Сняв шлем, Лю Вэйань повалился на кровать и не двигался, но вскоре почувствовал неладное: привычной слабости не было, голова оставалась ясной. Вспомнив два белых кристалла, съеденных сегодня, он сразу понял, в чём дело.

Открыв глаза, юноша увидел полумрак. Сегодня он вышел из игры по меньшей мере на полтора часа позже обычного. Нажав на выключатель, он зажёг люминесцентную лампу — та вспыхнула ослепительно ярко, залив комнату белым светом, и перед ним возникли две фигуры, большая и маленькая. Лю Вэйань не удивился, только спросил: «Почему темно, а свет не включили?»

Обе — женщины: старшей около тридцати, младшей лет одиннадцать. Общее у них одно — худоба, та самая, от долгого недоедания, когда кажется, что их сдует порывом ветра. Лица исхудали так, что глаза казались огромными.

На лицах и открытых участках кожи у обеих было множество красных точек, некоторые уже распухли и гноились, выглядело жутко, но Лю Вэйань смотрел на это как на обычное дело.

Это были бродячие мать и дочь. Волей случая они спасли Лю Вэйаню жизнь, и он, пережив опасность, приютил их. Вообще-то он и себя едва содержал и не имел права брать кого-то ещё, но тогда, если бы он их не приютил, их наверняка убили бы как распространителей вируса.

Лю Вэйань, однако, знал: симптомы у обеих лишь похожи на оспу, но заразности в них нет.

Мать — Чжао Наньнань, девочка носила фамилию матери и звалась Чжао Синь. Наверное, имя давали в надежде, что она будет расти здоровой и счастливой, но реальность, очевидно, растоптала это прекрасное пожелание.

«Мама сказала, что надо экономить электричество», — звонко проговорила Чжао Синь. На лице её отразилась радость оттого, что Лю Вэйань проснулся, и вместе с тем немного застенчивости из-за пятен. У Чжао Наньнань были красивые черты лица — плавные линии, тонкие черты; не будь этих красных пятен, она была бы писаной красавицей. Во взгляде её читалась тоска; она лишь гладила волосы Чжао Синь, думая о чём-то своём.

Лю Вэйань вздохнул про себя и поднялся с кровати.

Комната была всего в десять квадратных метров — поставишь кровать, и свободного места почти не остаётся. Окон нет, большая железная дверь давно проржавела от сырости, благо люминесцентная лампа светит ярко. У изголовья стояла старая тумбочка; открыв ящик, Лю Вэйань увидел только две энергетические трубки и сразу понял, отчего у Чжао Наньнань такой тоскливый взгляд.

Энергетическая трубка — базовый источник энергии для поддержания жизни. Это извлечённая из пищи эссенция, без цвета и запаха, она лишь не даёт умереть с голоду. Для большинства бедняков и рабов — единственное средство выжить.

По стандарту одной трубки хватает на сутки жизнедеятельности, но для большинства бедняков и рабов даже одна трубка раз в три дня — уже счастье. Многие рабы растягивают одну на пять дней. Нехватка энергии приводит к тому, что приходится подолгу спать, чтобы сократить её расход, но тогда не работаешь — не зарабатываешь — и беднеешь ещё сильнее. Порочный круг.

Мать и дочь Чжао не принимали энергетические трубки уже три дня. Чжао Наньнань ещё держалась, но Чжао Синь — нет: организм растёт. И всё же мать не решалась дать ей трубку, потому что больше всего энергия нужна Лю Вэйаню. Ему предстоит идти в Мир демонов зарабатывать, а без сил там верная смерть. Лю Вэйань — единственный кормилец в этой семье из трёх человек.

Лю Вэйань обвёл взглядом мать и дочь. В глазах его были и благодарность, и жалость, но больше всего — ненависть к несправедливости этого мира. Однако эти чувства промелькнули лишь на миг, и он сказал: «Я выйду ненадолго».

Мать и дочь вздрогнули одновременно. На лице Чжао Синь отразился страх, Чжао Наньнань помедлила и тихо сказала: — Будь осторожен.

Лю Вэйань кивнул и вышел.

Сейчас было около шести-семи вечера, но стояла кромешная тьма, словно глубокой ночью. Ветер завывал, пронизывая до костей, температура упала до жалких значений. Лю Вэйань поплотнее запахнул свою тонкую латаную одежонку и решительно зашагал вперёд.

Это была уже не Земля, а Марс — Марс 3017 года. Хотя он прожил здесь три месяца, привыкнуть к здешнему климату и условиям так и не смог.

Три месяца назад он ещё был на Земле. Пусть в приюте, но там хотя бы кормили, давали книги, рядом были друзья. Однако судьба сыграла с ним злую шутку.

Однажды тёмной ночью всегда приветливый директор вызвал его, после чего его запихнули в машину и увезли. Он стал убийцей и был приговорён к ссылке на Сатурн без права возвращения. Поначалу он ничего не понимал, но когда его усадили на космический корабль, идущий к Сатурну, до него дошло: он взял на себя чужую вину.

