После этого до самого прибытия в аэропорт Абу-Даби ничего не происходило.

— Благодарим за проделанную работу. Дальше мы возьмем заботу о вас на себя.

Как только они прибыли в аэропорт, Джинхёна встретили официальные лица и медицинский персонал.

Один пожилой врач-европеец спросил:

— Никаких особых проблем не возникло?

— Нет, всё было в порядке.

Пациент тоже что-то сказал.

Это был арабский язык, так что Джинхён не понял ни слова, но, судя по тону, ничего плохого он не говорил.

Врач-европеец перевел:

— Он благодарит вас за внимательный уход. Говорит, что особенно впечатлен тщательностью лечения доктора Кима.

— Не стоит благодарности.

Джинхён почувствовал себя неловко.

Ведь кроме того, что он хорошо поел в бизнес-классе, он почти ничего и не сделал.

Врач-европеец улыбнулся:

— В знак благодарности он просит выплатить вам двойную сумму от изначально оговоренной. Мы переведем деньги на ваш корейский банковский счет.

— О… не стоит, правда.

Двойная сумма от 3 миллионов вон — это 6 миллионов.

Если прибавить 500 тысяч вон, которые должна была выплатить больница Тэиль, выходило 6,5 миллионов — слишком щедрая плата за безделье в бизнес-классе.

Но, как и подобает богачу из нефтяной страны, где деньги льются рекой, такие мелочи его не волновали.

— Не беспокойтесь, это вас ни к чему не обязывает. Мы пойдем, а вы отдыхайте перед вылетом. Ваш рейс домой через 5 часов.

И они дружно удалились.

К нему подошла Ёнхи.

— Ну вот, всё закончилось без происшествий. Какое счастье. Я немного переживала.

— Да, это к лучшему.

— И что теперь будем делать, Джинхён?

Глаза Ёнхи заблестели.

— Даже не знаю. Разве нам не стоит немного отдохнуть? Ведь через 5 часов снова лететь…

— Это верно. Я проголодалась… и было бы неплохо принять душ, но это вряд ли возможно, да?

Джинхён и сам не знал. В конце концов, он впервые в жизни выехал за границу на самолете.

Оглядевшись, он увидел, что аэропорт с белыми стенами полон арабов и европейцев.

По масштабам он ничуть не уступал Международному аэропорту Инчхон.

Ёнхи сходила в ближайший сэндвич-бар, чтобы перекусить, но вернулась, покачав головой.

— Странно, карта не проходит. Джинхён, у тебя случайно нет долларов?

— У меня тоже нет долларов.

Они приехали не как туристы, поэтому, кроме вон, никакой другой валюты у них не было.

— Что же делать…

В этот момент Хеми, которая до этого молча наблюдала за ними, подала голос:

— Есть место. Где можно поесть и помыться бесплатно.

— О, правда? Где это, Хеми?

— Идемте за мной.

Хеми привела их в платиновый лаунж.

Это был элитный зал, доступный только для VIP-клиентов, но стоило ей показать одну карту, как все вопросы отпали.

— Пожалуйста, пользуйтесь всем, чем пожелаете. Отдыхайте с комфортом, — любезно произнес менеджер в костюме.

В лаунже были представлены все виды еды, напитков, кофе, пива и вина, а внутри имелись душевые и кровати для отдыха.

— Вау, Джинхён, пойдем поедим. Я как раз проголодалась. Спасибо тебе, Хеми!

Слегка кивнув Хеми, Ёнхи потянула Джинхёна за руку.

Джинхён, следуя за ней, оглянулся на Хеми.

— Хеми, а ты?

Хеми слегка улыбнулась и покачала головой.

— Я пас. Не хочу. Пойду помоюсь и отдохну, а вы ешьте на здоровье.

Джинхён обеспокоенно спросил:

— Ты ведь даже в самолете ничего не ела. Ты точно в порядке?

— Да, просто аппетита нет. Не переживай, всё хорошо.

Хеми поспешила в душевую, пока Джинхён не успел её остановить.

Джинхён озадаченно нахмурился.

«Кажется, она не в духе. Может, из-за того, что я трогал её волосы?»

Он решил, что при первой же возможности должен будет извиниться.

Ш-ш-ш.

Хеми стояла под струями воды, тупо глядя в одну точку, и горько усмехнулась.

«На что я вообще надеялась?»

Она хотела его видеть. Очень хотела.

