Разобравшись с этой странной страшилкой, я наконец вошёл в кафе. Хаюн всё это время сидела на втором этаже у окна и болтала ногой.

— Извини, что опоздал. Долго ждала?

Она промолчала.

— Ты же видела, меня прямо у входа поймали с этим опросом.

— Угу. Видела.

— Прости-прости.

Я сел напротив, и Хаюн вдруг мило улыбнулась.

— Я не злюсь, Джун.

«Я ведь даже не спрашивал».

Стало как-то не по себе, и я тут же снова поднялся.

— Пойду закажу что-нибудь.

— Мне не надо, Джун. Я всё выпила, пока тебя ждала.

— Ага.

Будто специально, Хаюн тонким пальцем указала на давно пустой стакан. Я предпочёл временно отступить.

«Давно я не видел у неё эту улыбку».

Так Хаюн улыбалась малознакомым людям — её главное оружие для общения с внешним миром. В начале учебного года, когда мы ещё не были близки, она встречала меня именно такой улыбкой и вежливо держала дистанцию.

А когда мы подружились, перестала изображать приветливость и спокойно показывала настоящее равнодушное лицо. Значит, сейчас она всё-таки злится из-за того, что я заставил её ждать.

— Что будете заказывать?

— Два ванильных латте и…

Креповый чизкейк с эмменталем.

Я указал на десерт за стеклом.

«Вот это должно сработать».

Дорогой, маленький и изящный — прямо под Хаюн. В последнее время я изучал психологию по роликам на YouTube и слышал, что сладкое поднимает девушкам настроение. А Хаюн, если сравнивать с Соной или Джинхи, была куда женственнее.

«Прокатит?»

Я взял два кусочка и два напитка, стараясь не переборщить, и вернулся наверх.

— Ого.

Когда я поставил поднос на стол, Хаюн со скрещёнными руками изобразила спокойное удивление.

— Ну-ну, не сердись…

Я почти заискивающе подвинул к ней чизкейк. Она прищурилась, отрезала кусочек и отправила в рот.

Пока Хаюн молча жевала и смотрела на меня так, будто ждала, зачем я вообще её позвал, я спросил:

— Как ты эти дни? Всё нормально?

— … Ничего особенного.

Она слегка наклонила голову, и длинные прямые волосы скользнули следом.

— Просто живи дальше, как раньше. Вот и всё.

Я кивнул, отпил латте и рассказал про Сону.

— Сона тоже вроде в порядке. Как ты и говорила, думаю, можно просто вернуться к обычной жизни.

— Сона тоже? Надо же, Джун.

Хаюн снова улыбнулась той самой безупречной улыбкой для посторонних.

— Какой ты заботливый.

— Сначала с ней встретился. Волновался, да? Как мило.

— Ну… после всего, что случилось.

— После чего?

Она улыбнулась ещё шире.

— О чём ты, Джун?

— … Культ Пустоты отнял у неё родителей.

— У меня тоже.

— А, правда?

О семье Хаюн я почти ничего не знал, поэтому только неловко отвёл взгляд.

«Она из-за того, что я сначала встретился с Соной?»

Я поспешил оправдаться:

— В тот день у Соны просто всё накопившееся разом прорвало. Вот я и решил сначала проверить, как она.

— А я, Джун?

— Ну…

— М-м?

— Я же пришёл. Вот, встретился с тобой.

— После Соны?

Хаюн всё так же улыбалась. Я быстро огляделся, убедился, что нас никто не слушает, наклонился ближе и прошептал:

— Да чего ты… Ты же знаешь, как ей тяжело из-за бабушки. И если уж совсем честно, в том, что произошло, была немного и твоя вина.

— Ты думаешь, я сижу на своём месте потому, что мне так нравится.

Хаюн качнула головой, и волосы мягко рассыпались по плечам. Она была настолько красивой, что за соседними столиками люди то и дело поглядывали в нашу сторону.

— Для них я, конечно, богиня. Но если я попытаюсь остановить их злодеяния, они начнут сомневаться даже во мне. Вот насколько сильна их вера в учение.

— Сейчас всё так же. Меня почитают, но я не могу ими управлять. Меня и почитают, и используют как инструмент. Правда думаешь, у меня была хоть какая-то свобода, Джун?

