В апреле 2102 года на Кунашире завершилось строительство крупного завода со «Звёздным реактором».
Чтобы присутствовать на церемонии его открытия, Тацуя, только что вернувшийся из свадебного путешествия, прилетел на Кунашир вместе с Миюки.
Завод принадлежал корпорации Звёздный Генератор, генеральным директором которой был Тацуя.
В этом смысле он был главным действующим лицом церемонии.
Точнее говоря, хотя завершение строительства с самого начала намечалось на этот период, дату самой церемонии окончательно определили лишь после возвращения Тацуи из свадебного круиза.
Тацуя поставил свадебное путешествие на первое место.
Вернее, для него важнее всего было позволить Миюки насладиться их плаванием столько, сколько ей захочется.
Директора и акционеры компании одобрили это решение.
Завод на Миякидзиме был достроен в сентябре прошлого, 2101 года и в том же месяце начал работу.
В связи с этим производственное оборудование с Миякидзимы перевезли на Кунашир, готовясь к переносу производства.
Тем временем функции головного офиса Звёздного Генератора передали на Миякидзиму.
После начала полноценной работы кунаширского завода завод на Миякидзиме планировали превратить в центр совершенствования существующей технологии Звёздного реактора и разработки новых технологий.
Миякидзима — земля клана Йоцуба.
Миякидзима — место экспериментального завода, использующего новейшие технологии.
Кунашир — остров, где будет работать крупный завод, составляющий основу бизнеса Звёздного реактора.
Королевство семьи Йоцуба неуклонно расширяло свои владения.
Церемония открытия кунаширского завода прошла без показного блеска, но с размахом.
На ней не было легкомысленных представлений, которыми нередко сопровождаются торжественные мероприятия.
Вместо этого собравшимся громко и ясно заявили, что бизнес Звёздного реактора уверенно растёт и в будущем продолжит развиваться.
Разумеется, присутствовал и Китаяма Усио — крупный акционер и партнёр по проекту.
— Ах да, директор Шиба, поздравляю вас с женитьбой.
Произнеся воодушевлённую поздравительную речь по случаю завершения строительства, Усио заговорил о свадьбе Тацуи и Миюки.
После усыновления Майей Тацуя уже официально сменил имя на Йоцуба Тацуя.
Однако в деловой сфере он продолжал пользоваться именем Шиба Тацуя.
— Спасибо. Простите, что мы не смогли вас пригласить.
— Об этом не беспокойтесь. Я знаю обстоятельства. Все понимают, что у вас довольно необычное положение.
— Благодарю за понимание.
— И кроме того…
Усио замолчал.
Это не была рассчитанная пауза ради эффекта.
Он просто сомневался, как продолжить.
— … Если уж совсем откровенно, отчасти я даже был благодарен за то, что меня не пригласили.
Тацуя молча посмотрел на него.
— А, нет, не поймите неправильно. Я прекрасно знаю, что вы ни в чём не виноваты, директор Шиба.
Усио поспешил объясниться.
— Но если бы нас пригласили на вашу свадьбу, Шизуку едва ли могла бы отказаться, верно?
Тацуя сразу понял.
— А Шизуку не могла бы просто не считаться с чувствами Хоноки-кун.
— Понимаю. Я не обижен.
— Не стоит слишком об этом задумываться. Никто не сделал ничего плохого. Такие вещи улаживает время… Только время и может их уладить.
— Понятно…
— Какой бы необыкновенной ни была ваша сила, вы не всемогущи. Возможности нас, людей, ограниченны. И вы не исключение.
— Думаю, я это понимаю.
Да.
Тацуя понимал.
Усио назвал его силу необыкновенной.
Тацуя и сам прекрасно сознавал: если мерить силой одного человека, его способности далеко выходят за пределы нормы.
Но разрушительная мощь, превосходящая стратегическое ядерное оружие…
И сила восстановления, способная на ограниченный срок сделать человека фактически бессмертным…
Всё это оставалось лишь необыкновенными способностями.
Было бесчисленное множество вещей, которых он не мог сделать.
Бесчисленное множество вещей за пределами его досягаемости.
До силы существа, по-настоящему превзошедшего человеческие пределы, ему было очень далеко.
И, пожалуй, самым недосягаемым для него было человеческое сердце.
