Я пристально смотрела на Михаила. Мана, до этого момента окутывавшая его тело, начала впитываться в кожу, оставляя после себя следы.

«В конце концов, печать — это заточение. Поэтому я наложила на него защитный барьер и взяла под свой контроль меч, который им управлял, тем самым нейтрализовав его магическую силу».

Сейчас он страдает из-за того, что этот демонический меч по капле высасывал его жизненную силу, паразитируя на нём, а магия, которой её заменили, теперь угасла.

— В конечном счёте, он сам виноват

Когда я уставилась на Михаила, он, всё это время мучившийся от боли, злобно посмотрел на меня.

— Ах ты, проклятая девчонка! Что ты со мной сделала?!

Я лишь вздохнула и холодно ответила:

— Я просто приняла меры, чтобы ты больше не мог убивать людей.

От моих слов он дёрнулся, словно желая броситься на меня, но это было всё, на что он оказался способен.

— А-а-а! Как ты посмела…!

Я нахмурилась и произнесла:

— Я же говорила. Это моё последнее прощание с тобой. Ты сам нарушил моё условие больше не приближаться ко мне.

Дзинь!

Михаил, видимо, был уже не в силах даже держать меч, и тот выпал из его рук.

Я тут же подобрала упавший меч.

«Д-девчонка. Я дам тебе великую силу и богатство. Только послушай меня…»

Я услышала голос меча, но проигнорировала его, сосредоточившись на трещине, которую видела своими глазами.

«Если я направлю в это место свою ману и заставлю её расшириться… меч не выдержит и сломается».

Вскоре я сделала именно так, как задумала, влив в трещину взрывной поток маны.

«К-к-а-а-а! Умоляю, хватит…!»

Вскоре, с отчаянным предсмертным криком, демонический меч был уничтожен.

Глядя на его остатки, я усмехнулась, вспомнив только что сказанные мечом слова.

— Я уже многого достигла своими силами. И обрела то, что гораздо ценнее богатства или великой власти…

Изначально я была богата и обладала потенциалом, но моя душа была настолько сломлена, что я не могла этого осознать.

Однако, встретив Максимилиана и узнав дорогих мне людей, я научилась использовать эту силу. И это было достигнуто не благодаря кому-то другому, а мной самой.

Я посмотрела на Михаила сверху вниз и сказала:

— Не думаю, что ты, привыкший лишь использовать других, когда-нибудь это поймёшь.

Закончив, я посмотрела на Максимилиана и улыбнулась.

— Они оба до сих пор не получили ни царапины. Прямо как во время тренировок

Но ненадолго, вскоре я насторожилась.

«Что это за аура?»

Почувствовав нечто до боли знакомое, но в то же время пугающее, я закрыла глаза, пытаясь разобраться, «А?»

Но, словно по волшебству, эта аура исчезла без следа.

И в этот самый момент.

— Учитель! Вы пришли в себя?!

Услышав громкий голос Максимилиана, я обернулась. Вскоре я увидела, что отец смотрит на меня ясным взглядом.

— Неужели сила кольца иссякла?

Не успела я об этом подумать, как почувствовала, что слёзы сами собой наворачиваются на глаза при виде улыбающегося мне отца.

— Это мой папа.

Я тут же бросилась к нему.

Император, с отрезанными ногами и пальцами, весь в крови, полз по полу, пытаясь от чего-то сбежать.

— К-клятва. Мы же заключили клятву… Кха!

Мужчина с кольцом на пальце усмехнулся и ответил:

— А-а, насчёт этого… я ведь уже потерял своё имя, верно? К тому же, мне плевать, если я сойду с ума. Потому что…

Не успел он договорить, как на шее императора появилась тонкая полоска. Когда фонтан крови ударил в воздух, Фафнир рассмеялся и сказал:

— Я ведь уже безумен.

Реджис взмахнул мечом в сторону тёмной фигуры.

Он не знал, почему сражается с этим существом, но одно было ясно: враг перед ним невероятно силён.

Отражая град вражеских ударов, обрушивающихся, словно проливной дождь, Реджис невольно стиснул зубы.

«Я должен защитить».

Кого? Этот вопрос возник в голове, но Реджис не смог ответить. Каждый раз, когда он пытался вспомнить, голова начинала раскалываться от боли.

Именно тогда, в глубине его полностью почерневшего сознания, смутно промелькнуло что-то драгоценное.

«Папа!»

Маленький ребёнок, искренне улыбающийся ему, был подобен свету. Реджис невольно ослабил хватку на мече.

И в этот момент.

— Учитель!

От чьего-то зова сознание Реджиса, погружённое в пучину, всплыло на поверхность. И в его затуманенном взоре появилось лицо ученика, смотрящего на него.

— Вы наконец пришли в себя?

Это было странное чувство. Словно он долго спал и внезапно проснулся — такое туманное ощущение. И в то же время он почувствовал облегчение.

Максимилиан, глядя на Реджиса, продолжал говорить:

— Почему вы молчите? Тесть?

