Девушка, которую Янь Линь с Мастером Го обнаружили в мертвом мире в гробу, принадлежала роду Бай. Тянь Бай (середина Зародыша) – её отец и родной брат главы рода, присутствовал на испытании. Фактически он занимает основную роль в делах семьи, потому что глава их рода может и могущественный человек, но далеко не молодой. Он десятилетиями сидит в медитации и редко покидает обитель.

Смерть дочери Тянь Бай воспринял близко к сердцу. Особенно сильно его разгневало несбывшееся предсказание Верховной Предсказательницы.

Ну как не сбывшееся…

– Вот ведь демон… – Прошипел он, вглядываясь в одну из нефритовых табличек, на которой уже были записаны некоторые сведения об этом Янь Лине, что внезапно возник третьим почётным участником.

Тут собралось много семей, узнать подробности о сплетнях не проблема. Два особенных слуха его зацепили.

– Рискуя жизнью вывел людей из мертвого мира… И на проверке от храма Минхэ он получил высшую праведность… – Пробормотал он, тяжело вздыхая. Он сразу же вспомнил то предсказание.

«Лишь Истинный Праведник сможет без проблем зайти в мертвый мир, осветить его светом своей души и вынести сокровище.»

– Чертова Старуха из храма Минхэ отдала титул какому-то безродному мальчишке! И та шарлатанка из секты прорицателей… Жуань Бай, тебя благословили Небеса, именно ты обладала Золотым Венцом и столь же золотым сердцем! За что же судьба так жестока обошлась с тобой… Если чертова гадалка была права, то сокровище теперь у него! – Тянь Бай взглядом сверлил Янь Линя. Его одеревеневшие мозги активно кипели, пытаясь найти малейший повод для обвинений.

Не публичных, нет, это нужно его собственному эго. Как кто-то без рода и влияния семьи мог достигнуть таких впечатляющих результатов в культивации?! Как кому-то настолько ничтожному могла улыбнуться такая удача?! Спасает других, неподкупный, принципиальный, вся чертова мелочь с трибун уже боготворит его, а ведь и получаса на площади не простоял! Еще со своим судом вечно носится. Каждый скандал заканчивается тем, что требует вызова в суд. Каждый отказ от такого вызова – это пощечина их репутации!

«Ну посмотрим еще спасёт ли тебя твоя репутация в запретной зоне жизни!»

…

Ведущий уже хотел было объявить о втором этапе, как вдруг получил табличку от Ши Хуана. С удивлением прочел её. Прокашлялся и возвестил:

– Тишина! Начинается второй этап испытаний! Изначально это должно было быть испытание разбавленным ядом Девяти Демонов Сердца, однако у одного из почётных участников иммунитет… – Когда Ведущий сделал паузу, то все представителя рода Тэн и Бай с ядовитым раздражением посмотрели на Янь Линя. – Поэтому Почтенный Святой объявил о замене этапа для первой троицы.

Янь же рукой схватился за собственное плечо, нервно почесываясь. Ну вот этого ему еще не хватало! Замена! Да эти черти же наверняка заранее знали об этапах и специально готовились! А теперь всё свалят на него!

– Второй этап: Куб!

В этот самый момент все резко побледнели, даже высокомерная Чанъе Бай.

«Это та темница для отъявленных еретиков и безбожников?» – Подумал Янь, занервничав еще сильнее. – «Да лучше бы ядом!»

– Между мирами есть темница, из которой никто не может сбежать. В ней заключены те, кого нельзя казнить, ведь у них есть множество артефактов жизни и техник воскрешения. Так они там и сидят, ожидая естественный конец. Век за веком. – С жутким тоном продолжил Ведущий. – Почтенный говорит: конкретных правил нет. Чей путь приведёт к наиболее интересному результату, тот победит в данном этапе. За этим местом присматривает охрана уровня Обожествления и Зарождения, никаких физических рисков. – Он глянул на площадь. – Однако если кто боится, то может заранее сняться с этапа.

– Ну вот еще! – Аура Цзы Тэна воспылала. – Наш род ничего не боится!

Чанъе Бай решительно выступила вперёд.

– А я вот очень боюсь. – Абсолютно не стесняясь проворчал Янь, делая нерешительный шаг вперёд. Еще ему по тюрьме не хватало шататься… Да еще и с такими опасными сволочами!

С этими словами Ши Хуан хитро улыбнулся и создал сложный массив, который и перенес участников в тот самый Куб. Каждого в разное место. Какой-то особой секретности не было, поэтому на площади все могли видеть то же, что и эти трое.

