Из толпы неспешно вышел Чэнь Даочжэнь, а следом за ним шагал Чэнь Ци.
Изначально глава семьи собирался разобраться со всем в одиночку, но практики стадии Зарождения Души из лагеря Хэйшань сильно отличались от обычных культиваторов - каждый из них закалился в бесчисленных жестоких схватках. Сам же Чэнь Даочжэнь на средней ступени Зарождения Души почти не имел боевого опыта. Хоть по силам он и превосходил местного распорядителя, полной уверенности в легкой победе не было. Поэтому он без лишних раздумий прихватил с собой Чэнь Ци. Не вывозишь в одиночку - не беда, всегда можно позвать подмогу.
Увидев его, Чэнь И тут же сбросила маскировку и со слезами на глазах бросилась навстречу:
- Глава семьи…
Когда девушка явила свой истинный облик, зеваки вокруг ошеломленно ахнули. Никто и подумать не мог, что под личиной скрывалась женщина - по голосу все принимали ее за мужчину.
Услышав это обращение, Сюй Куй невольно вздрогнул. Называть так этого человека она могла лишь в одном случае - перед ними стоял сам Чэнь Даочжэнь, чье имя гремело на весь город Мэнхэ.
Ли Шань прищурился, пытаясь прощупать уровень противника, но так ничего и не понял. У Поступи Призрачной Тени имелось полезное пассивное свойство - она надежно скрывала истинную силу владельца.
В глазах распорядителя вспыхнула жажда убийства. Сначала влез Сюй Куй, теперь выскочил еще какой-то неизвестный - его терпение окончательно лопнуло.
- Раз вы отказываетесь сотрудничать, мне придется взять вас под стражу силой, а с остальным разберемся после допроса!
С этими словами он выбросил руку вперед, метя прямо в Чэнь И. От его тела во все стороны хлынула мощная, давящая аура. Зрители в ужасе отшатнулись назад.
Пальцы Ли Шаня уже почти сомкнулись на девушке, когда из ниоткуда возникла чужая ладонь и мертвой хваткой перехватила его за запястье.
Ли Шань резко повернул голову и наткнулся на ледяной взгляд стоявшего рядом с Чэнь Даочжэнем мужчины. Это был Чэнь Ци.
- Убей его, - спокойно обронил Чэнь Даочжэнь.
Хруст!
Раздался сухой, отчетливый щелчок - кисть Ли Шаня просто вывернули и сломали.
В ту же секунду воздух взорвался куда более яростной мощью. Чэнь Ци занес кулак и обрушил его на врага. Удар нес в себе сокрушительную, невыносимую тяжесть, словно на Ли Шаня обрушилась целая гора.
Чэнь Ци и сам находился на поздней ступени Зарождения Души, к тому же шел по пути практика закалки тела. Призываемые системой бойцы обладали полноценной боевой мощью и зачастую превосходили ровню по уровню, являя собой полную противоположность Чэнь Даочжэню, который не любил утруждать себя тренировками и силой не блистал.
Ли Шань в ужасе уставился на противника, на миг даже забыв о дикой боли в сломанной руке, и сорвался на крик:
- Ты на поздней ступени Зарождения Души!
И все же он не отступил. Выхватив короткий меч, Ли Шань бросился на Чэнь Ци в отчаянной попытке забрать врага с собой. В такой ситуации бегство означало верную смерть - оставалось лишь биться до последнего вздоха. Обычный практик на его месте давно бы запаниковал, но Ли Шань сумел собраться для контратаки, доказав, что боевого опыта ему действительно не занимать.
Однако в глазах Чэнь Ци мелькнула лишь насмешка. Его тело охватило обжигающее пламя, превратив воина в настоящего бога огня. Температура вокруг мгновенно подскочила, превратив площадку в раскаленную печь.
Короткий меч Ли Шаня начал плавиться и крошиться еще на подлете, а коснувшись тела Чэнь Ци, не оставил на нем даже царапины.
- Кто ты такой?! - в голосе распорядителя звенел животный страх.
Ответом ему стал очередной сокрушительный удар кулака.
Бах!
Голова Ли Шаня лопнула, словно спелый арбуз, и его жизненная сила мгновенно угасла.
Над площадью повисла мертвая тишина. Толпа застыла, не веря собственным глазам. Меньше чем за один вдох распорядитель лагеря был мертв. Люди перевели ошеломленные взгляды на Чэнь Ци и Чэнь Даочжэня, и у каждого в голове вертелся один и тот же вопрос: кто эти двое?
Мастер поздней ступени Зарождения Души… В окрестностях лагеря Хэйшань подобной мощью располагала лишь семья Чэнь из города Мэнхэ.
В тишине то и дело слышались судорожные глотки - увиденное намертво парализовало толпу.