«Да откуда мне знать, зараза».

Хаюн спокойно говорила это, глядя на меня сверху вниз с привычным высокомерием. Я чуть отвёл глаза.

Культ Пустоты — сборище психов. Реальная власть там у Ин Тхэсана. А Хаюн, хоть ей и поклоняются, вполне могла быть просто красивой вывеской.

Я и раньше об этом думал. В будущем, которое я видел, Ин Тхэсан должен был появиться в следующем году, Культ Пустоты — резко набрать силу, а Хаюн там не было.

«Если бы была, о ней давно бы знали в интернете. Всё-таки такая красивая внучка президента».

Редкая фамилия Ин, президентская внучка, слишком заметная внешность — такое трудно спрятать. Если в том будущем я вообще о ней не слышал, вариантов два. Либо Хаюн к тому времени уже не было, либо Культ Пустоты, добившись своего, просто списал её со счетов.

— Тогда можно спросить? В прошлой жизни я тебя вообще не видел.

— Угу.

Хаюн потянула напиток через трубочку.

Я нахмурился, пытаясь сформулировать вопрос.

— После того случая на вступительной церемонии, когда в Наксоне у трёхсот человек взорвались головы… Где ты была? Что с тобой случилось?

— Кто знает?

Хаюн наклонила голову.

— Может, я просто умерла в первый же день.

Я замолчал.

Хаюн погибла от какой-то D-ранговой страшилки сразу на вступительной церемонии?

Верилось с трудом. Но в тот день выжили в основном те, кто со всех ног рванул вперёд, а Хаюн я среди таких людей не представлял. Если перед ней происходило что-то странное, она скорее останавливалась посмотреть, чем убегала.

Если подумать, из-за своего изящного образа она не казалась человеком, который часто умирает в страшилках. А на деле погибала она довольно регулярно.

По моей нынешней версии, в прошлой жизни Хаюн и правда могла умереть прямо на вступительной церемонии. И тогда её жизнь выглядела ещё печальнее.

Выходило, что для захвата Кореи Культу Пустоты было совершенно всё равно, жива она или нет.

«И правда просто декорация?»

Родиться и сразу оказаться на важной должности внутри секты, а потом всю жизнь служить удобной жрицей, на которую можно сваливать ненависть.

Да и воспоминание Соны о похоронах родителей, из-за которого она тогда сорвалась на Хаюн, оказалось подделкой. Ин Тхэсан слегка исказил реальное прошлое и заставил Сону увидеть его во сне, чтобы та решила, будто к ней вернулась старая память.

Так чья же вина в том, что Сону трясёт при одном виде Хаюн?

Да, весь год Хаюн специально дразнила её как соперницу, но источник настоящего несчастья был совсем в другом человеке.

«Ин Тхэсан».

Сона в тот день вывалила на Хаюн всю обиду и ненависть, а потом очень удобно потеряла сознание.

После этого мы ещё и хорошенько избили Хаюн.

А когда всё закончилось, первым делом я отправился утешать Сону.

Интересно, что чувствовала Хаюн?

— Ненавижу.

Она шутливо надула губы.

— Но ты ведь специально, да? Хотел, чтобы я ненавидела вас ещё сильнее. Поэтому и избил меня тогда.

Я промолчал.

— Во сне разум почти не работает, и свои чувства не спрячешь. Чтобы обмануть Ин Тхэсана, который подглядывает в сны, я должна была по-настоящему вас ненавидеть. Конечно. Это же Джун. Даже одним действием сразу на несколько ходов вперёд думает.

— Д-да! Именно. Ха-ха.

Какое удобное объяснение.

— Спасибо, Джун. Благодаря тебе я теперь ненавижу вас ещё сильнее. Ужасно. Терпеть не могу.

— Ха-ха… План был такой. В душе я, конечно, хотел первым делом проверить тебя, но сдержался и специально пошёл к Соне. Пришлось наступить себе на горло…

— Всё, поняла.

Хаюн тихо усмехнулась.

— Значит, на сегодня всё? Можно идти?

— В общем-то да, но…

Я снова наклонился ближе, чтобы никто не услышал.

— Он точно поверил?