Реджис, который чуть было не ответил «вор», крепко сжал кулаки и огляделся.

— Действительно ли всё закончилось? Где Джубеллиан?

И в этот момент он встретился взглядом с дочерью. Увидев, как Джубеллиан бежит к нему со слезами на глазах, Реджис попытался броситься ей навстречу.

Однако кто-то оказался быстрее.

— Джубел!

Он думал, что это его личное прозвище, но этот наглый ученик выкрикнул его, словно оно принадлежало ему, и побежал к ней. А затем, как ни в чём не бывало, обнял Джубеллиан.

Джубеллиан, которая поначалу была ошеломлена и широко открыла глаза, вскоре улыбнулась и обняла его в ответ.

— Спасибо за работу.

Наблюдая за этой сценой, Реджис испытал противоречивые чувства.

Ученик всё ещё был ему неприятен, но при виде улыбающейся дочери на душе стало тепло.

В тот момент, когда Реджис опустил взгляд и вздохнул, раздался громкий голос:

— Папа!

Неизвестно когда, но дочь уже выбралась из объятий ученика и направлялась к нему.

Реджис с улыбкой распахнул объятия и заключил Джубеллиан в них.

Радость победы была недолгой, нам пришлось взглянуть правде в глаза. Император всё ещё не был пойман, а маркиз Хессен и его рыцари сбежали.

По этой причине Максимилиан, первый в очереди на престол, стал регентом и отдал распоряжение:

— Если мы отпустим дворян по домам, император или маркиз могут тайно связаться с кем-то из них. Поэтому пусть все остаются во дворце, пока ситуация не стабилизируется.

Это было разумно, так как маркизат Хессен поддерживал дружеские отношения со многими дворянскими родами. Однако…

— Что? Императора нигде нет во дворце?

На гневный голос Максимилиана сэр Денис кивнул.

— Именно так.

Максимилиан пронзительным взглядом уставился в окно.

— Он ведь не мог выбраться наружу?

— Леди Фрезия, охранявшая периметр, поклялась, что никто не выходил наружу.

В данный момент снаружи дворец охраняли Юлия и маркграф Ленокс. Они выставили часовых даже у канализации и лазов, так что выбраться было непросто.

— Не было ли среди дворян кого-то подозрительного?

— Нет.

— На всякий случай, усильте наблюдение.

Я, слушая этот разговор рядом с Максимилианом, нахмурилась и подумала:

— Как ни крути, это странно. Если это кольцо — магический предмет…

Я посмотрела на браслет, подаренный мне Риче и Максимилианом. От него исходила слабая, но отчётливая магия.

— К тому же, почему Фафнир не показывается?

Когда я в тревоге снова вздохнула, Максимилиан, сидевший справа от меня, разгладил пальцем мои брови.

— Не волнуйся. Даже если император и маркиз Хессен сбежали, в одиночку они ничего не смогут сделать.

Конечно, он прав, но на душе всё равно было неспокойно.

— Меня беспокоит Фафнир. И ещё Риче…

«Брат, я возьму на себя контроль над слугами и дворянами. Ты сосредоточься на важных делах».

Она старалась делать вид, что всё в порядке, но ей наверняка до сих пор тяжело. Магический выброс не происходит от простого душевного потрясения.

— Мне нужно навестить её

— Максимилиан, я…

Когда я хотела начать, Максимилиан медленно провёл пальцем по моей щеке и прошептал:

— Скоро всех поймают. Моя гончая очень зла.

— Гончая? Максимилиан держал собаку?

Я слышала о голубях, но о собаках — никогда. Не успела я удивиться, как вскоре получила ответ на свой вопрос.

— Ваше Высочество, мы поймали скрывавшегося маркиза Хессена и его рыцарей!

— Хорошая работа, граф Пайрекс. За эту заслугу я вскоре восстановлю вас в правах.

Граф Пайрекс довольно улыбнулся, но я не могла разделить его радость.

— Гончая… это был он?!

Я с упрёком посмотрела на Максимилиана, а он, улыбнувшись, прошептал мне:

— Видишь? Одного уже поймали.

— Как мне его перевоспитать?

Я вздохнула, глядя на своего возлюбленного, который не уважал людей как личностей. В этот момент Максимилиан пристально посмотрел на меня и сказал:

— Все выйдите. Мне нужно обсудить с юной герцогиней кое-что важное.

Когда все покинули кабинет, Максимилиан, перебирая мои пальцы, спросил:

— Итак, о чём ты хотела поговорить?

Я вспомнила о Риче и покосилась на Максимилиана.

— Для Максимилиана это, наверное, непросто?

Для Риче она была матерью, но для Максимилиана — человеком, заслуживающим смерти. В конце концов, императрица убила его мать.

— Пожалуй, лучше промолчать

Когда я приняла решение, он сказал:

— Говори прямо. Я не люблю, когда ты пытаешься угадать моё настроение.

Я сглотнула и открыла рот:

— Максимилиан, как там… императрица…

Не успела я договорить, как Максимилиан решительно прервал меня:

— То, что она умерла — её собственная вина.