— Наша жизнь не настолько длинна, чтобы всё время мучиться из-за того, чего мы не можем. Если что-то способно исцелить лишь время, значит, стоит доверить это времени.
Возможно, где-то в мире существовали исключительные люди, способные изменить чужое сердце одной улыбкой, одной слезой или одной фразой.
Тацуя так не умел.
Даже когда рядом с ним кто-то плакал, он мог предложить лишь поверхностные слова утешения.
Если человек был ранен и не мог двигаться, Тацуя мог восстановить его тело, чтобы тот снова обрёл физическую способность встать.
Но вложить в него волю сделать следующий шаг он не мог.
Ему оставалось только ждать, пока у человека самого не появится желание идти вперёд.
В конечном счёте у него не было выбора, кроме как доверить это времени.
Это не означало, что Тацуя считал Шизуку или Хоноку неспособными двигаться дальше по собственной воле.
Сравнение лишь поясняло его мысль.
Но суть оставалась прежней:
Сейчас он ничего не мог сделать.
Ему оставалось только надеяться, что время разрешит то, что ещё стояло между ними.
Слова Усио вновь напомнили ему об этом.
— … Я прислушаюсь к вашему совету.
Слова Китаямы Усио обладали убедительностью старшего человека с гораздо большим жизненным опытом.
Тацуя не испытывал свойственного молодым людям рефлекторного раздражения.
Он просто принял совет и серьёзно над ним задумался.
Разговор получился слишком серьёзным и лишённым юмора, чтобы назвать его лёгким отступлением, но в остальном церемония открытия завершилась в праздничной атмосфере.
Со следующего дня деятельность на Кунашире должна была развернуться в полную силу.
И речь шла не только о заводе со «Звёздным реактором».
Предстояло также приступить к воплощению плана превращения острова в безопасное место для магиан.
Вся территория Кунашира находилась в государственной собственности.
Потомки прежних жителей и землевладельцев острова всё ещё существовали, но после того, как Япония отбила Северные острова в ходе Третьей мировой войны, правительство выкупило права на землю у всех правообладателей.
Теперь правительство передавало эти права семье Йоцуба по пятидесятилетнему договору аренды.
Фактическим арендатором была корпорация Йоцуха Эстейт, созданная специально для управления Кунаширом от имени семьи Йоцуба.
Несмотря на корпоративную форму, по сути это была семейная компания.
Шестьдесят процентов акций принадлежали Майе.
Остальные сорок — Тацуе.
Майя стала первым президентом компании и лично заключила договор аренды Кунашира.
Однако через месяц после начала работы крупного завода со «Звёздным реактором» в Йоцуха Эстейт сменился президент.
Новую главу компании звали Тодо Рина.
Любой, кто действительно разбирался в политическом мире, узнал бы в ней приёмную дочь Тодо Аобы, одного из Четырёх великих старейшин Сената — скрытой силы, стоявшей за японской политикой.
Такой человек, вероятно, заключил бы и то, что отношения между Тодо и семьёй Йоцуба стали ещё крепче.
В этом была доля правды.
Возможность опереться на авторитет Тодо Аобы была одним из преимуществ.
Но влияние на внутреннюю политику не было главной причиной назначения Тодо Рины — Лины — президентом Йоцуха Эстейт.
Важнее были её международное влияние и боевая мощь.
Помощницей Лины назначили женщину чуть старше тридцати лет по имени Аоки Сатоми.
Сатоми приходилась племянницей дворецкому Аоки, ведавшему открытой частью финансов семьи Йоцуба.
Сама она в организации Йоцуба была одной из сотрудниц, занимавшихся семейными финансами за кулисами.
Хотя в Йоцуха Эстейт её должность называлась секретарём президента, на практике именно ей предстояло управлять компанией.
Ещё до того, как Тацую признали внутри семьи Йоцуба, Сатоми уважала и его происхождение, и его достижения, несмотря на его юный возраст.
Поэтому ей не нравилось снисходительное отношение, которое её дядя, дворецкий Аоки, проявлял тогда к Тацуе: она считала его дерзостью.
Среди членов организации Йоцуба её вполне можно было назвать одной из особенно убеждённых сторонниц Тацуи.
Это было ещё одной причиной, по которой ей доверили практическое управление Кунаширом.
— Повседневное руководство можешь оставить Сатоми-сан. Если захочешь вернуться на Миякидзиму, воспользуйся Виртуальным спутниковым лифтом. Не нужно тревожиться.
