исключение. На остальных участках стены действует иллюзорная магия. Насколько мне известно, только в Бифроне с ней что-то случилось.

— Вот как?

— Человеку со стороны такого не узнать, так что неудивительно, что вы не знали. Более того, солдаты и рыцари на стене Бифрона уверены, что природа, которую они видят снаружи, и есть иллюзия.

Такого я ещё не слышал.

Высокое положение в Башне Магов и большой жизненный опыт явно давали GM доступ к сведениям, которые обычному исследователю не попадались.

Он, однако, посмотрел на меня с новым вопросом.

— Но ведь в Священных землях действует такая же иллюзия. Разве нет?

— Действует. Просто я не знал, что со стеной устроено то же самое.

Священные земли находились за городской стеной. В официальной истории утверждалось, будто Королевский Дом из уважения к иным расам выделил им собственные территории, где они могли жить по своим обычаям.

Красивые слова.

По сути это всегда было изоляцией и отторжением.

Недавнее нападение на седьмой район показало это особенно ясно: стоило Ноарку запустить древний королевский магический круг, и Священные земли мгновенно оказались полностью отрезаны от города.

«Опять унесло в сторону».

Главное другое. Если идти от поселений в Священных землях всё дальше к окраине, рано или поздно упираешься в невидимую стену. За ней при моём прошлом визите тянулся самый обычный лес.

Тогда шаман сказал мне одну странную вещь.

[Всему своё время.]

[...]

[Воин, тебе ещё рано интересоваться тем, что лежит дальше.]

С тех пор я стал несравнимо сильнее.

Может, теперь время всё-таки пришло?

— Понимаю, — сказал GM. — Вы могли решить, что Священные земли устроены особым образом. Официально ведь утверждают, будто иллюзию там поставили ради удобства иных рас.

— А теперь мне интересно, что за ней на самом деле.

— Простите?..

— Раз уж мы всё равно рядом, проверим. По пути почти ничего не теряем.

Я немного изменил маршрут и повёл нас ближе к стене.

GM всю дорогу ворчал:

— Здесь кругом лес. Идти ужасно неудобно.

— Ноги переставляй, а не жалуйся.

Пришлось немного подбадривать человека, который уже мысленно сидел дома. Вскоре мы добрались до одной из шести Священных земель Рафдонии — той, что примыкала к девятому району и принадлежала фейри.

Тук.

Дальше нас не пустила прозрачная преграда.

Зато смотреть внутрь никто не мешал.

Сразу за барьером был лес. Поселений отсюда не видно: всё-таки мы находились у самого внешнего края территории. Но даже этого хватало, чтобы заметить разницу.

«Ого...»

Деревья здесь были куда выше, чем в Священных землях варваров, и росли так ровно, будто за каждым из них ухаживали тысячи лет.

— Мы пришли, как вы и хотели, — напомнил GM. — Теперь вы собираетесь просто стоять и смотреть?

Он уже начинал торопить меня.

И именно тогда между деревьями мелькнуло движение.

— М?

Я прищурился.

— Подожди.

— Что?..

— Тихо.

Вскоре из кустов вышел фейри. Серебристые волосы, совсем юное лицо — подросток или парень, едва перешагнувший порог совершеннолетия.

Он шёл прямо к нам.

— Неужели видит?..

Направление было слишком точным, и мысль невольно возникла. Но выражение лица у юноши оставалось спокойным. Если бы он заметил двух чужаков за запретной границей, так безмятежно не выглядел бы.

Фейри подошёл вплотную к барьеру, поднял ладонь и медленно провёл ею по невидимой стене.

Губы его шевельнулись.

Звука сквозь преграду не было.

Я уже собирался забыть об этом, когда GM перевёл:

— Говорит, что ему здесь тесно.

— Ты умеешь читать по губам?

— Пришлось научиться за жизнь кое-каким мелочам. К тому же слово было простое.

Сказано скромно, но я впечатлился по-настоящему.

Мы оба были игроками. Мир позволял нам свободно говорить и понимать местную речь, однако чтение по губам — совсем другой навык.

GM снова всмотрелся в лицо юноши.

— А теперь он сказал: «Интересно, что там снаружи...»

Вот почему у того был такой взгляд.

— Любопытство — одна из величайших сил, которые движут человеком, — заметил GM. — Возможно, когда-нибудь этот мальчик ещё прославит своё имя.

— А ты несколько дней назад говорил, что задаёшь только те вопросы, последствия которых можешь вынести.

