Атмосфера была крайне неловкой. Невыносимо тягостной. Карин старалась даже не встречаться со мной взглядом, а Эрина нервно жалась к АА, не находя себе места. Сама же АА просто молча шагала вперёд, не проронив ни звука. Если бы она слетела с катушек и попыталась меня пырнуть, я мог бы по крайней мере прикончить её, но от вида её подавленного состояния, словно она пережила нечто ужасное, мне самому становилось не по себе.

Казалось, будто это я совершил нечто дурное.

Мы поднялись обратно по лестнице и подошли к двери. Голем всё ещё преграждал выход. Что бы нам ни предстояло — поножовщина или поединок, этим следовало заниматься уже снаружи, так что сейчас нужно было найти способ открыть эту дверь и убраться отсюда.

— Попробуем её сломать, — предложил я.

АА толком не ответила, лишь кивнула головой. Её движения были скованными и неестественными, словно у манекена-регулировщика, так что я окликнул её ещё раз:

— Господин Герой?

— А! Да. Да. Что вы сказали?

— Я говорю, давайте разобьём её.

Я указал на дверь, которую перекрывал голем. Какой вообще части голема я сейчас касался? Ягодиц? Спины? Я ощупал гладкую поверхность голема. Карин и Эрина обнажили мечи. Я тоже вытащил свою булаву. Увидев в моих руках булаву, Карин спросила:

— Разве вы не воспользуетесь Святым мечом?

— Я не привык к мечам.

— И всё же, почему бы не попробовать ударить им? Вдруг у него есть какой-то особый эффект.

Поскольку я только что изучил окно характеристик Святого меча, я был абсолютно уверен, что ничего подобного у него нет, но объяснять всё это было сущей морокой. Поэтому я решил просто поступить так, как сказала Карин. Сам по себе меч был острым, казалось, им можно рассечь даже камень.

Я приставил клинок к твёрдой поверхности голема. То ли дело было в том, что это легендарное оружие, но в тот миг, когда лезвие коснулось голема, камень разошёлся словно тофу. На ощупь он напоминал железо, но меч резал его без малейшего сопротивления — поистине прославленный клинок. Увидев, как остриё погружается в породу, я надавил ещё глубже.

— А-а-а-а-а-а-аргх!..

В то же мгновение раздался душераздирающий, оглушительный вопль. Мы все разом зажали уши и повалились на пол — пещера содрогнулась от этой волны. И тут же перед моими глазами всплыло окно статуса:

[Мегаголем мгновенно погибает под действием особенности «Справедливая цена».]

Я не мог взять в толк смысл этих строк. Кто мгновенно погиб? Блять, я же думал, этот эффект действует исключительно на людей! Разве голем — это человек?!

Но времени ломать над этим голову не оставалось. Голем действительно разрушался. Созданный из крепчайшего железистого камня, исполин плавился, словно слизень. Седьмой ярус вновь открылся нашему взору. Растекшись бесформенной лужей, останки голема заполонили пол, и каменная кладка жадно впитывала эту вязкую жижу.

— Это...

Карин прижала ладонь ко рту и медленно подошла к останкам голема. Громадная туша чудовища, прежде чудовищно раздутая, стремительно усыхала. Бесформенные массивные конечности постепенно приобретали человеческие очертания. Человек. Да, это был человек. Я вызвал окно статуса.

[Невозможно просмотреть окно статуса погибшего.]

Блять. Точно. Непрерывно сжимающееся тело голема окончательно превратилось в холодный труп мужчины. На его спине был начертан сложный магический круг. Карин провела по нему пальцами. Чуть ниже магического круга темнел глубокий след от клинка, оставленный мной всего минуту назад.

— Это магический круг. Похоже, кого-то превратили в голема с помощью магии.

— Превратили в голема?

— Да. Если предположить, что это творение древних, всё сходится. Говорят, в древности существовала магия, способная насильственно перестроить тело преступника в голема, сохранив при этом его личность и рассудок нетронутыми.