— Не думаю, что люди тревожатся потому, что им это нужно.
Этот разговор между Тацуей и Линой состоялся незадолго до того, как она вступила в новую должность на Кунашире.
На крыше головного офиса Йоцуха Эстейт установили магический круг Виртуального спутникового лифта, замаскировав его под вертолётную площадку.
Поскольку он предназначался лишь для перемещения небольшого числа людей, ему не требовалось быть таким большим, как на Миякидзиме.
— Компания Магиан тоже переезжает на Кунашир. Минору и Минами также построят здесь дом. Можешь не переживать, что тебе будет одиноко.
— Мне не будет одиноко, и я не переживаю!
Лина напустила на себя храбрый вид.
Но и Тацуя, и Миюки видели, что на самом деле она почувствовала облегчение.
Как и упомянул в том разговоре Тацуя, через месяц после начала полноценной работы завода со «Звёздным реактором» — примерно в то же время, когда Лина стала президентом Йоцуха Эстейт, — на Кунашир переехали и Компания Магиан, и японское представительство Общества Магиан.
Тацуя начал жить, курсируя между Миякидзимой и Кунаширом на личном гиперзвуковом самолёте.
Минору и Минами тоже построили на Кунашире новый дом и стали делить свою жизнь между землёй и космосом.
Точнее говоря, между Кунаширом, Миякидзимой и космосом.
Теперь, когда у них появился дом на Кунашире, прятаться на орбите больше не требовалось.
И всё же Такачихо был слишком полезен семье Йоцуба, чтобы просто от него отказаться.
Создав эту основу, Тацуя в качестве заместителя представителя Общества Магиан объявил об учреждении Сообщества магиан.
Объявление предусматривало, что люди с предрасположенностью к магии, отвечающие японским иммиграционным требованиям, смогут поселиться на Кунашире.
В западной части Кунашира, отведённой под территорию Сообщества магиан, ограничения на применение магии были существенно смягчены.
На практике это была область, где магиане и магисты могли свободно пользоваться магией.
Место, где они могли жить, не скрывая её.
На самом деле у идеи Сообщества магиан уже был прецедент.
Кунашир стал вторым случаем.
Первой была Шри-Ланка, где располагалась штаб-квартира Общества Магиан.
Однако большого числа переселенцев Шри-Ланка не привлекла.
Шри-Ланка была независимым государством, но до создания Общества Магиан входила в Индо-Персийский Союз.
Восстановленная независимость Шри-Ланки фактически была подарком ИПС в поддержку учреждения Общества Магиан.
Или, если посмотреть иначе, вкладом в натуральной форме.
ИПС надеялся, что, если когда-нибудь возникнет такая необходимость, собравшихся на Шри-Ланке магиан удастся включить в состав собственных военных сил.
ИПС никогда открыто не раскрывал этот скрытый мотив.
Но людям не требовалось долго размышлять, чтобы его заподозрить.
Распространилось мнение, что поселившихся на Шри-Ланке магиан однажды могут использовать как живой щит.
Это недоверие было одной из причин, по которым там собралось так мало людей.
Условия на Кунашире могли вызвать сходные подозрения.
Более того, его геополитические риски были выше, чем у Шри-Ланки.
Но ответственность за защиту Кунашира взял на себя лично Тацуя.
Гарантией этого обязательства служило наличие завода со «Звёздным реактором».
Пока существовал завод, семья Йоцуба, которую никто не осмеливался провоцировать без веской причины…
И Тацуя, сильнейший магист в мире…
Никогда не оставят Кунашир.
Эта практическая гарантия давала магианам чувство безопасности.
Заявки от магиан, желавших переселиться на Кунашир, начали поступать одна за другой.
Первыми иностранными магианами, поселившимися там, стали члены FEHR — Борцов за Эволюцию Человеческой Расы.
В конце мая FEHR, прежде базировавшаяся в Ванкувере, в СШСА, переехала на Кунашир всей организацией.
Приехали все её члены.
В том числе их лидер, Святая Лена Фер.
Разумеется, среди них был и Тооками Рёске, когда-то работавший в Компании Магиан.
— Надеюсь снова на вашу поддержку.
Вскоре после прибытия вместе с остальными членами FEHR Рёске посетил кунаширский офис Компании Магиан, чтобы поздороваться.
С Компанией Магиан он расстался на хороших условиях.