— Именно поэтому и называю такое любопытство великим. Люди вроде меня обычно ограничиваются тем, что просто интересуются.

Ну конечно. Маг. Языком работает не хуже заклинаний.

— Раз уж ваше собственное любопытство удовлетворено, барон, может, теперь всё-таки двинемся дальше?

— Да идём уже, идём.

Я усмехнулся, ещё раз посмотрел через барьер и отвернулся.

«Лицо у него почему-то знакомое...»

Ладно. Если судьба захочет, ещё встретимся.

Назад мы возвращались той же дорогой.

Только теперь несколько дней бок о бок уже сделали своё дело: неловких пауз почти не осталось, разговор цеплялся за разговор. GM тоже перестал держаться со мной так, будто любое неверное слово может стоить ему головы.

В какой-то момент он даже перешёл в наступление.

— А что насчёт вас, барон? По городу ходит немало слухов о ваших романах.

— Чушь всё это.

— Хм. Насколько я слышал, по крайней мере одна история была вполне настоящей...

— Освоился, смотрю.

— Ха-ха... П-простите.

На этом он, впрочем, не остановился и продолжил осторожно вытягивать из меня то, что давно хотел спросить.

— Барон... а какая у вас цель?

— Ты сейчас докопаться решил?

— Нет! Мне правда интересно. Вы постоянно лезете в самые опасные дела и всё время куда-то спешите.

Я немного подумал.

— Никакой.

— Простите?

— Никогда у меня не было великой цели. Если уж обязательно называть что-то целью — хочу выжить. Сам и вместе со своими людьми. Этого достаточно.

В мире, как известно, всё работает по принципу «ты мне — я тебе». Я ответил честно, значит, теперь была его очередь.

— А твоя цель какая?

— Моя?

— Раз спрашиваешь меня о таких вещах, наверняка у самого есть ясный ответ.

GM замялся. Потом заговорил медленно, явно подбирая слова.

— Есть человек, которого я... обязательно хочу однажды увидеть снова.

Для другого игрока смысл читался почти без перевода: он хотел вернуться в прежний мир, и там его кто-то ждал.

«Семья?»

Я сделал вид, что не заметил второго смысла.

— Понятно. Не знаю, кто это, но надеюсь, вы ещё встретитесь.

— Спасибо.

— Не раскисай.

Я от души хлопнул его по плечу. GM шарахнулся в сторону, спасаясь от следующего дружеского удара, а потом всё-таки рассмеялся.

— Если не считать совершенно непостижимой для меня «разницы культур»... вы, барон Яндель, в сущности, очень неплохой человек.

Это сейчас похвала была или издёвка?

С другой стороны, его можно понять. Даже местные порой смотрят на мои варварские привычки с ужасом. Для игрока я наверняка выгляжу совсем диким.

«И всё равно немного обидно».

Попробовали бы сами начать игру варваром. Да любой на моём месте вёл бы себя точно так же.

Наверное.

Когда стемнело, мы нашли редкую прогалину между деревьями и устроились на ночлег.

— Остановимся здесь.

— Хорошо.

При таком темпе к следующему вечеру мы должны были вернуться к входу под землю.

Я закрыл глаза и ещё раз прокрутил в голове завтрашний маршрут. Через некоторое время рядом раздался задумчивый голос GM.

— Небо...

— Что с ним?

— Оно в любом мире одинаковое.

Я слишком хорошо понимал, о чём он говорит. На ночёвках мне самому случалось лежать вот так и смотреть вверх, пока не начинало казаться, будто я снова непонятно где — здесь или там, на Земле.

GM, видимо, осознал, что сказал лишнее, и сразу поправился:

— Я имею в виду по обе стороны городской стены.

— Да. Никакой разницы.

Мы надолго замолчали.

Человек, который годами почти не выходил из Башни Магов, явно вспоминал прежние времена. Когда он ещё ходил в Лабиринт, такие ночёвки наверняка были для него обычным делом.

Наконец GM снова позвал:

— Барон.

— Что?

— Вы спрашивали о моей первой школе.

— Было дело. Но ты сказал, что не хочешь об этом говорить, и я не стал лезть дальше.

Что, передумал?

Я бросил вопрос почти небрежно. GM ответил сразу, хотя улыбка у него вышла горькой.

— Да. Правда, история совсем не весёлая.

Похоже, сегодня ему просто нужно было кому-нибудь её рассказать.