Пиздец какая жуткая магия. Если так, выходит, этот ублюдок сидел взаперти здесь, на седьмом подземном ярусе, в полном сознании всё это время. Ждал героя, ищущего Святой меч, который мог бы вообще никогда не явиться. Бесконечно, без всяких надежд и обещаний, неспособный ни умереть, ни заснуть.

Тут в моей голове возник иной вопрос. А действительно ли Святой меч запечатали таким вот образом? Если это подлинный Святой меч, разве не должны были хранить его в каком-нибудь хранилище под королевским дворцом? Зачем держать его в подобном подземелье? Да ещё и используя для охраны этих ненадёжных ублюдков-преступников.

Карин вытащила из-за пояса нож.

— Карин? Зачем тебе нож?

— Разве нам не нужно забрать магический круг? Тело наверх мы утащить не сможем, поэтому разумнее всего срезать кожу со спины и забрать лишь магический круг для исследований.

— ...Наверху стоят солдаты, почему бы не передать тело им?

— Пожалуй, это тоже неплохая мысль.

На лице Карин промелькнуло странное разочарование. Судя по повадкам этой суки, ей прямо-таки вошло во вкус сдирать кожу с преступников. Иначе с чего бы ей таскать на поясе кинжал для свежевания? Заготовить нож для чистки картошки и свежевальный кинжал... Не стань она рыцарем, из неё наверняка получилась бы серийная убийца уровня Ив.

Мы решили пока оставить тело здесь и посмотрели наверх. Выше оставалось ещё шесть големов. Внезапно мне в голову закралась пугающая мысль. Судя по тому, как остальные члены отряда переводили взгляды по ярусам, они подумали ровно о том же.

— Возможно... те люди, которые жили в здешних комнатах...

АА дрожащей рукой указала на самый нижний ярус. Четыре комнаты в самом низу. По две койки в каждой — максимум восемь человек. Всего в подземелье было семь големов. То есть семь человек. Число, практически совпадавшее с количеством спальных мест. Помещение без уборной и без склада провизии. Чистое пространство без единого стражника.

Мужчина с магическим кругом на спине. Обращённый в голема.

Они не погибли и не сбежали. С самого начала мы стояли лицом к лицу с теми, кто обитал на этом нижнем ярусе. Эрина без сил опустилась на каменный пол, мелко дрожа. От всей этой истории веяло неподдельным ужасом и жутью. АА посмотрела на меня.

Верно, ведь Святой меч был в моих руках. Хотя, честно говоря, я уже понятия не имел, Святой ли это меч вообще. Может, этот клинок засунули сюда лишь для того, чтобы продлевать пытку преступников ложной надеждой. Если так, нам оставалось сделать одну простую вещь: освободить всех големов, пронзив их клинком.

Выставив лезвие вперёд, я произнёс:

— Давайте освободим их. Одного за другим.

Раз уж мы забрали Святой меч, нести караул им больше не требовалось. Зеваки, заглянувшие сюда из любопытства, могли запросто расстаться с жизнью, да и применить этих големов для иных целей вряд ли представлялось возможным, так что их всё равно следовало уничтожить.

В конце концов, не могла же АА сопровождать каждую последующую исследовательскую группу.

Я стал подниматься с яруса на ярус — шестой, пятый, четвёртый, — методично вонзая меч в задницу каждому голему. Всякий раз чудовища пронзительно визжали, а их каменные тела ссыхались. Неужели в момент смерти они испытывали неописуемую боль? Ни один из них не поблагодарил меня за освобождение. Впрочем, никаких приветствий и благодарностей я и не ждал.

Всаживая лезвие в очередного голема, я пришёл к любопытному выводу. Значит, если изначально цель была человеком, эффект клинка срабатывает, даже если облик изменился. У этого меча на удивление широкий спектр применения. Раз уж он сработал на големе, сотворённом из человека, значит, клинок подействует и на оборотней с зомби, которые изначально тоже были людьми.