Ей было так больно видеть, как он сближается с Ли Ёнхи, что она специально вызвалась на эту командировку.

Но даже в командировке боль в груди не утихла.

Чем дальше она была, чем сильнее пыталась его оттолкнуть… тем сильнее болело сердце.

Хочу видеть его… так хочу… Сама напросилась на этот рейс, и вот до чего дошло.

— Какая же я дура.

Прилететь в Объединенные Арабские Эмираты только для того, чтобы наблюдать, как он ходит повсюду с Ли Ёнхи.

— Джинхён…

Вдруг она вспомнила, как он гладил её по голове.

От воспоминания о его прикосновении лицо слегка покраснело.

«Почему он это сделал? Просто из-за шрама на шее? Или, может быть…?»

В душе теплилась надежда, но она прекрасно знала правду.

Это лишь её глупые фантазии.

Закончив с душем, она вытерла волосы и вышла.

Как раз в этот момент Ли Ёнхи направлялась в душевую.

— О, Хеми, ты уже помылась?

— Да.

Не желая продолжать разговор, она прошла мимо.

Но Ли Ёнхи окликнула её:

— Послушайте, коллега.

— Да?

— Вам ведь нравится наш Джинхён?

— …!

Лицо Хеми окаменело.

Ли Ёнхи лучезарно улыбалась.

— О чем вы?

— Вопрос прямолинеен. Разве он вам не нравится?

— …

Хеми тяжело вздохнула.

— Да, это так. Он мне нравится. Очень сильно.

Отвечая, она почувствовала, как к горлу подкатил ком. Не понимала, что это за унижение — признаваться сопернице.

Ёнхи кивнула:

— Да, я так и думала.

— Почему?

— Слишком уж это заметно. Но что же делать?

Ёнхи стерла улыбку с лица и произнесла:

— Он мне тоже нравится. Очень сильно. Я не уступлю. Ни за что.

Ёнхи говорила твердым голосом:

— Не знаю, с каких пор вы его любите. Не знаю, насколько сильно. Но… я ни за что не отступлю. Никогда.

— …

Хеми посмотрела в глаза Ёнхи.

В этом изящном взгляде, который всегда мягко улыбался, читалась непреклонная решимость.

В тот момент, глядя в эти глаза, Хеми всё поняла.

А, эта женщина тоже любит Джинхёна. И очень сильно.

В то же время её захлестнули два чувства: невыносимая ревность и мучительное облегчение.

Если это она, то даже без меня она сделает Джинхёна счастливым.

— Хорошо. Я поняла.

Хеми ответила с горечью.

И… помедлив, открыла рот. Сердце разрывалось от боли, но она заставила себя продолжить:

— Я не собираюсь вставать у вас на пути. Наоборот, я хочу, чтобы у вас всё сложилось. Но у меня есть одна просьба. Пожалуйста, выполните её.

Глаза Ёнхи расширились от неожиданности:

— Какая просьба?

Хеми ответила спокойно:

— Пожалуйста, будьте к Джинхёну добры. Вот и вся моя просьба.

— …!

Взгляд Ёнхи дрогнул. Казалось, она не понимала слов Хеми.

Просить о таком соперницу?

Хеми болезненно улыбнулась:

— Не думайте, что это странно. Я говорю искренне.

Сказав это, Хеми почувствовала бесконечную печаль, но ничего не могла поделать.

Ведь Джинхён её не любит.

«Любовь не всегда означает взаимность. Ничего не попишешь».

Значит, всё в порядке.

Так она себя утешала.

После короткого отдыха они сразу же сели на обратный рейс.

Это была та же авиакомпания Etihad, но на этот раз эконом-класс.

«Могли бы потратиться и побольше».

Конечно, ожидать, что оба рейса будут оплачены как бизнес-класс, было бы жадностью.

Поскольку он не отличался крупным телосложением, места было достаточно, и особого дискомфорта он не чувствовал.

Однако, будучи в экономе, возникла одна действительно неловкая ситуация: он оказался зажат ровно посередине между Ли Хеми и Ли Ёнхи.

«Ну надо же, сидеть между двумя главными красавицами больницы Тэиль».

Любой другой мужчина был бы на седьмом небе от счастья, но Джинхёну было крайне неловко.

В тесном пространстве он чувствовал прикосновения обеих женщин.

Стоило отодвинуться в одну сторону — касался одной, в другую — другой. Настоящая дилемма.

