Бежать в неудобной обуви было непросто, но расстояние между ней и Грейсоном неуклонно сокращалось.

И в тот самый миг, когда она наконец нагнала его, её нога зацепилась за камень.

«Ах, только не это».

Упасть во время первой же встречи — какое жалкое зрелище. За долю секунды в её голове пронеслась сотня мыслей.

Но не успела Эдит опрокинуться навстречу земле, как её талию перехватила крепкая мужская рука. Рука мгновенно обняла её за тонкий стан и притянула к себе — всё произошло словно в тумане. Зонтик, который она держала, выпал, покатился по земле и отлетел в сторону, но ни один из них не обратил на него ни малейшего внимания.

Они стояли вплотную друг к другу. Даже сквозь слои одежды она почувствовала, что на его талии и животе нет ни унции лишнего жира.

Эдит тяжело сглотнула и вскинула голову, встречаясь с синими глазами, которые уже смотрели на неё сверху вниз. Его взгляд был глубоким и непроницаемым. Понять, о чём он думает, было абсолютно невозможно.

«Неужели теперь он сочтёт меня никчёмной девицей, которая спотыкается на ровном месте при первой же встрече?»

Это было бы жутко несправедливо. Вся эта ситуация возникла лишь потому, что он даже не подумал замедлить шаг ради неё и просто зашагал вперёд сам по себе.

— Вы шли слишком быстро, — высказала она своё замечание.

В ответ с его губ сорвалось короткое: «А». В этом звуке не было ни удивления, ни раздражения — она так и не поняла, что он означал.

Пока она изучала его лицо, рука, обнимавшая её за талию, медленно разжалась.

— Вам следовало сказать об этом раньше.
— У меня не было такой возможности.
— Я не подумал о вас. Прошу прощения.

Столь неожиданно лёгкое извинение удивило её. Глядя на его холодный, отстранённый взгляд и плотно сжатые губы, она решила, что он похож на Матео, старшего сына маркиза, — из тех людей, которые винят всех вокруг в собственных промахах.

— Нет, всё в порядке.

Грейсон наклонился, поднял упавший зонтик и аккуратно смахнул с него пыль платком. Эта простая последовательность движений была настолько элегантной и грациозной, что Эдит не могла оторвать глаз от его рук.

Когда она взяла предложенный зонт и они снова двинулись в путь, Грейсон пошёл рядом. На этот раз его шаг полностью подстроился под её собственный.

«А он не так уж и плох», — подумала Эдит.

С третьим принцем королевской семьи Райли, вопреки ожиданиям, оказалось на удивление легко разговаривать. Разумный человек ведь способен в какой-то степени понять обстоятельства, верно? Даже если это брак без капли нежности, рождённый из чистой необходимости, возможно, они всё же смогут жить, проявляя друг к другу хотя бы крупицу уважения.

— Причина, по которой я устроил это свидание, кроется в том, что вокруг нас ходит слишком много слухов.

Его внезапное объяснение на мгновение застало Эдит врасплох, но вскоре она поняла: это был ответ на вопрос, который она задала ещё в карете.

— Если всё дело в слухах, то меня они не волнуют.
— Зато волнуют меня.

«С чего бы это тебя так волновали слухи о том, что я сумасшедшая?» — вопрос едва успел оформиться в мыслях, как ответ последовал незамедлительно.

— Ах. Ваша слабость?

Он посмотрел на неё сверху вниз с нечитаемым выражением лица, после чего едва заметно кивнул. Эдит тихонько рассмеялась.

— Что ж, справедливо. Мужчине не сделает чести слава человека, который не способен отказать женщине, использующей его слабость. Но неужели одно-единственное свидание действительно утихомирит эти толки? Люди ведь могут пустить новые сплетни — будто я вынудила вас пойти со мной, потому что удерживаю над вами контроль.

— До свадьбы остаётся четыре месяца. Этого времени более чем достаточно, чтобы уладить дело со слухами. Отныне мы с вами будем ходить на свидания как минимум раз в неделю.

Она едва не выпалила: «Мы об этом не договаривались», но вовремя прикусила язык. Ей и самой было выгоднее, чтобы общество верило, будто между ними зарождаются чувства. Единственная проблема заключалась в том, что теперь ей придётся каждую неделю переживать подобные удушающие моменты. На данный момент Грейсон согласился на этот брак по причинам, о которых она пока не могла даже догадаться, — но кто знает, как изменятся его мысли позже? Если бы она не видела его вплоть до самого дня свадьбы, ей бы не пришлось переживать о том, что она может его спровоцировать.

«Если я задену его эго, он вполне может решить расторгнуть помолвку».

А значит, первостепенная задача — понять его нрав. Что ему нравится, а что вызывает отвращение. Что пробуждает в нём любопытство, а что нагоняет скуку.

