Император скривился в отвращении.

«Маркиз Фердал, этот наглец смеет меня шантажировать?»

Не так давно маркиз Фердал обратился к нему с просьбой: пусть даже на бумажном, пустом месте, но назначить его сына-разгильдяя личным рыцарем принцессы. И добавил, что через несколько дней явится с подарками.

«Уж у кого-кого, а у него денег куры не клюют, наверняка преподнесет что-то стоящее?»

Император уж было предвкушал щедрую взятку, но вместо этого маркиз с благодушным выражением лица выкатил ему не подарок, а настоящий шантаж.

«Что будет, если аристократы узнают, что Ваше Величество тайком расхищало государственный бюджет? Насколько мне известно, популярность наследного принца сейчас и так бьет все рекорды?»

«Я же лично велел составить двойную бухгалтерию… И надо же было додуматься сверять каждую статью расходов! Говорили же, что он скряга до мозга костей, так и есть. Чудовище».

Вспомнив компрометирующие документы, которые предъявил маркиз Фердал, император с досады заскрежетал зубами, но в конце концов покачал головой, «Ваше Величество, к слову, у меня заготовлено для вас ещё немало подарков. Но разве императорский дом и наш род не приходятся друг другу дальними родственниками и не связаны давней дружбой? Я тоже не хочу враждовать с Вашим Величеством. Так что позвольте моему мальчику стать начальником охраны принцессы, и я навеки сохраню молчание».й

«Раз уж он первый пошёл на попятную, без крайней нужды портить с ним отношения не стоит».

Однако от этого на душе легче не стало. Император сжал зубы до боли.

«И во всем виноват этот щенок Максимилиан!»

По правде говоря, бумаги, показанные маркизом, не представляли смертельной угрозы. Сейчас у власти стоял он, и даже если бы кое-кто из дворян поднял шумиху, разобраться с ними не составило бы труда.

Император до боли сжал кулаки.

— Что ж, раз он и не думает подчиняться… Пожалуй, пришло время с ним покончить

В этот момент раздался голос:

— Ваше Величество, начальник личной охраны Михаил просит об аудиенции.

Услышав это, император криво усмехнулся.

— Надо будет посоветоваться с Михаилом

Риче наконец-то освободили из-под домашнего ареста, замаскированного под защитные меры.

Но мало того, что меня поразила сама эта новость, так ещё и выяснилось, что лорд Виктор — младший сын маркиза Фердала и теперь служит личным охранником Риче.

«Так вот почему он разговаривал со мной так свободно… Неужели все дело в том, что он такой же известный повеса из дома Фердал, как и я?»

Подумав об этом, я уставилась на Виктора — нет, теперь уже на личного охранника Риче, господина Кея.

В этот момент Риче обратилась ко мне:

— Джубеллиан, ты сегодня весь день только и делаешь, что пялишься на моего рыцаря.

— А, прости. Просто… я до сих пор не могу в это поверить.

В ответ на мои слова она вздохнула и произнесла:

— Я вовсе не сомневаюсь в тебе, но когда ты так упорно пялишься на моего человека… боюсь, как бы братец не закатил истерику.

Справедливо рассудив, я кивнула и отвела взгляд.

— Макс вполне способен и не на такое

И тут:

— Я позвала тебя не просто так, а потому что… — начала было она.

Увидев парящий передо мной сияющий шар, я широко раскрыла глаза.

— О-о! Магия…?

Вместо ответа она уверенно улыбнулась и кивнула.

— Да, теперь я умею ею пользоваться. Наконец-то поняла, в чем была проблема.

— И в чем же?

На мой вопрос она на мгновение опустила ресницы, а затем посмотрела мне прямо в глаза:

— Я сама отрицала собственное существование. Раз не было веры в себя, магия и не пробуждалась.

— Отрицала собственное существование…

Обдумывая горькие слова Риче, я мысленно согласилась с ней.

«Я ведь тоже через это прошла. Пока не встретила Макса и не помирилась с папой».

Вспомнив прошлое, когда я страдала от собственной семьи и отрицала саму себя, я вдруг подумала, как же сильно мы похожи, «Хотя по изначальной задумке мы — главная героиня и злодейка», поддавшись необъяснимому порыву, я уставилась на Риче, «Может, рассказать ей всё?»