— Джинхён, тебе ведь очень неудобно, да?

Ёнхи, не задумываясь о его неловкости, лишь сильнее прижалась к нему.

— … Всё в порядке.

Хеми же, напротив, после посадки не проронила ни слова.

Она надела наушники и погрузилась в просмотр фильмов, предлагаемых авиакомпанией, в которых не было ни капли интереса.

«Почему она так не в духе?»

Сначала он думал, что она просто устала, но, похоже, дело было не в этом. Хеми продолжала пребывать в плохом настроении.

«Неужели из-за того, что я трогал её волосы? Зачем я только совершил такую глупость?»

Джинхён корил себя.

Он хотел извиниться, но рядом была Ёнхи, и начать разговор было сложно.

Разве не было бы неловко и бестактно при всех сказать: «Прости, что гладил тебя по голове»?

«Подожду подходящего момента, чтобы извиниться».

Так и продолжался этот неловкий полет.

Джинхён задремал.

Ему приснился кошмар, будто он выбрал хирургию, и, проснувшись, он понял, что прошло немало времени.

«Который час? Сколько ещё лететь?»

Посмотрев на часы, он увидел, что до Инчхона осталось около 2 часов 30 минут.

«Прошло довольно много времени, а лететь ещё долго».

Рейс задерживался на 30 минут.

Самолет периодически потряхивало — видимо, попали в зону турбулентности.

— По прилете в Корею нужно сразу ехать в Ульсан… как же я устал.

В этот момент Ёнхи рядом произнесла:

— Джинхён, я ненадолго отойду.

— А, хорошо.

То ли ей стало неудобно сидеть, то ли она собралась в туалет, но Ёнхи, сидевшая у окна, осторожно выбралась из их ряда.

Как только она ушла, Джинхён поспешно повернулся к Хеми.

Хеми всё ещё была поглощена фильмом.

Хотя фильм выглядел скучным, у неё даже глаза на мокром месте были.

— Ли Хеми.

— …

— Хеми?

После повторного зова Хеми повернулась. Вытерев глаза пальцами, она спросила:

— Что такое?

— Почему ты такая грустная? Это из-за меня?

От этого вопроса у Хеми перехватило дыхание.

Спрашивает, не из-за него ли она грустит? Как можно быть настолько нечутким?

— Нет, не из-за этого. Не бери в голову.

Но Джинхёну, из-за чувства вины, этот ответ послышался как «Да, из-за тебя!».

— Прости меня.

— За что?

— За то, что гладил по голове. Наверное, это было неприятно, мне правда жаль.

Лицо Хеми вспыхнуло, словно от взрыва.

Она снова вспомнила прикосновение его руки.

Она поспешно отвела взгляд и спросила:

— А зачем ты это сделал?

Сердце при этом вопросе забилось так, будто готово было выпрыгнуть.

Конечно, она знала, что это действие не имело особого смысла.

Но задав этот вопрос, она снова, как дура, начала надеяться.

Джинхён, услышав вопрос, лишился дара речи.

Зачем?

«Почему я это сделал?»

Он и сам не знал.

Потому что её лицо в полумраке показалось красивым? Потому что стало жаль, что она лежит одна?

— Зачем ты это сделал? Отвечай.

— Это…

Джинхён замялся.

Хеми ждала ответа, надеясь, что звук её бешено колотящегося сердца не выдаст её.

И тут!

— Пи-и-и! Внимание, чрезвычайная ситуация! Есть ли на борту врач?

— Что это?

Джинхён и Хеми в испуге посмотрели друг на друга.

Объявление продолжалось:

— Чрезвычайная ситуация. Произошел инцидент с пассажиром, если на борту есть врач, просим пройти в бизнес-класс.

Хеми спросила:

— Что будем делать?

— Нужно идти.

— Что могло случиться?

— Даже не знаю… обычно это что-то незначительное… в любом случае, пойдем.

Джинхён и Хеми поднялись.

Ёнхи, напуганная объявлением, тоже поспешно вернулась на своё место.

— Я тоже с вами, Джинхён.

Джинхён кивнул.

При оказании помощи пациенту обязанности врача и медсестры различались.

Поскольку врач не может выполнять специфические задачи медсестры, её присутствие будет полезным.

«Хоть бы это было что-то пустяковое…»

Если ситуация не была совсем простой, то в небе врач мало что мог сделать для пациента, которому стало плохо.