Сота находился в гостевой комнате, которую для наемников распорядилась подготовить Люмилия через Жасмин. Авантюристов разместили в одном из жилых трехэтажных флигелей, примыкавших к главному особняку.

Брианна распределила посты: первыми дежурить у спальни госпожи Асварес отправились Тидор и Джон. Смены менялись каждые три часа, чтобы бойцы успевали полноценно отдыхать и переводить дух.

Разглядывая через стекло погружающийся во тьму парк поместья, Сота услышал негромкий, уверенный стук в дверь:

— Кто там?

— Это я, Тидор. Сота, твое время пришло, — глухо донеслось из коридора.

Гоблин сразу все понял: дежурство латника подошло к концу, и теперь наступала его очередь заступать в ночной караул. Предстояло нести бдение у дверей Люмилии, пресекая любые попытки проникновения.

— Сейчас выйду, дай минуту, — отозвался он, поднимаясь с кровати.

Оправив кожаную броню, Сота привычным движением закрепил ножны Саи на поясной портупее и толкнул створку.

Тидор переминался с ноги на ногу в освещенном магическими бра коридоре. Прямо у порога калачиком свернулась Юко: из-за исполинских габаритов протиснуться в тесную жилую комнату медведица попросту не смогла, оставшись ночевать на жестком ковре. Гоблину стало искренне жаль питомицу, вынужденную коротать ночь в тесном проходе.

— Ну, как обстановка? — поинтересовался Сота, ласково потрепав зверя по огненному загривку и помогая подняться.

— Тихо. Но от этой тишины как-то не по себе, — неуверенно покачал головой здоровяк. — Слишком уж все гладко, будто перед грозой.

Сота бегло окинул взглядом галерею:

— Да уж, черт знает, чего ждать от местных господ. Впрочем, не забивай голову: наше дело маленькое — просто выполняем контракт.

— И то верно: кто полезет на рожон — тому и свернем шею, — осклабился латник.

— Я на пост.

— Давай, гляди в оба.

Сота зашагал по крытой галерее в сторону покоев старосты; Юко мерной бесшумной тенью ступала следом.

По пути ему то и дело попадались патрули клановой стражи: рослые рыцари в полированных латах с гербами Асваресов методично прочесывали переходы.

«Охрана поставлена на высшем уровне, выучка у бойцов солидная... Чего они тогда так трясутся?» — размышлял гоблин, сканируя ауры стражников.

По энергетическому фону эти рыцари на голову превосходили регуляров, с которыми он схлестнулся в Заброшенном Лесу. Даже для него самого вырезать такой усиленный гарнизон в одиночку стало бы весьма нетривиальной задачкой.

Неужели переполох вызван теми наемниками из таверны? Допустим, лорд Асварес прознал о следе Мелосы — но даже это знание не объясняло глухой паранойи, витавшей под сводами дворца.

Вопросов накапливалось куда больше, чем ответов. И вдруг в голове щелкнуло:

«Дворяне... Брианна ведь обмолвилась, что на этой неделе поместье захлестнет наплыв знатных визитеров».

Сота задумчиво потер подбородок: если в дело замешана местная аристократия с ее подковерной грызней, то клубок интриг становился по-настоящему взрывоопасным.

Впрочем, чем сильнее он пытался распутать эти дебри, тем больше путался сам. Сота тряхнул головой, безжалостно выметая лишние мысли: если эти чванливые вельможи посмеют встать между ним и наградой за системный квест — он просто переломает им хребты.

Губы гоблина тронула хищная, предвкушающая усмешка:

— Большая политика? Раздавлю голой силой.

Миновав поворот, они остановились перед массивной дубовой дверью покоев Люмилии. Приподняв руку, Сота аккуратно постучал костяшками:

— Староста, моя смена. Просто даю знать, что я на часах.

Отойдя на пару шагов, он прислонился спиной к каменной кладке.

Группа «Шквал» без лишних слов воспринимала Юко как полноправного боевого бойца, поэтому на трехчасовой караул заступил полноценный дуэт двух чудовищ.

Дежурство пролетело на редкость монотонно: за три часа мимо дверей не проскользнула даже мышь — лишь редкие патрули фамильной стражи мерно чеканили шаг в конце коридора.

На исходе смены их сменили Джейн и Брианна. Убедившись, что пост сдан, Сота вместе с зевающей питомицей вернулся в свою комнату и завалился спать.

На рассвете он поднялся с первыми лучами солнца. Освежившись ледяной водой из кувшина, Сота вышел во внутренний двор флигеля, где уже собирался костяк «Шквала».

— Ночью эксцессов не было? — с ходу поинтересовался он у Брианны.

— Все спокойно, ни малейшего шороха, — отозвалась командир.

— Добро. Я отлучусь в город: нужно прощупать обстановку и докупить кое-каких припасов.

— Иди, мы подержим периметр госпожи Асварес, пока ты отсутствуешь.

Предупредив Люмилию о короткой отлучке и получив ее безоговорочное согласие, Сота кликнул Юко и направился к выездным воротам поместья.

А в это самое время в просторном кабинете главного дворца за массивным окном застыл высокий широкоплечий мужчина с длинными лазурными волосами, спадающими на бархатный камзол.

Холодные синие глаза хозяина резиденции неотрывно буравили крыло, где располагались покои его дочери.

Это был Урсус фон Асварес — граф Грипина, глава могущественного рода и родной отец Люмилии.