– Вот что бывает, если возомнил себя богом или дьяволом. – Хмыкнул Ши Хуан, наблюдая за реакцией толпы. Кажется, его до жути радовал их подскочивший пульс и первобытный страх. – Пару тысяч лет проведешь в темнице, а после твою душу казнит сама богиня Минхэ, лишив шанса на перерождение.

– Лишит… перерождения… – Пробормотали с трибун.

– Еще и сидеть веками, ожидая казни…

Подобное зрелище наверняка действует намного эффективнее чем любая скучная проповедь.

…

Массив перенес Янь Линя прямо в коридор того самого куба. Сам проход широкий, потолки невероятно высокие. Освещение тусклое. Учитывая, что еще и сами стены сделаны из некого серо-зеленоватого металла, складывалась весьма негостеприимная картина. Напоминает забытые руины жестоких полубогов древности, с этими их квадратными письменами. Те самые, где происходили жертвоприношения.

И пахнет как-то странно… Углём и сырой необработанной рудой.

Другие двое участников, уверенные в собственной безопасности, уже решительно летели вперед, а вот Янь же наоборот, неспешно шёл вперед, еще и душу бурого медведя к себе призвал, чтобы шел рядом.

– А ну не ленись мне тут, мне страшно одному! – Проворчал Янь, нервно поглаживая медведя по голове. Тот лишь слегка недовольно фыркнул, но решительно затопал под боком у хозяина.

«Удивить Святого… И как его вообще можно удивить, разве он уже не видел абсолютно всё за свою долгую жизнь?! Хитрец нашелся, да вот спустился бы со своей платформы и сам походил, раз так скучно!» – Мысленно ругался он. А заодно помолился всем на свете богам чтобы уберегли его от… от всего. Не знал от чего, поэтому попросил за всё сразу.

Первая неприятная для Янь Линя новость состояла в том, что перед ним сами открывались все двери. Словно стража уже получила приказ Почтенного и без проблем пропускают юные таланты туда, куда заведут их ноги. Ну или судьба. Всё равно заключенные тут не смогут им навредить, а эти, еще и века не пожившие, никак не освободят их, даже если сами бы захотели.

Спустя несколько развилок перед ним открылись одни особо толстые врата, ведущие в большой зал. Там стол, кровать и ничего больше, весьма спартанские условия. За столом сидела… девушка? Одета в старомодное коричневое кимоно, на лице круглые очки, на голове огромный круглый пучок. Она была слегка бледной и худой.

Когда Янь вошел, эта девушка медленно повернула голову. Она неспешно встала, опираясь на стол, всем своим видом напоминая какую-нибудь фанатичную библиотекаршу с покалеченными меридианами, которая вечно болеет и вообще долго не проживёт.

Однако едва ли такому первому впечатлению можно доверять. Янь на подкорке чувствовал подвох!

– Юноша… – произнесла она, улыбнувшись. Прикрыла глаза, нервно протерев очки. – Хотя скорее даже мальчишка, едва годящийся мне в правнуки… Святому опять стало скучно? Ах он негодяй, бедных детишек пугает. – Осуждающе покачала головой.

Янь так и стоял недалеко от выхода, застыв на месте. Он нервно прижимал к себе бок медведя и пытался уложить в голове два противоречивых образа: невинная хрупкая библиотекарша, молодая на вид, но разговаривающая как старушка, и тот факт, что она заключена в Кубе. Это ж что за страшный грех она совершила?!

«Ни на шаг ближе не подойду!» – Решительно заключил Янь.

– Боишься? Я тут за одно предсказание… Одно несчастное гадание и такое наказание…

– Было бы дело в гадании, вас бы убили, а не засунули в эту комнату. – Ответил Янь, наконец-то выпрямившись.

– Что же, убивать меня и правда нельзя… Но посадили именно за одно предсказание. Справедливо ли это?

– Зависит от самого предсказания… Мой учитель мне говорит, что Прялки не любят сильного вмешательства в судьбу. Должно быть вы своим гаданием тех еще дел натворили…

– Твой учитель весьма древних кровей, знаешь ли. И как же его зовут, позволь узнать?

– Не скажу, вы мне голову забьете выдуманными фактами о нём.

– Ну какой боязливый. – Проворчала она привередливо. – Больно мне надо какому-то малышу козни строить, да еще и на закате моей жизни. – Однако через несколько секунд она снова оживилась, с игривым прищуром поглядывая на юношу в дверях. – А ты весьма необычный юноша, и душа у тебя странная…

– Вы… – Янь нерешительно продолжил. – Вы лучше бы сказали, что за предсказание такое совершили?