Пока что единственным человеком, с которым я поделилась тайной перерождения из книги, был Макс. Я собиралась рассказать и папе, но он всё ещё находился во владении, так что подходящего моментов не представилось.

«Хорошо хоть, что Фафнир не натворил бед… Ох, как же хочется, чтобы он поскорее вернулся».й

И в этот самый момент, когда я думала об отце:

— Знаешь, я ведь завидовала тебе. Ты казалась мне точь-в-точь героиней истории.

Слова Риче вызвали во мне странное чувство дежавю.

— Потому что… я думала точно так же

Поддавшись какому-то внутреннему импульсу, я зашевелила губами:

— Риче, вообще-то…

Поколебавшись секунду, я пристально посмотрела на подругу.

Прекрасная принцесса с глазами, похожими на глаза моего любимого человека.

Теперь я по-настоящему дорожила ею и всецело ей доверяла.

— Мне нужно кое о чем тебе рассказать.

С этих слов начался наш разговор, и в конце концов я выложила ей абсолютно всё.

Сколько времени прошло? Когда я закончила, Риче смотрела на меня странным, непонимающим взглядом.

— То есть… мы были врагами?

Я кивнула, и лицо Риче исказилось от ужаса.

— Бред какой! Чтобы я так жестоко обошлась с таким милым созданием, как ты?

Услышав это яростное отрицание, я тихонько усмехнулась.

— Мало того, что поверила, так ещё и приняла всё так близко к сердцу… Впрочем, я и не сомневалась, что Риче отреагирует именно так

Но поскольку выражение её лица было чересчур мрачным, стоило немного разрядить обстановку.

— Это же всего лишь книга. В нашей реальности ничего подобного не происходило.

Риче тяжело вздохнула в ответ на мои слова:

— Какая же тошнотворная история. Быть врагом с тобой, а моим возлюбленным сделать этого Михаила… Бедная я из той книги, должно быть, была жутко несчастной.

Я улыбнулась. Узнав, что она — главная героиня, Риче думала не о собственной значимости, а переживала за меня.

— Как же хорошо, что я решилась ей всё рассказать

В этот момент она взяла меня за руку и произнесла:

— Тебе наверняка было трудно об этом говорить, спасибо, что поделилась, Джубеллиан.

— И тебе спасибо, что выслушала, Риче.

Мы улыбнулись друг другу, но мгновение спустя я снова заговорила:

— И ещё, насчет дня Праздника основания государства…

Я всё ещё не сказала ей о том, что императрица тайком пронесла яд. Я ломала голову над тем, как лучше преподнести эту новость.

Тут Риче прервала мои раздумья:

— Не переживай так из-за Праздника основания государства. Я даже к напиткам не прикоснусь.

Её серьезный тон меня успокоил.

— Хорошо, что у неё самой есть бдительность

Но расслабляться было рано, и я добавила:

— Верно, а на случай, если случится что-то непредвиденное, давай в тот день будем держаться вместе.

Риче улыбнулась уголками губ и энергично закивала:

— Договорились.

В этот момент в наш разговор кто-то вмешался:

— Вы тут вовсю воркуете вдвоем, и я старался не мешать, но мне кажется, вы совсем забыли о моем существовании?

Услышав реплику господина Кея, ставшего теперь личным охранником Риче, я с улыбкой ответила:

— Пожалуйста, береги Риче.

Он кивнул в ответ:

— Разумеется. Разве я не отдал ей свое тело и душу?

«Тело и душу… А, он имеет в виду рыцарскую клятву?» — подумала я.

— Джубеллиан! Думаю, тебе уже пора идти.

Озадаченная такой переменой, я удивленно посмотрела на неё, но тут же усмехнулась:

— Пожалуй, меня ведь ждал Макс.

Пока я размышляла об этом, Риче внезапно покраснела и вскочила на ноги:

И когда я, проглотив эти слова, уже собиралась направиться к выходу:

— Господи, зачем бросаться такими смущающими фразами… Дурак, — донесся до меня сзади тихий голос Риче, и я невольно улыбнулась.

— И правда, отличная пара

Сидя рядом с Максом, я как раз признавалась ему, что рассказала обо всем Риче.

— Ну и какова была реакция этой девчонки? Обрадовалась, что она главная героиня? — с любопытством спросил Макс, пока я сидела рядом с ним.