Хаюн немного побарабанила пальцами по столу и кивнула.

— Скорее всего. Он высокомерен и доверяет своему способу смотреть на чувства людей через сны. Пользуется им уже несколько сотен лет.

— Сон — это реконструкция памяти, знаешь?

— Знаю.

Во сне мозг случайным образом воспроизводит пережитое, увиденное и услышанное. Особенно часто всплывают сильные воспоминания.

Ин Тхэсан этим и пользуется.

— Когда моя мать умерла при родах и её место перешло ко мне, я была слишком маленькой, чтобы что-то решать. На какое-то время внутри Культа Пустоты началась борьба за власть. Знаешь, что тогда сделал Ин Тхэсан?

Я покачал головой.

— Он показал всем сон, в котором переворот удался. Предатели во сне обрадовались, перестали скрываться и начали управлять Культом Пустоты так, как хотели. Но это был всего лишь сон. На следующее утро они уже не проснулись.

«То есть просто вычистил всех разом».

Он либо подсматривает случайно всплывающие воспоминания, либо сам подсовывает во сне нужные обстоятельства и смотрит, как человек отреагирует.

«Вот как он работает…»

Обмануть такой метод действительно трудно.

Я и сам во сне плохо контролирую разум и становлюсь куда эмоциональнее. Мы там как пьяные: принимаем данную ситуацию за чистую монету, плывём по течению и выдаём настоящие чувства.

Нормально рассуждать не получается. Эмоции остаются почти голыми.

Именно поэтому мой план сначала обмануть собственные чувства сработал.

— Хорошо. Тогда пока продолжим так. Раз вроде работает.

— Хорошо.

Хаюн отпила кофе и спокойно посмотрела на меня. По лицу было ясно: «Мы закончили?»

— Вообще-то я хотел спросить ещё кое-что.

Я достал из сумки блокнот и раскрыл его.

— Какая у тебя группа крови и MBTI?

— М-м?

Хаюн посмотрела на меня, затем протянула тонкую руку и забрала блокнот. Сделала это настолько естественно, что я даже не успел возразить.

[Психологический блокнот Ли Джуна]

— Что за название, Джун?

— … Я в последнее время немного изучаю психологию.

Она молча перелистнула несколько страниц, глядя на меня как на идиота.

Внутри были записаны группы крови и MBTI людей вокруг меня.

Ли Джун — AB, ENTP?

Юн Сона — A, INFP

Ан Кёнвон — B, INTJ

О Докхун — B, INTP

Ли Джинхи — B, [неразборчиво]

Чан Хваын — B, [неразборчиво]

— Много людей с группой B.

— А у тебя?

— O, Джун. Но это ты называешь изучением психологии?

Хаюн вернула блокнот с таким видом, будто всё это было ниже её достоинства.

Я слегка заделся, но покачал головой.

— Мы живём в мире суеверий, а не науки. Вот я и копаю в эту сторону.

— Правда? Как удобно можно подобрать объяснение.

Я забрал блокнот.

Психология.

В начале учебного года я уже говорил классному руководителю, что думаю поступать на психологию. Он спросил, какую специальность я выбираю, и я ляпнул первое, что пришло в голову.

Тогда он неожиданно серьёзно меня проконсультировал. Сказал, что на психологию стоит идти только тому, кто любит учиться, и что одной заинтересованности мало — специальность тяжёлая.

Я потом проверил. Он был прав.

Если заниматься этим по-настоящему, придётся открыть толстенные учебники и учиться несколько лет.

У меня не было ни времени, ни желания.

Поэтому я усердно изучал характер по группе крови и MBTI.

«Мир, с которым я имею дело, подчиняется суевериям сильнее, чем науке. Значит, и психологию буду изучать по-своему».

Иногда копнёшь — и кажется, что кое-что даже совпадает.

— Джун, ну и ерундой ты занимаешься.

— Ай.

Холодная прямота, с которой Хаюн говорила такие вещи без всякой злобы, всё-таки задела.

Перевод выполнен командой «Дом Некроманта»

Телеграм (новости, анонсы, эксклюзивы): https://t.me/domnekromanta

Читать раньше всех на бусти: https://boosty.to/domnekromanta