— Как мои дети? — глухим, властным басом нарушил он тишину пустого кабинета.

Из сгустившихся в углу теней бесшумно соткался негромкий голос:

— Все в порядке, милорд. Делегации домов Видрато, Бёрнфит и Фрайдим прибудут в поместье с минуты на минуту.

— Подумать только... Я и помыслить не мог, что соплячка Люмилия умудрится навлечь на нас ярость вельмож Королевства Мелоса, — граф помрачнел, сводя густые брови: — Минуло двадцать долгих лет с тех пор, как мы вышвырнули армию Мелосы за пределы наших границ... Какое потрясающее чувство момента, Люмилия. Из всех возможных времен выбрать именно это!

— Каковы будут ваши распоряжения, ваша светлость? — подобострастно уточнила тень.

— Сейчас наши руки связаны. Местная знать сжимает кольцо, пытаясь вырвать у нас кусок того самого сокровища. Эти стервятники требуют продать им артефакт в обмен на союз и военное заступничество перед домом Мелосы, — Урсус страдальчески потер виски: узел проблем затягивался на горле семьи. — Удвоить посты вокруг сокровищницы. Защищать хранилище любой ценой. И приставить соглядатаев к моим отпрыскам: я должен ежеминутно знать, чем дышат эти непутевые дети.

— Слушаюсь, милорд! — теневой оперативник растаял в полумраке, не оставив и следа.

Граф тяжело вздохнул, с отвращением бросив в пустоту:

— Что за бездарные выродки мне достались... От них этой семье одни лишь убытки и позор.

Спустя четверть часа Сота и Юко вышли на центральную торговую площадь Грипина. Местный коммерческий сектор заметно превосходил рынок Ладроса по размаху и роскоши витрин.

Гоблин внимательно сканировал толпу: никаких признаков слежки или наемных ищеек обнаружить не удалось — воздух был чист.

«Эх, староста, староста... Ну почему за такой геморройный контракт Система отсыпает всего 3 жалких очка навыков?»

Мысленно вздохнув, он признал: разгребать дворянские помои ему даром не сдалось. Но Люмилия была его боевым товарищем, а значит, в критический момент он выбьет дурь из ее обидчиков без лишних сантиментов.

Прохожие то и дело испуганно шарахались от них в стороны: вид матерого авантюриста в сопровождении циклопического Медведя с Алым Мехом вызывал у чинной публики культурный шок — укротители монстров такого калибра редко разгуливали по мирным мостовым.

— Не обращай внимания, Юко, — негромко бросил Сота, высматривая вывески. Вскоре взгляд зацепился за знакомый силуэт кофейной чашки над массивной дубовой дверью: — О, а вот это удача! Пошли, девочка.

— Му-у... — хищница послушно засеменила следом.

Заглянув внутрь, Сота заказал двойную порцию крепкого напитка, а медведицу оставил караулить у входа: проем был слишком узким, и зверь попросту застрял бы в косяке.

— Будь я королем этой державы — первым же указом запретил бы архитекторам лепить эти дурацкие собачьи лазы! Даже медведю за кофе зайти негде, — вполголоса проворчал он себе под нос.

Стань он монархом — непременно издал бы свод законов о минимальной ширине парадных дверей, чтобы Юко не приходилось торчать на улице под дождями.

В голове мелькнула мысль: если питомица пройдет вторую ступень расовой эволюции, она станет компактнее или раздастся вширь еще сильнее? Если ужмется — прекрасно, но если вырастет в циклопическую тушу с дом величиной — перемещения по городам станут сущим адом.

Потирая подбородок, Сота прикинул:

«Пожалуй, пора вплотную заняться созданием персонального круга призыва. Как закрою этот контракт — вытрясу из библиотек и тайных архивов формулу печати контракта призывателя. Раз уж Система позволяет мне осваивать любые навыки без классовых штрафов — фокус должен сработать!»

Обрети он персональное пространственное измерение для призыва — Юко можно будет материализовать по щелчку пальцев в любую секунду, избавив зверя от уличных мытарств.

«Решено! Займусь этим сразу после поездки, Юко заслужила комфорт», — усмехнулся гоблин.

Сидевшие за соседними столиками посетители косились на него с неприкрытым опасением: бормочущий себе под нос зеленокожий парень в боевых доспехах выглядел как буйнопомешанный.

— Эм... господин?..

Сота вынырнул из размышлений: перед столиком замерла молоденькая официантка, бережно сжимая поднос.

— Ваш кофе, сэр, — девушка натянула профессиональную дежурную улыбку, опуская фарфоровую чашку на блюдце.

— Благодарю, — Сота пригубил горячий напиток: — Хм... недурно, но до фирменного помола из буфета Института Ладроса явно не дотягивает.

И в этот самый миг улицу за витриной разорвал оглушительный, яростный звериный рев!

Р-Р-Р-А-А-А-АРГХ!!

Сота пулей подскочил на ноги: это был голос Юко! Его боевая подруга никогда не подавала голоса без смертельной угрозы!

— Юко?! Какая мразь посмела тронуть мою медведицу?! — лицо гоблина мгновенно перекосило от бешеной, первобытной ярости.

В приступе слепого бешенства его пальцы машинально сжались — и толстостенная фарфоровая чашка с треском разлетелась в пыль, ошпарив ладонь кипящим кофе!