Я покачала головой:

— Напротив, она встала на мою сторону и возмутилась вместе со мной.

Услышав это, Макс слегка поморщился:

— Ну разумеется, она же безумно привязана к тебе.

Я расплылась в довольной улыбке, и тогда он легонько ущипнул меня за щеку:

— Не ухмыляйся так. Я ревную.

Пока я хихикала над его ребячливостью, Макс задал вопрос, явно не дающий ему покоя:

— Кстати… как там Кейлен справляется?

После ухода лорда Виктора мы ни разу о нем не заикались, но, видимо, подчиненный, с которым они провели столько лет бок о бок, всё равно беспокоил его.

Я ответила с озорной улыбкой:

— Хм, кто знает? Кажется, он стал чуточку серьезнее, чем обычно…

Макс усмехнулся:

— Ну, он же без памяти влюблен в Риче, вот и старается казаться лучше, чем есть.

От этих слов мои глаза округлились от удивления.

— Ты знал? Откуда…?

Макс ухмыльнулся и принялся оттягивать меня за обе щеки:

— Кто знает, кто знает?

— Перестань издеваться…

В тот момент он перехватил мой подбородок и пристально всмотрелся в мое лицо. Не выдержав этого обжигающего взгляда, я крепко зажмурилась, а он произнес:

— Достаточно посмотреть на чей-то взгляд, чтобы всё понять.

Удивленно распахнув глаза, я почувствовала, как он легонько коснулся губ своими в легком поцелуе.

— Макс!

Чувствуя себя смущенной и подшученной, я возмущенно заерзала, но Макс лишь усмехнулся и притянул меня к себе.

Когда я попыталась вырваться из его объятий, он шепнул мне на ухо:

— Тот Виктор, которого знал я, ненавидел собственную семью больше всего на свете.

Дом маркиза Фердала? Насколько я помню, это была вполне уважаемая и благополучная семья, с чего бы ему их ненавидеть? Пока я предавалась раздумьям, он продолжил:

— Снаружи они все такие добродетельные, но маркиз Фердал — тот ещё хладнокровный делец, управляющий людьми с помощью денег. Кейлен ненавидел такого отца, поэтому и вел себя как отъявленный повеса. И тем не менее наследником маркиз выбрал именно его, потому что Кеи во всех отношениях превосходил старшего брата.

— А, так вот почему он сбежал из дома!

Подумать только, за его легкомысленным поведением скрывалась такая драма. У меня словно глаза открылись.

Но ещё больше поражало то, что Макс, обычно совершенно равнодушный к окружающим, проявил интерес к кому-то постороннему.

— Какой же он у меня молодец

Крепко прижав меня к себе, Макс продолжил говорить:

— Раз такой парень вернулся обратно и вернул себе статус, значит, он по-настоящему любит Риче.

В его спокойном голосе слышались едва уловимые нотки эмоций, и я с улыбкой произнесла:

— Выходит, Максу нравятся и Риче, и господин Кейлен.

Макс ничего не ответил, лишь крепче обнял меня. Я обвила руками его шею и тихо улыбнулась.

— Давай сделаем так, чтобы мы все благополучно пережили этот Праздник основания государства государства.

Вскоре послышался его низкий, уверенный голос:

— Разумеется.

Реджис тяжело вздохнул.

«Хотя Джубеллиан я сказал, будто ничего страшного не произошло…»

Затем Реджис в упор посмотрел на место, где раньше находилась «Запретная зона». Сейчас пространство там выглядело так, словно его вырвали «живьем», — не было видно абсолютно ничего.

Реджис достал из кармана кулон и пристально вгляделся в него.

«Печати ведь до сих пор целы… Как же он умудрился выбраться?»

Реджис до боли сжал кулаки.

〈По правде говоря, твоя дочь выглядит уж слишком аппетитно. Ходячий сгусток чистой маны, не умеющий колдовать… Да ещё и личиком вышла на славу, я еле сдержался, чтобы не проглотить её целиком.〉

Реджис вспомнил кошмар, который преследовал его долгие годы.

〈Отец, я правда…〉

Жалкий вид умоляющей поверить ей дочери.

〈Войди внутрь.〉

И он сам, безжалостно заточивший её в темницу.