«А если мне удастся выяснить, почему именно он согласился на этот брак... будет ещё лучше».

Ресторан «Вамонт» на Королевской дороге представлял собой фешенебельное заведение с цокольным этажом и тремя этажами над землёй. Ради спокойного обеда Грейсон полностью арендовал весь третий этаж.

Однако, пока они проходили через залы ресторана и поднимались по лестнице, посетители успели заметить Грейсона и Эдит.

— Почему Его Высочество здесь?..
— А кто эта женщина?
— Ну та самая, которая сошла с ума...
— Её привела ведьма из Моулда...
— ...

Поскольку в ресторане царила тишина, этот шёпот доносился до них болезненно чётко. Грейсон украдкой взглянул на Эдит, шедшую подле него. Ему было любопытно, как женщина с репутацией сумасшедшей отреагирует на подобные грязные сплетни — и как ему самому справляться с хаосом, если она устроит сцену.

Но вопреки его опасениям, Эдит никак не отреагировала. Она просто смотрела прямо перед собой с абсолютно безучастным лицом.

«Неужели она не услышала?»

Исключено. Даже провожавший их служащий вздрогнул от этих реплик.

«Тогда почему?»

По слухам, «безумная дочь» маркиза не выносила даже малейшей критики и мгновенно бросалась в драку. И всё же эти вульгарные оскорбления она полностью проигнорировала.

«Похоже, у леди Эдит весьма избирательное безумие».

Если она понимала, что этот брак — шанс, который нельзя упускать, колоссальная ступень наверх, тогда её поведение обретало смысл. Когда Элиана, та самая «ведьма из Моулда», вышла замуж за маркиза и привела с собой дочь, Эдит естественным образом стала юной леди этого дома. Но быть дочерью по закону вовсе не означало, что к ней будут относиться как к равной. Эдит всё равно оставалась лишь дочерью ведьмы. Но если она станет герцогиней, всё изменится. Слухи не исчезнут полностью, но гораздо меньше людей осмелятся оскорблять её так открыто, как только что.

«Тогда дела пойдут проще».

Будь она действительно не в своём уме, это стало бы проблемой. Но если у неё хватает благоразумия не разрушать этот брак, то в будущем они вполне смогут договориться о мирном сосуществовании.

Третий этаж «Вамонта» встречал гостей огромными панорамными окнами от пола до потолка. Благодаря солнечному свету и теплу от камина в зале было приятно и уютно.

Сидя у окна с видом на Королевскую дорогу в ожидании трапезы, Грейсон внимательно изучал Эдит, сидевшую напротив. Она слегка поджала губы, устремив взор в окно. В лучах солнца её огненные волосы сияли подобно рубинам, отчего фарфоровая кожа казалась ещё белее. На её безупречном лице всё было гармонично, каждая черта находилась точно на своём месте. А её золотистые глаза — с чуть приподнятыми уголками, как у кошки — оставались яркими и чистыми.

Даже будучи дочерью ведьмы, было легко понять, почему так много юношей искали её расположения. Её внешность была безупречной — красивой настолько, что и придраться не к чему. Будь она законной дочерью маркиза, она вполне могла бы побороться за место подле кронпринца.

После уличного холода в тёплой комнате её щёки окрасились нежным румянцем. Она явно понимала, что Грейсон наблюдает за ней, но старательно делала вид, будто ничего не замечает. Ему это даже понравилось, поэтому Грейсон не спеша наслаждался созерцанием её красоты.

Вскоре поднялись несколько слуг и принялись расставлять на просторном столе блюдо за блюдом. Поскольку он велел принести всё разом, дабы их не беспокоили, стол быстро заполнился тарелками с яствами.

Как только прислуга удалилась, Грейсон взял ложку. Эдит последовала его примеру и с лучезарной улыбкой произнесла:
— Спасибо за угощение.

«К тому же, весьма вежлива». Грейсон улыбнулся ей в ответ:
— Приступайте.

Они ели в тишине. На протяжении всей трапезы Эдит то и дело бросала на Грейсона украдкой взгляды, пока наконец не решилась заговорить:
— Ваша Светлость, у меня есть вопрос.

«И, похоже, немного нетерпелива». Грейсон отложил вилку и жестом пригласил её продолжить.

— Какова причина, по которой вы приняли это предложение о браке?
— А для этого обязательно должна быть причина?
— Да, разумеется. Брак — это не то, что покупают по наитию на рыночном прилавке. Будь то любовь или выгода, для этого должно быть основание. Но как бы я ни думала, этот брак кажется сплошным убытком для вас.

«С самокритикой у неё, судя по всему, проблем нет». Грейсон посмотрел на сидящую перед ним женщину, гадая, действительно ли это тот самый человек, о котором судачат как о «безумной дочери» маркиза.

Он переплёл пальцы на столе и молча устремил на неё свой взор.