Вжих!

Если небо принадлежало барсовым орлам, а земля — слизням, то в лесных зарослях безраздельно правили мантисы.

Рю Сын У, только что разрубивший гигантского монстра-богомола, чьи передние лапы-косы с легкостью пластали человеческую плоть, вдруг замер на месте с окаменевшим лицом.

— ...Что это?

Ощутив неладное, он резко вскинул взгляд к небесам.

Ночное небо над Дорогой в Небо, успевшее погрузиться в предутреннюю тишину, вновь наполнилось тревожным гулом.

Подоспевший Юн Джин Су с бледным видом выдохнул:

— Ветер ведет себя странно. Барсовые орлы пришли в движение.

— В такой-то час?

— Опять?!

Слова Юн Джин Су заставили бойцов, добивавших мантисов, испуганно вздрогнуть.

Как бы мал ни был этот десятилетний маг ветра, никто не посмел бы усомниться в его словах: юный боец улавливал свист орлиных крыльев тоньше и дальше любого ветерана.

Лицо Джин Су становилось все мрачнее:

— Ч-что нам делать? Их слишком много!

— Сколько именно?

— По меньшей мере... двадцать. Нет, больше тридцати!

— Что?!

Рю Сын У с застывшим лицом вглядывался в черное небо.

Весь их прошлый опыт кричал о том, что барсовые орлы никогда не сбиваются в стаи.

Максимум, сколько их нападало одновременно — голов пять, и даже если птицы слетались на шум битвы, их число редко переваливало за десяток.

— Это не одна стая! Взмахи крыльев доносятся отовсюду!

— Тридцать барсовых орлов разом?! Господи помилуй, да мы сегодня все тут поляжем!

Гу Хо Ёль в панике уставился на Рю Сын У:

— Я смогу взять на себя троих одновременно, не больше. Дальше даже мне не выжить. Сын У, ты как?

— Для меня... предел — пять штук.

— Выходит, всего восемь. Ладно, я попробую связать боем пятерых. Буду непрерывно регенерировать и драться насмерть, авось продержимся.

Услышав, что эти двое готовы принять на себя десятерых монстров, остальные выжившие ошарашенно округлили глаза.

Вот только радоваться было нечему.

Без учета лидеров их оставалось едва ли больше десяти человек.

Это означало, что оставшейся кучке людей придется сдерживать еще двадцать летающих чудовищ.

По две твари на каждого — на словах звучит просто, но на деле это верная смерть.

Монстры ведь не станут вежливо выстраиваться в очередь: навалившись со всех сторон одновременно, они просто разорвут строй в клочья.

И тут деревенский староста О Чан Сок, носитель ранга Мастер в навыке «Чутье», осторожно поднял руку:

— Мне почему-то кажется, что их цель — вовсе не мы.

— А кто тогда?

— Похоже, они массово мигрируют, прямо как перелетные птицы.

Благодаря своему безупречному «Чутью» староста уловил, что доносящийся с небес клекот постепенно удаляется.

Услышав это, Юн Джин Су прислушался к воздушным потокам и согласно закивал:

— Похоже на то... Но куда они все летят?

— Уж не туда ли?

Палец старосты О Чан Сока указал на крошечный парящий остров вдалеке.

— Еще вчера этот остров так не выглядел.

Действительно: в отличие от собратьев, у этого островка светилось не каменистое брюхо, а самая макушка.

И прямо на его вершине мягким золотом сияла округлая гора, формой удивительно напоминавшая пузатый кувшин.

Кто-то из бойцов неуверенно подал голос:

— Неловко такое говорить в нашей ситуации... но разве эта штука не похожа на хэллоуинскую тыкву?

— ...

При этих словах все дружно захлопали глазами.

Если бы не эта реплика, никто бы и внимания не обратил.

Но теперь сходство бросалось в глаза: в непроглядной ночной вышине парил круглый кувшин, из щелей которого во все стороны струился дивный золотой свет.

— Какая... неожиданная романтика...

Услышав это, Рю Сын У, Гу Хо Ёль и Юн Джин Су синхронно вздрогнули и переглянулись.

— Неужели... это он?..

Романтика и эстетика в Подземелье?

Звучало как полнейший бред, однако существовал лишь один человек на свете, которому под силу было выкинуть нечто подобное.

Ночной клуб «Тыква» распахнул свои двери!

— Кролик, принимай гостей!

[Чего вас так развезло-то?]

Да Вун буквально лучился восторгом.

На носу красовались солнцезащитные очки, а плечи укутывала пышная шуба из шкур барсовых орлов.

Не хватало только клубных басов, а в остальном перед ними стоял истинный завсегдатай вип-вечеринок.

Лугал ошарашенно поинтересовался:

[Это еще что за наряд? Тебе не жарко?]

— Цыц, это функциональная экипировка! Если я замаскируюсь под их сородича, они не обратят на меня внимания.

[Даже если так, стоило ли ради теплой шкуры тратить энергию на зачарование защиты от огня?..]