Чэнь Даочжэнь лишь равнодушно скользнул взглядом по обезглавленному телу и повернулся к Чэнь И.
- Ну и зачем ты, глупая девчонка, потащилась в такое опасное место в одиночку? - с легким упреком спросил он.
Чэнь И виновато опустила голову, надула губы, а в уголках ее глаз заблестели слезы. Видя, что она вот-вот расплачется, Чэнь Даочжэнь смягчился, шагнул ближе, погладил ее по макушке и заговорил мягче:
- Запомни раз и навсегда: ты из семьи Чэнь. Впредь не смей так рисковать и заставлять меня переживать. Я не хочу, чтобы с кем-то из наших случилась беда.
От этих слов сердце Чэнь И трепетно сжалось. Она и не подозревала, насколько сильно глава семьи дорожит каждым из них. Шмыгнув носом, девушка твердо пообещала:
- Глава семьи, больше такого никогда не повторится.
- Вот и умница, - с улыбкой кивнул Чэнь Даочжэнь.
Хотя он был старше ее всего на пару лет, говорил он с интонациями умудренного жизнью старейшины. Но Чэнь И не чувствовала в этом ни капли фальши - в ее глазах Чэнь Даочжэнь давно стал настоящим старшим наставником и опорой.
Услышав их разговор, зеваки вокруг окончательно обомлели. Семья Чэнь! Они и впрямь из семьи Чэнь!
Что ж, Ли Шань сам напросился. Обычно он не лез в откровенный разбой - ежедневной платы за защиту и сборов с рыночных лавок с лихвой хватало на безбедную жизнь, так что рисковать не было смысла. Но стоило ему один раз позариться на чужое, как он нарвался на крепкий орешек. Не просто не раскусил, а все зубы обломал!
Сюй Куй тоже пребывал в глубоком потрясении. Хоть он и догадывался, кем была девушка, пока не увидел все своими глазами, в душе оставались сомнения. Теперь же все встало на свои места, и он невольно восхитился про себя: ну и люди стоят у нее за спиной!
Тем временем Чжао Лаосы и Сунь Бинь побледнели от ужаса. Едва они дернулись, пытаясь сбежать, как из тени бесшумно выступили двое бойцов и одним движением снесли обоим головы. Оба состояли в отряде наемников Кровавого Волка, и после смерти Ли Шаня оставлять в живых его цепных псов никто не собирался. Сам Чжао Лаосы находился на средней ступени Золотого Ядра и слабаком не был, но внезапный удар в спину в тот момент, когда все его мысли были заняты бегством, не оставил ему ни единого шанса.
Чэнь Даочжэнь не стал обращать внимания на эту мелочь и распорядился:
- Чэнь Ци, бери лагерь Хэйшань под свой контроль. Порядки пусть остаются прежними.
- Слушаюсь! - почтительно склонил голову Чэнь Ци.
Кивнув, Чэнь Даочжэнь взмыл в небо и стремительно направился обратно в сторону города Мэнхэ. Лагерь Хэйшань пришелся ему по душе: опасный, жестокий, живущий по законам кровавого передела. А еще больше ему нравилось быть в таком темном месте полновластным владыкой, перед которым трепещут все.
Глядя вслед улетающему главе семьи, Чэнь И светилась неподдельным обожанием, в котором уже проскальзывали нотки настоящего фанатизма - точь-в-точь как у преданной поклонницы при виде любимого кумира.
«Глава семьи… такой крутой!»
Тем временем Чэнь Ци обвел собравшихся холодным взглядом и громко спросил:
- Кто в лагере Хэйшань главный после распорядителя?
В толпе растерянно переглянулись, никто не решался подать голос. Но спустя пару мгновений вперед все же вышли трое мужчин. Возглавлял их сухощавый человек с бегающими, хитрыми глазками. Подойдя ближе, он подобострастно склонился:
- Господин, меня зовут Ян Фу, я здешний управляющий. Обычно именно я ведаю делами лагеря вместо распорядителя Ли.
Договорив, он без промедления рухнул на колени перед Чэнь Ци.
- Мы готовы верой и правдой служить вам, господин!
Двое мужчин позади него тут же последовали его примеру, дрожа от страха и не зная, какая участь их ждет.
Чэнь Ци равнодушно взглянул на Ян Фу и коротко взмахнул рукой. Сгусток бешеной духовной силы сорвался с его пальцев и ударил прямо в коленопреклоненного мужчину.
Ян Фу разорвало на куски на месте, забрызгав кровью землю вокруг.
Оставшиеся двое затряслись всем телом, в их глазах застыл первобытный ужас. Чэнь Ци ледяным тоном указал на стоявшего слева мужчину с довольно интеллигентным лицом:
- С сегодняшнего дня управляющим лагеря Хэйшань будешь ты.