– Оооо, интересно стало? – Она весело вздохнула, поманив пальцем. – Подойди на пару шагов ближе, дай рассмотреть себя, тогда и скажу… Я соскучилась по людской компании.

– Эээ… – Вместо этого Янь сделал небольшой шажок назад. – Ну не скажите, так не скажите, больно оно мне надо, и без этого спокойно живётся.

– Ну какой скучный. Тогда и не скажу ничего. – Хмыкнула она, скрестив руки на груди. – Хотя мне всё равно тоскливо тут… – Задумчиво пробормотала она, начав нервно расхаживать из стороны в сторону, то поправляя своё платье, то пучок волос. В итоге она остановилась, снова уставившись на Яня. – Хотела бы я погадать тебе назло, но из этой темницы я не могу ничего считать, ах. Ну и ладно. Я совсем старая, жизнь подходит к концу, чай, гордость не рухнет, если отвечу на твой вопрос. Но! – Она покачала пальцем. – Только на один.

– О? И вы и правда ответите на любой вопрос?! – Янь застыл. Сначала он не поверил, но рой мыслей в его голове всё равно загудел, пытаясь справиться с наплывом искреннего любопытства.

– Да.

– А этот мой вопрос про ваш вопрос не считался одним из них?

– Нет. – Устало выдохнула она. – Но подумай хорошенько…

Янь Линь замолчал, сжав кулак. Что же такого он может спросить? Она древняя, знает историю. И наверняка о культивации много полезных вещей может сказать. Проблема в том, что скорее всего этот ответ услышат и на площади… Нельзя задавать вопрос, касательно самого себя или про великие семьи, секты. Ибо если ответ будет плохим, то проблем он получит выше головы.

С другой стороны, зачем тратить единственный вопрос на культивацию, когда у него уже есть древний учитель?

В итоге Янь вздохнул. Осторожно погладил медведя и решительно спросил:

– Откуда вы?

– Ах ты маленький хитрый светлячок… – Она подпёрла подбородок рукой. – А у твоего мишки глазки внимательные….

– У вас душа какая-то странная, вот мне и интересно стало. – Обычно Янь не может видеть настолько сложную духовную суть, но тюрьма подавляет силы этой заключенной, плюс душа зверя и артефакт глаза Духовного Поводыря, всё это и выявило странный тщательно охраняемый секрет. Внутри этой женщины не было звезды или огонька, как бывает у всех людей всех миров. Вместо этого там плотная на вид серая сфера.

И как душа вообще может быть каким-то… камушком?! Или эта сфера имеет сложную структуру внутри?

– Я из этого самого мира. Это одна еретическая техника, позволяющая избежать смерти. Защита души, чтобы не утянуло к Сансаре. Оболочка взрывается, душа несется в еще не рожденный сосуд и перерождается с сохранением личности. – Она хитро подмигнула. – Поэтому меня и не могут казнить. Прялки её очень не любят… – В итоге девушка поправила очки и с кряхтением отправилась обратно к столу. – Если видишь кого-то с такой душой, то знай, что его врагом лучше не становиться… Впрочем, от старости эта техника не защитит. Если умереть естественным путём, то камень просто рассыпается.

– Как многого о мире я еще не знаю. – Янь несколько секунд стоял, задумавшись, и в итоге махнул рукой. – Ну ладно, я тут задержался уже, мне бы пора еще куда-то сходить, а то таким Святого вряд ли удивишь. Спасибо вам за полезный факт! – Протараторил он. Последний раз взглянул на женщину и торопливо вышел за дверь, пока она ему окончательно зубы не заговорила.

…

Когда Янь исчез, возле барьера с девушкой появился страж пика Зарождения в черном плаще с капюшоном.

– Я уж думал ты опять свои фокусы будешь проворачивать.

– Мне жить осталось сорок лет от силы, чего других донимать.

– Совесть проснулась? – Не веря подметил Страж.

– Я похожа на того, у кого есть совесть? – Она крайне усталым взглядом посмотрела на тюремщика. – На его душу кто-то смотрел.

– … Смотрел? На старость лет совсем голова закостенела?

– Не зря же меня посадили сюда. – Её взгляд злобно сверкнул. – Я прекрасно вижу духовный мир и намного дальше… Из самых глубин на его душу кто-то смотрел. Я видела лишь тьму, но чувствовала этот взгляд и слышала хлопки множества тяжелых крыльев. У меня проблем и без этого хватает.