<Истинно так.>

Редкий случай: Альфа и Лугал сошлись во мнениях.

Но Да Вуна было не пронять:

— Моя жизнь бесценна! Безопасность превыше всего. О! Кажется, началось?!

Гр-р-р!

В ночной клуб «Тыква» хлынул основной поток посетителей.

Поскольку слетелись птицы из разных стай, у входа сразу возникла напряженная обстановка.

— Кр-р-рк!

— Гр-р-ра-а!

Орлы ощерились, демонстрируя друг другу острые зубы и когти.

Однако стоило им протиснуться внутрь, как от открывшейся картины у тварей напрочь снесло крышу.

О великие небеса! Неужели это рай?!

Отовсюду струится ласковый, согревающий свет!

Ни единого сквозняка, уютно и просторно, словно в царских чертогах!

А внизу, прямо под лапами, высятся горы сочной, лоснящейся жиром рыбы!

«Рыбы пруд пруди»? Нет, здесь вообще не было воды — сплошная рыба!

Ее было настолько много, что незачем было даже делить территорию: плюхайся на пузо и жри от пуза, рви, глотай, наслаждайся!

— Гр-р-ра-а-а!

Хищники наперегонки бросились в рыбное море, заглатывая пухлые тушки целиком.

— Кья-а-а-у!

— Кр-р-рах!

Существует ли на свете место прекраснее?!

Единственное, что омрачало идиллию — невозможность заграбастать это гнездо в единоличное пользование.

Поток пернатых гостей не иссякал.

Одни прилетели на запах, другие увязались за компанию: исполинское пространство постепенно заполнялось до отказа.

[Торговля идет на ура. Не разоритесь от такой щедрости?]

— Еще чего! В этом мире золотое правило: вход — рубль, а выход... выход стоит всех твоих потрохов. До последней нитки обдерут.

[Хи-и-ик?!]

Да Вун хищно усмехнулся и, словно криминальный босс, картинно поправил очки:

— Кажется, публика собралась. Пора начинать шоу. Бахамут, сворачивай рекламу.

[Слушаюсь и повинуюсь!]

Едва Бахамут запечатал морозный сквозняк, выносивший рыбный запах наружу, приток гостей мгновенно иссяк.

Внутри набралось порядка сорока особей.

Из-за того, что в последние дни окрестности острова погрузились во тьму, популяция орлов здесь заметно поредела, но сорок штук — все равно внушительная армия.

Впрочем, простора внутри пока хватало.

Хрусь-хрусь!

Чавк-чавк!

— Гр-р-р...

Нервы у птиц были натянуты, как струны.

Рыба таяла во рту, но чужаки по соседству заставляли перья вставать дыбом: орлы ежесекундно косились по сторонам, боясь, что соседи отнимут добычу.

Вот только улетать никто даже не думал.

Еды было слишком много, а атмосфера вокруг — чересчур теплой и убаюкивающей.

[Впервые вижу безумца, который нарочно заманивает барсовых орлов в ловушку,] — ошеломленно пробормотал Лугал, ощущая исходящую от стаи ауру дикой мощи.

Кролик задрожал всем телом:

[Бр-р-р, у меня аж мороз по коже! Вступи мы с ними в открытый бой, даже господину Рю Сын У пришлось бы несладко!]

— Зачем драться в лоб, если можно с умом? Ну что, зажжем в эту пятницу по-взрослому?

Да Вун вновь поправил очки и задрал голову, любуясь ласковым золотым сиянием.

В ночном клубе должно быть темно, разве не так?

— Возврат.

Щелк!

Свет погас.

Мгновенно.

Солнечные камни, усеивавшие стены, растворились в воздухе без следа!

— Кр-р-рк?!

Внезапная кромешная тьма повергла барсовых орлов в неописуемый ужас!

[О боги! Что это?!] — Лугал едва челюсть не выронил.

— Гр-р-ра-а-а?!

— Кр-р-рах!!

Словно кто-то вырубил рубильник на электростанции: пространство утонуло в непроглядном мраке. Обезумев от паники, птицы забили крыльями, пытаясь взлететь наугад.

И неизбежно начали сталкиваться друг с другом.

Бум!

— Кья-а-ак?!

— Кр-р-хя-а-ак!

Ярость, леденящий ужас и шок взорвали ночной клуб какофонией воплей.

Когда яркий свет внезапно гаснет, глаза слепнут.

А поскольку зрение барсовых орлов было острее человеческого в десятки раз, удар по зрительным рецепторам оказался чудовищным.

В приступе слепого бешенства твари принялись рвать когтями и клювами все, что шевелилось рядом, отчаянно молотя крыльями в попытках вырваться на волю.

Слушая звуки кровавой бойни, доносящиеся из темноты, Лугал выдохнул:

[Псих.]

[Фух, наконец-то до вас дошло. Он псих на всю голову, от макушки до пяток.]

— Спасибо за теплые слова. Это ведь был комплимент?

Одарив действующего и бывшего Помощников довольной улыбкой, Да Вун обернулся назад.