И всё же, поскольку он уволился, не проработав и полугода, при новой встрече ему было немного неловко.
— Добро пожаловать, Тооками-сан.
Однако Тацую это нисколько не беспокоило.
Он довольно рано понял, кому на самом деле предан Рёске.
Он также знал, что Рёске проник в Компанию Магиан ради этого человека…
Лены Фер…
И что целью его внедрения было расследование деятельности Компании Магиан.
Зная всё это, Тацуя тем не менее использовал Рёске как боевую силу.
Поэтому, даже когда Рёске внезапно уволился, Тацуя не держал на него зла.
И его прибытие на Кунашир почти не вызывало у Тацуи опасений.
Однако переезд Лены заставил его задуматься и о преимуществах, и о недостатках.
Лена была ценным магистом.
В особенности её необычная способность успокаивать и упорядочивать сознание других людей могла оказаться чрезвычайно полезной для исцеления психологических травм, достаточно тяжёлых, чтобы нарушить магические способности.
Но эта целительная способность столь же легко могла превратиться в личное влияние и преданность самой Лене.
— … Нет. Это неправильно.
Тацуя невольно произнёс это вслух.
А затем мысленно одёрнул себя.
Не стоит смотреть на это с неверной стороны.
Сообщество магиан не было проектом по созданию империи Йоцуба.
Не имело значения, если Лена получит широкую поддержку.
Тацуя хотел общества, где людей с предрасположенностью к магии не превращают в инструменты лишь потому, что они способны ею пользоваться.
Он никогда не собирался становиться правителем всех магиан.
С тех пор как было решено, что Миюки станет следующей главой семьи Йоцуба, он порой ловил себя на том, что мыслит как человек, облечённый властью.
Говорили, что положение формирует человека.
Но в то же время положение способно и связывать его.
По-видимому, сам Тацуя незаметно для себя попал в эту ловушку.
Прежде всего, учитывая саму идею Сообщества магиан, он едва ли мог отказать Лене в просьбе поселиться здесь.
Если внутри сообщества Лена станет объектом восхищения или даже преклонения, ему просто придётся позволить событиям идти своим чередом.
Придя к такому выводу, Тацуя положил конец сомнениям.
Новыми жителями Кунашира становились не только иностранные магиане.
Ещё до них на остров начали переезжать японские магиане, которые нигде не чувствовали себя своими или которым просто было тяжело в прежнем окружении.
Для японских магиан условием поселения была верность семье Йоцуба.
И всё же мало кто отвергал это требование настолько решительно, чтобы отказаться от переезда.
И не все новые жители были магианами.
Некоторые даже не были людьми.
Паразиты, спустившиеся с марсианского исследовательского корабля СШСА «Верона», но решившие не возвращаться к человеческому облику, переехали с Миякидзимы на Кунашир.
— Тацуя… ты точно не против позволить нам жить свободно?
Стоя перед новым жилым зданием, которое им предоставили, Рэймонд всё ещё выглядел так, словно едва мог в это поверить.
— Пока вы соблюдаете правила, я не буду вмешиваться. Рэймонд, я хочу, чтобы ты добросовестно выполнял обязанности представителя группы.
Отношение Тацуи к Паразитам в основе своей не отличалось от отношения к магианам.
— Я? Не Минору?
Рэймонд склонил голову набок.
— Минору будет отвечать за меры против нарушителей правил. В том числе за исполнение наказаний.
Тацуя ответил, ничуть не изменившись в лице.
— … Понял. Я прослежу, чтобы все знали.
Сознание Рэймонда было связано с сознаниями остальных Паразитов.
Они были почти единым сознанием, пользовавшимся множеством лиц.
Строго говоря, представитель им был не нужен.
Как не было и необходимости, чтобы Рэймонд «проследил», поняли ли остальные.
Однако, если оставить это в стороне, Рэймонд и остальные несомненно боялись наказания, которое мог назначить Минору.
Достаточно было взглянуть на лицо и поведение Рэймонда, чтобы это увидеть.
Пока Минору за ними наблюдал, Паразиты едва ли стали бы причинять вред людям.
— И ещё одно. В случае чрезвычайной ситуации я буду на вас рассчитывать.
— Конечно. Мы у тебя в долгу. И отплатим за помощь.
За этим обменом словами стояла тайная договорённость.