– Вот ведь старуха проклятая! – Выругался он. Вечно она то правду говорит, то ложь, и никогда не определишь, что есть что.

…

Янь Линь в это время неспешно шёл по коридору, растерянно раздумывая над диалогом. Вообще-то было интересно, но едва ли достойно первого места. Да и второго…

– Надо же, а с виду и не скажешь, что эта какая-то страшная грешница. – Пробормотал Янь. – Хотя это она под барьером и из-за стражей вся такая невинная. Не зря же её сюда посадили? А ты что думаешь? – Спросил он, глянув на идущего рядом медведя. Тот лишь недовольно фыркнул.

«Хожу тут на потеху Святому, будто заняться больше нечем.» – Пронеслась в голове мысль.

Чем дольше Янь бродил по этим коридорам, тем страннее они ему казались. Их планировка не имела смысла! Вроде бы если эта тюрьма называется кубом, то должна иметь вполне понятную симметричную структуру, а ему же казалось, что она как-то… меняется? Движется.

Следующая комната, где оказался Янь, на первый взгляд была пустой. Однако стоило ему задействовать свои глаза Духовного Поводыря, как картина преобразилась: на стенах повсюду виднелись сложнейшие ограничивающие массивы, и вокруг центра была сразу несколько барьеров. Стражи явно пытаются сдержать тут кого-то могущественного…

«Вот оно мне надо вообще? Третье место тоже хорошо, чего рисковать зря.» – Подумал Янь Линь и уже развернулся, чтобы торопливо выйти, как вдруг услышал за спиной голос.

– Только в гости пришёл, уже уходишь?

Янь медленно повернулся. В центре появилась мужская фигура в черном рваном кимоно и с яркими пламенно-рыжими волосами. Высокий, на теле и прямо на одежде то и дело появлялись глаза, которые хитро прищуривались и быстро исчезали. От самого же тела исходила черная дымка.

«Это скверна?» – Предположил Янь, задумчиво смотря вперёд. – «Хорошо, что барьеры удерживают туман внутри…» – У него, конечно, иммунитет, как он уже помнил по экспедиции в мертвый мир, но этот факт слабо его утешал. Не хотелось лишний раз испытывать судьбу.

Так они вдвоём и стояли друг напротив друга. Две противоположности: праведник с душой, выжигающей скверну, и тот, чья душа полностью состоит из греха.

– У тебя странная душа, ты знаешь об этом?

– Вы уже второй, кто мне об этом говорит, чего пристали-то с этой душой! – Слегка раздраженно выпалил он, недовольно скрестив руки на груди. – Придумали бы чего пооригинальнее.

– От правды не убежишь. – Хрипло рассмеялся мужчина. Глаза на его теле начали появляться и исчезать быстрее, оглядывая Яня с ног до головы. – Я чувствую в тебе что-то от древних богов…

– Я ничего об этом не… – Однако юношу прервали.

– ПОЧЕМУ ИМЕННО ТЫ?! – внезапно этот огненноволосый демон резко перестал быть спокойным, а глаза на его теле гневно покраснели. – СВЯТОША ПРОКЛЯТЫЙ! Сколько веков я гнался за древними богами, скольких убил, сколько крови пролил! Почему именно ты?! ПОЧЕМУ ИМЕННО ТЫ?! – мужчина разгневанно метнулся вперёд, врезавшись во внутренний барьер. Он обратился черной дымкой и начал метаться по комнате, врезаясь в защитный барьер, отчего тот начал рябить и волноваться от перенапряжения. – ПОЧЕМУ Я ЧУВСТВУЮ В ТЕБЕ ЧТО-ТО ОТ ДРЕВНИХ БОГОВ?! Что ты прячешь?! – не переставая повторял он. – Что ты прячешь, черт возьми?!

– Проклятье, да вы из ума выжили, я к этому никакого отношения не имею! – прокричал Янь и тут же молнией метнулся к выходу. – Миша! Мишенька, лапами шевели быстрее! Где у этой чертовой тюрьмы выход, вытащите меня отсюда, плевать я хотел этот этап! Какие же тут все страшные!

…

В комнату с тремя барьерами тут же влетели Стражи, стабилизируя темницу.

– Это бесполезно! – Прошипел один из них, напряженно подпитывая внутренний барьер. – Угомонись уже!

– Стабильно. – Облегченно выдохнул второй, когда барьер укрепился. Вообще-то там было еще два внешних, да и иные сдерживающие силы, однако никто из них не собирался рисковать, позволяя разъярённой скверне громить темницу.

– И чего так взбесился из-за какого-то мальчишки?