<Солнечный камень +1>

Прочность: 100/100 (%)

Свойство: Возврат (1-й уровень)

Исчезнувшие камни аккуратной горкой выросли прямо за служебной дверью, где стоял Да Вун.

Все эти камни были зачарованными артефактами.

Альфа тихонько заворчал:

<Тратить столько жизненной энергии на обычные булыжники...>

— Зато каков эффект!

Да Вун проворно сгреб камни обратно в инвентарь.

Заметив, что некоторые обезумевшие птицы уже пытаются выкарабкаться через верхний проем кувшина, он скомандовал:

— Бахамут, жми!

[Слушаюсь и повинуюсь!]

Бахамут немедленно передал приказ мини-Бахамутам, заблаговременно рассаженным по внутренним галереям смотровых башен:

[Хо-у!]

[Хо-у!]

Крошечные снеговики подпрыгнули и дружно наступили на разложенные Кричащие травы.

В то же мгновение в темных недрах клуба зазвучал пронзительный визг судейских свистков:

ПИ-И-И-И-И-ИК!

ПИ-И-И-И-И-И-И-ИК!

— Кьях-х-х?!

Какой же ночной клуб без оглушительной музыки в темноте?

Ужасающий вой Кричащей травы окончательно выбил почву из-под лап перепуганных орлов.

Началась вторая волна безумия.

— Гр-р-ра-а!

— Кья-а-а!

Хрясь! Чавк!

Окончательно потеряв рассудок, орлы вслепую рвали друг друга в клочья.

Ничего не видя, они воспринимали любое движение вокруг как атаку смертоносного врага.

Кролик радостно замахал обеими лапками, болея за бойцов:

[О-о-о! Вот это заруба! Мы за тех, кто победит! План удался!]

— Рано радоваться. Миникарта!

Шелест.

Опасаясь шального удара, Да Вун отошел подальше и развернул карту.

Поскольку все стены состояли из смотровых башен, он видел происходящее внутри как на ладони.

Красные точки метались в панике, сталкиваясь и врезаясь друг в друга.

То тут, то там отдельные точки начинали мигать и гасли навсегда.

Монстры погибали.

Больше всего Да Вун переживал, как бы эти туши не проломили стены своими телами.

Кладка была на редкость прочной, но осторожность никогда не бывает лишней.

Стоило Да Вуну заметить на миникарте, что красные маркеры слишком близко подбираются к стенам, как дежуривший в том секторе мини-Бахамут тут же наступал на Кричащую траву.

Пик, пи-и-ик!

Гр-р-ра-а! Кья-а-а-у!

Хаос, сплошной хаос!

Орлы истошно вопили, захлебываясь в шоке и ужасе, с которыми не сталкивались ни разу в жизни.

Однако безжалостный архитектор еще не закончил:

— Альфа! Не выпускай наружу ни единой твари!

<Активация ловушки: метатель стрел.>

Стационарные стрелометы, заряженные стрелами с парализующим ядом, были слишком громоздкими, чтобы вертеть их во все стороны.

Поэтому Да Вун заранее вмонтировал их в стены под строго определенным углом.

Они целились в единственный путь к спасению — в потолочный проем.

Фью-фью-фьють!

— Кр-р-рах?!

Едва одинокий орел попытался вырваться наружу, как в его крыло вонзилась стрела. Паралитический яд мгновенно растекся по жилам, сковав мышцы.

Пара стрел не убила бы хищника, но этого и не требовалось.

С предателем, решившим сбежать в одиночку, с превеликим удовольствием разберутся его обезумевшие собратья.

Раненый орел покачнулся в воздухе, врезался в другого взлетающего сородича, и оба камнем рухнули на дно кувшина.

Грохот!

— Отлично!

Видя, что все идет строго по плану, Да Вун довольно произнес:

— По правде говоря, у нашего ночного клуба «Тыква» есть ровно один недостаток.

[Какой еще?]

— Здесь не наливают. Это же безалкогольная дискотека.

Хлюп.

Он не спеша отхлебнул сидра через соломинку.

Право слово, до слез обидно, что на такой грандиозной вечеринке не нашлось выпивки.

Впрочем, этой ночью меховая шуба пришлась ему как нельзя кстати.

— Ну что, пора и нам заглянуть на огонек?

На самом деле главный недостаток крылся в другом.

Как бы яростно твари ни кромсали друг друга, в кромешной тьме смертельные удары наносились редко.

Поэтому добивать обессиленных, истекающих кровью орлов предстояло вручную.

— Тайное искусство теней.

Мя-а-у.

В сопровождении теневых поваров, сжимающих разделочные ножи, Да Вун неторопливой походкой шагнул в темноту.

В отличие от барсовых орлов, теневые слуги чувствовали себя во мраке как рыбы в воде.

Да и сам Да Вун не отставал.

— Антенны муравья.

Шевельнулись.

Благодаря миникарте и обостренным чувствам муравья тьма больше не таила для него ни малейшей угрозы.