Реджис до боли зажмурился, а затем распахнул глаза и свирепо уставился на следы Фафнира.

«Я никогда не позволю твоим планам осуществиться. Даже если придется пожертвовать собственной жизнью».

Когда я вернулась в особняк, карета, на которой уехал отец, уже стояла во дворе.

Я направилась прямиком в его кабинет.

— Папа!

— Ты вернулась.

Заметив, что отец выглядит несколько уставшим, я с беспокойством заглянула ему в лицо:

— Что стало с тем человеком, который пробрался в Запретную зону?

Вспомнив причину, указанную в письме, отец тяжело вздохнул и ответил:

— Ох, понимаешь… Он заявил, что полез туда из жадности, рассчитывая обчистить драконье логово.

— Что? Быть не может! Если бы его сожрал дракон…!

В этот момент отец слегка вздрогнул и, приняв суровый вид, произнес:

— Я никому не позволил бы себя сожрать.

Никому не позволил бы… Пусть этот воришка и был безрассудным дураком, для отца он всё равно оставался ценным жителем их земель.

— Папа, вы такой добрый.

Услышав мою похвалу, отец медленно покачал головой:

— Вовсе нет. Это само собой разумеется.

На душе от этого стало так спокойно, но не успела я улыбнуться, как рассказала ему о том, как Риче томилась в заточении, и о появлении господина Кейлена. Однако отец вовсе не выглядел удивленным.

— Папа, вы что, уже знали?

На мой вопрос он кивнул:

— Я уже знал, что Макс привел к себе младшего сына маркиза Фердала.

— Мда, иногда в такие моменты папе определенно не хватает человечности

Мысленно вздохнув, я вспомнила то самое, о чем хотела поговорить с ним с самой нашей встречи.

— Папа, послушайте. На самом деле мне нужно сказать вам кое-что очень важное.

— Правда? И что же это?

Я лукаво улыбнулась в ответ на его вопрос:

— На самом деле я знаю будущее.

— Будущее?

— Да, честно говоря, я прочитала об этом в книге. То есть, понимаете…

Кому другому я бы ни за что не осмелилась рассказать такое с такой легкостью. Но я была твердо уверена, что отец поверит моим словам точно так же, как поверили Макс и Риче, поэтому выложила всё без утайки.

Может, дело было в том, что в этой истории упоминались и мы с ним? В отличие от разговора с Риче и Кейленом пару минут назад, лицо отца болезненно исказилось.

— Прости меня.

Я тут же замотала головой:

— Папа, речь же не о нашем настоящем, а о событиях из книги. Так что вам не нужно так сильно переживать.

Отец тяжело вздохнул в ответ:

— И всё же у меня тяжесть на сердце.

— Э? Почему это?

— Слишком уж это похоже на мой собственный сон.

Я ошеломленно уставилась на него:

— Сон?

Отец утвердительно кивнул:

— Да. Разве что… была одна деталь, отличающаяся от того, что сказала ты…

Я замерла в недоумении. В его синих глазах затаилась горечь.

— С чего это он вдруг так помрачнел?

В этот момент отец заговорил:

— Разница в том, что я знаю, что произошло после твоей смерти.

Потрясенная до глубины души, я вскочила с места и взволнованным голосом выпалила:

— О… о том, что было после моей смерти?

Отец пристально посмотрел на меня и тяжело вздохнул:

— Стоя это обсуждать долго, так что присядь сначала.

Смущенно улыбнувшись, я послушно вернулась на стул.

— Интересно, что же случилось потом?

Хоть я и старалась держать себя в руках, меня сейчас охватило сильное волнение. Мне безумно хотелось узнать, что стало с миром после моей гибели, но раньше я думала, что никогда не узнаю правды, и заранее смирилась с этим.

«Мне так хотелось узнать, как сложилась судьба папы, Макса, Риче и Михаила…»

Мир, в котором погибла злодейка, одержимая главным героем. Раньше я думала, что все остальные жили долго и счастливо, но теперь мое мнение изменилось.

— По крайней мере… папа наверняка оплакивал меня?

Я посмотрела на отца: его лицо было мрачнее тучи. И наконец с его губ сорвался тяжелый, полный скорби голос:

— То, что было после… было сущим адом.

Казалось.”