Я-то сперва счёл первое свойство меча исключительно подлым приёмом для предательского удара в спину, но оно оказалось поразительно универсальным.

Когда я глубоко вогнал меч в задницу голему на первом этаже, последний исполин испустил дикий предсмертный вопль и обратился человеком. Вот так запросто всё это подземелье превратилось в подобие квест-комнаты детективного жанра, где на каждом этаже лежало по истощённому мужскому трупу.

На спине у каждого из них виднелся магический круг, головы были наголо обриты, а на запястьях багровели уродливые шрамы, словно от кандалов. Убедившись, что последний мужчина мёртв, я вознёс заупокойную молитву по канону Церкви Верховного Божества. Эрина подала голос:

— Ты умеешь оплакивать мёртвых?

— Вообще-то я верховный жрец.

Глядя на нас с Эриной, АА словно погрузилась в глубокие раздумья. Честно говоря, я вообще не понимал, какой теперь был смысл во лжи Эрины. Какой бы чокнутой сукой ни была эта эльфийка, не станет же она нести чушь про «тайное искусство зачатия детей» прямо перед АА.

Так, каждый со своими мыслями, мы выбрались наружу.

От лица нашего отряда Карин поведала охранявшим вход солдатам о телах на нижних ярусах, и стражники поспешили забрать их. В полумраке подземелья это не так бросалось в глаза, но здесь, при дневном свете, стало очевидно: погибшие заметно отличались от жителей здешнего королевства.

Провожая взглядом повозку с телами, отправлявшуюся в королевский дворец, Карин поинтересовалась:

— Вы ведь все отправитесь в королевский дворец? Если пойдёте с нами, вас ждёт отчёт и щедрая награда.

Мне, как новому владельцу Святого меча, идти туда в любом случае было необходимо, но вот Эрине и АА являться во дворец особой нужды не было. Их задачей была лишь зачистка подземелья. Да и вообще, им не было никакого дела до королевских указов и докладов.

Поэтому Карин решила завлечь их «щедрой наградой». Однако Эрина покачала головой:

— А, нет. Я сейчас же возвращаюсь в своё королевство, дабы применить тайное искусство зачатия детей...

— А, ну да.

Карин оборвала её на полуслове. Я тоже мысленно покачал головой. Эрина принадлежала к той породе людей, которые ни за что не отступятся от своей лжи, пока им хорошенько не врежут по лицу. Судя по всему, Карин уже держала Эрину за законченную шлюху. С того самого инцидента в подземелье она буравила эльфийку леденящим взглядом.

Посмотрев на АА с нескрываемой жалостью, Карин спросила:

— А вы, господин Герой?

— А, я...

— Разумеется, АА отправится со мной в Ахильдерн...

АА схватила Эрину за плечо. Глаза Эрины расширились от изумления. Мы с Карин машинально потянулись к оружию. Нам обоим показалось очевидным, что сейчас АА ударит Эрину.

Однако АА поступила совсем иначе.

— Эрина. Я прощаю тебя.

— Ч-что?..

— Всё дело в том, что сейчас я женщина, и поэтому ты не можешь насытиться, верно? Так ведь?

— Э-это...

Глаза Эрины забегали, судорожно выискивая оправдание. Но сказать ей было нечего. АА лучезарно улыбнулась и произнесла:

— Но ты ведь всё равно любишь меня, Эрина?

— К-конечно! Я всегда любила только тебя!..

АА крепко обняла Эрину. А затем добавила:

— Я вернусь мужчиной. Обязательно.

Затем она поцеловала Эрину в щёку и скрылась в чаще леса. Карин прищурилась ещё сильнее, с презрением глядя на Эрину. Та с совершенно ошарашенным видом смотрела на лес, где только что исчезла АА, и машинально поглаживала щёку.

Надо бы трахнуть Эрину ещё разок, прежде чем отправляться в путь.