Если когда-нибудь вспыхнет конфликт с СШСА или Новым Советским Союзом, Паразиты примут участие в защите Кунашира.
Не только добрая воля побудила Тацую протянуть им руку помощи.
Скорее, иные мотивы играли даже большую роль.
Со времени объявления об учреждении Сообщества магиан прошло около двух месяцев.
В начале июля, когда Тацуя работал на Миякидзиме, ему позвонила Лина с Кунашира.
— Лена Фер хочет со мной посоветоваться?
— Ага. Говорит, есть кое-что, что она хочет обсудить непосредственно с тобой как с заместителем представителя Общества Магиан.
Поводом для звонка Лины стала просьба Лены о встрече с Тацуей.
У Тацуи были и обязанности генерального директора корпорации Звёздный Генератор: он занимался развитием бизнеса Звёздного реактора.
В последнее время даже во время поездок на Кунашир эта работа была для него первоочередной.
Он не мог отрицать, что в результате дела Сообщества магиан оказались без должного внимания.
— Понял. В следующее воскресенье выделю время на встречу с ней в Компании Магиан. Если кто-то ещё, кроме Лены, хочет со мной поговорить, пусть Сатоми-сан согласует расписание.
— Хорошо.
Аоки Сатоми была секретарём президента Йоцуха Эстейт, то есть Лины, но её обязанности не ограничивались делами компании.
Она занималась практически всей текущей административной координацией, связанной с Кунаширом.
Как и обещал, в следующее воскресенье Тацуя принял Лену в гостиной Компании Магиан.
После обычного обмена приветствиями он сразу спросил, что она хотела обсудить.
Лена глубоко вдохнула, словно собираясь с духом.
— Мы собираемся распустить FEHR. Я хотела бы, чтобы вы позволили нам вступить в Общество Магиан.
— Зачем распускать?
Предложение было неожиданным и совершенно новым для Тацуи.
Тем не менее внешне он не выказал удивления.
— FEHR была создана для защиты волшебников от преследований. Но эта её роль завершилась, когда вы, мистер, объявили об учреждении Сообщества магиан.
Она продолжила:
— Если FEHR продолжит существовать здесь, я считаю, со временем она станет одной из причин раскола сообщества.
— Возможно.
Тацуя не отверг пессимистичный прогноз Лены.
Но и прямо с ним не согласился.
На самом деле, однако, у него были те же опасения.
— Я не хочу становиться здесь лидером. И не хочу, чтобы FEHR стала искрой, из которой разгорится раскол сообщества.
— Понимаю. Если просто распустить организацию, вы всё равно останетесь замкнутой группой. Поэтому вы хотите вступить в Общество Магиан.
— Я не прошу принять всех бывших членов FEHR.
Лена поправила его.
— Я хотела бы, чтобы в Общество Магиан вступили только несколько человек, в том числе я.
Общество Магиан было организацией, занимавшейся защитой прав людей с предрасположенностью к магии.
Учитывая эту цель, его членом мог стать любой магиан.
Но принадлежность к группе, участвующей в управлении организацией, была другим делом.
Это было членство в том, что можно назвать внутренним кругом Общества Магиан.
Именно о таком статусе просила Лена.
— Хорошо.
Тацуя ответил настолько легко, что Лена на мгновение потеряла дар речи.
— Б-большое спасибо…
— В пределах моих полномочий вы, мисс Фер, будете принадлежать к японскому отделению Общества Магиан. Вас это устраивает?
Штаб-квартира Общества Магиан находилась на Шри-Ланке.
Обычно для приёма во внутренний круг требовалось одобрение представителя и остальных членов внутреннего круга в штаб-квартире.
Но Тацуе как заместителю представителя были доверены все полномочия по управлению японским отделением.
Точнее говоря, в нынешнем состоянии Тацуя, по сути, и был японским отделением Общества Магиан.
Одного его решения хватало, чтобы признать кого-либо членом внутреннего круга этого отделения.
— Более чем устраивает.
Разумеется, у Лены не было возражений.
На следующий день Тацуя провёл телефонное совещание с Ашей Чандрасехар, представителем Общества Магиан.
Без формального собрания в штаб-квартире было одобрено вступление в Общество трёх человек:
Лены Фер,
заместителя лидера FEHR Луи Лу
и советницы Лены Шарлотты Ганьон.
Тооками Рёске среди принятых не было.