От его холодного тона я вздохнула. Затем Максимилиан добавил:

— Так что она должна быть благодарна уже за то, что умерла как императрица.

Я удивлённо посмотрела на него, а затем обняла.

— Тебе пришлось принять тяжёлое решение.

— Ничего особенного.

Я улыбнулась его словам, а затем, желая утешить, поцеловала его в щеку. Он посмотрел на меня горящим взглядом:

— Ты меня соблазняешь?

Вскоре его губы коснулись моих. Его слегка шершавые губы накрыли мои, и его язык коснулся моих губ. Когда я уже собиралась ответить, раздалось:

— Ваше Высочество, наследный принц, я слышал, что вы с моей дочерью…

От голоса отца за дверью я мгновенно пришла в себя.

— М-Максимилиан! Скорее отпусти меня!

Он вздохнул, а затем, глядя на вход холодным взглядом, пробормотал:

— Нужно поскорее пожениться. Чтобы твой отец не мог нам мешать.

Пока я краснела от его слов, дверь распахнулась с грохотом «Бам!».

Отец, элегантно вошедший в комнату, протянул ко мне руку:

— Джубеллиан, иди сюда.

Я подошла к отцу, и он, вздохнув, передал мне нечто.

Увидев это, я в изумлении широко открыла глаза и спросила:

— Э-это…?

Отец кивнул:

— Да, кольцо императора.

Глаз Цирцеи, кольцо, управляющее людьми, не излучало никакой магии, словно обычное украшение.

— Но это странно. Император не мог просто так сбежать, отказавшись от единственного средства вернуть власть

Когда я об этом подумала, отец сказал:

— Он был найден мёртвым перед Комнатой теней, пронзённый мечом.

Я нахмурилась:

— Почему? У них случился внутренний конфликт, когда они пытались войти в Комнату теней?

В этот момент Максимилиан усмехнулся и поднялся:

— Теперь можно не беспокоиться о том, что император затеет что-то ещё.

— И всё же, терять бдительность рано.

Хотя он так говорил, по его лицу было видно, что он разделяет это мнение.

Тогда Максимилиан с улыбкой сказал:

— Раз уж всё скоро уладится, нам стоит без проволочек обсудить нашу свадьбу.

— Свадьба? Так внезапно?

Пока я была в замешательстве от слов Максимилиана, отец обнял меня за плечи и ласково улыбнулся:

— Джубел, кажется, принцесса и твои друзья ищут тебя. Не хочешь пойти к ним?

— Я как раз хотела узнать, как там Риче…

Я покосилась на Максимилиана, и он, нахмурившись, вздохнул:

— Что я говорил? Юная герцогиня, я же просил не оглядываться на меня?

— Максимилиан, я скоро вернусь.

Он посмотрел на меня нежным взглядом и ответил:

— Хорошо.

По распоряжению Риче дворяне разместились в казармах рыцарей и свободных гостевых комнатах.

— Всё в стиле Риче

Когда я восхищалась тем, как хорошо всё организовано:

— Джубеллиан, ты пришла.

Риче, выглядевшая уставшей, но относительно спокойной, обратилась ко мне. Когда я с улыбкой хотела подойти к ней:

— Леди Джубеллиан!

— Я так рада видеть, что вы в безопасности.

При виде друзей, оберегающих её, я почувствовала, как на душе стало тепло.

Тогда Вероника слегка надула губки и сказала:

— Хотя скрывать, что вы маг, было слишком.

— Простите. Я не хотела скрывать это специально…

На мои слова она усмехнулась и взяла меня за руку:

— Если бы мы знали раньше, мы бы попросили у вас помощи в наших делах, жаль.

От её шутливого тона я рассмеялась.

Тогда Кэтрин прошептала:

— Леди Джубеллиан, я давно хотела спросить.

— О чём?

— Когда вы выйдете замуж за наследного принца?

От этих слов я покраснела и замахала руками:

— О, я ещё об этом не думала!

Мариен тихо вздохнула:

— Даже если мы хотим играть с вами, леди Джубеллиан, мы наговорили ему столько всего, что теперь не можем поднять глаз. Но если вы поженитесь, вы ведь сможете выбрать нас своими фрейлинами!

— Неужели они сплели такую интригу, только чтобы играть со мной?

В тот момент, когда я вздохнула:

— О, эта чудовищная магия…?

Не успела я широко открыть глаза, как поспешно возвела барьер.

Вскоре раздался жуткий смех:

— Ха-ха-ха!

Я повела глазами и назвала имя того, кто внезапно появился:

— Фафнир.

Его зрачки сузились в вертикальные щели:

— Поразительно! Как ты так быстро меня распознала!

Когда эта ужасающая, безумная магия коснулась моего барьера, я нахмурилась:

— Как он смог… это же!

На кольце, надетом на его палец, мерцала красная аура.

— Насколько же вкусна твоя мана, Джубеллиан?

Я думала, что наступило затишье, но теперь отчетливо поняла:

Я находилась в самом оке бури, и теперь его истинная сущность наконец раскрылась.