Увы, прозрение пришло слишком поздно. Но, похоже, судьба услышала его молитвы: когда корабль приближался к Марсу, на него напали космические пираты. Такое событие — раз в десять лет. После ожесточённой схватки корабль рухнул в район рабов на Марсе. Лю Вэйань сбежал в суматохе, прихватив игровой шлем. Именно во время побега он встретил мать и дочь, которые промышляли сбором мусора. Тогда они были чумазые, с гниющими язвами на лицах и невыносимым запахом. Лю Вэйань спрятался под юбкой Чжао Наньнань и пережил самый опасный обыск. Потом, двигаясь ночами и отсыпаясь днём, добрался до границы района рабов и трущоб, снял на украденные деньги подвал и обосновался там.

Месяц назад, выйдя за покупками, он снова увидел ту самую мать с дочерью. Непонятно, как они здесь оказались. Трущобы хоть и не намного лучше района рабов, но порядки там строже: людей вроде Чжао Наньнань с дочерью, заподозренных в заразной болезни, принудительно забирают, а при сопротивлении могут пристрелить на месте. Помня об их спасении, Лю Вэйань тайком привёл их к себе.

Незаметно пролетел месяц. Трое тратят больше чем вдвое против одного, и хотя все стараются экономить, они уже на грани нищеты.

В Мире демонов тоже не так-то просто выжить.

Мир демонов — настоящее место, только в другом измерении. Точно известно одно: это уж точно не Солнечная система.

В 2717 году человечество после невероятного расцвета неизбежно пришло в упадок. Земля, Марс, Юпитер и Сатурн были перенаселены, противоречия вспыхивали одно за другим: разрыв между богатыми и бедными, классовая борьба, партийные склоки, войны между государствами, подпольные группировки, террористы… Всё это недовольство кипело, как вода в скороварке: кипело, кипело, кипело — и скороварка взорвалась.

Война началась на Сатурне, быстро перекинулась на Юпитер, затем на Марс, а потом и на Землю, колыбель человечества. Год сражений почти уничтожил планеты, бесчисленное множество людей погибло, население сократилось на треть. Как говорится, беда не приходит одна: в самый разгар боёв явились пришельцы.

Наука Земли давно вышла за пределы Солнечной системы. Сотни лет человечество безуспешно искало инопланетян, а они появились в самый неожиданный момент.

Характер войны изменился: из гражданской она превратилась в отпор агрессору. Десять лет кровопролитных боёв — и пришельцев удалось отбросить. Но Земля, Марс, Юпитер и Сатурн лежали в руинах, повсюду радиация, а население сократилось до менее чем одной тысячной от пика.

Техническая цивилизация едва не откатилась к первобытному строю — ту войну позже назвали Войной Конца Света.

Триста лет развития вернули технологии на уровень две тысячи семьсот семнадцатого года, но планеты, израненные войной, так и не смогли восстановиться до прежнего состояния. Минули столетия, а радиация всё ещё была смертельной, огромные территории превратились в запретные зоны, виды мутировали, чудовища развелись повсюду. Впрочем, всё это были мелочи. Настоящая беда крылась в другом: за тысячи лет хищнической добычи недра планет Солнечной системы почти опустели. Все девять планет обшарили вдоль и поперёк — ресурсов нашлось кот наплакал. Оставалось разве что сунуться на само Солнце.

Нехватка ресурсов — вот главнейшая проблема, перед которой стояло человечество.

И как раз когда правители трёх великих империй решили запустить план «Прополка», случилось непредвиденное. «Прополка» означала одно: убрать среди людей сорняки. Сорняки бесполезны, но тянут из почвы питание. Сорняками же считались рабы, бедняки и преступники.

После Войны Конца Света прежние государства Солнечной системы рассеялись как дым, и на их месте встали три новые империи: Империя Великая Хань, Империя майя и Федерация Атлантиды. По причинам исторического порядка людей заново разделили на сословия — от высшего к низшему: аристократы, граждане, простолюдины и рабы.

У рабов не было почти никаких прав — только судьба быть зарезанными.

План «Прополка» отложили из-за Мира демонов. Проект «Чёрная дыра», который три империи разрабатывали сообща, рванул во время испытаний. Обычно взрыв означает провал, но в этот раз вышло иначе: «Чёрная дыра» провалилась, зато появился побочный продукт — Мир демонов.

Проект «Чёрная дыра» потерпел крах, но зато открыл связь с неведомым миром. Этот мир населяли по большей части магические звери, и главное — он ломился от ресурсов, втрое больше тех, что успели выкачать из Солнечной системы. Можно не сомневаться: запасов Мира демонов человечеству хватит как минимум лет на триста.

Так и появилась на свет игра под названием «Грабёж».

Как уже говорилось, проект «Чёрная дыра» по сути был провальным, поэтому у «Грабежа» хватало изъянов. Например, человек не мог попасть в Мир демонов во плоти и даже пронести с собой хоть какую-то вещь — только через игровой шлем, в виде мозговых волн, а уж там, после мысленного формирования образа, рождалось живое тело.

Это тело было точной копией настоящего — ни телосложение, ни умственные способности не отличались. Разница была одна: сгенерированное в Мире демонов тело после смерти можно воскресить. Правда, с ограничениями — ждать приходилось долго, обычному человеку целый месяц.

Главная особенность «Грабежа» — возможность переправлять вещи из Мира демонов в человеческий мир через космическую чёрную дыру. Правда, только неживые предметы. Пусть и неидеально, но для людей это была огромная радостная новость: мясо, растения, минералы из Мира демонов текли в мир людей нескончаемым потоком, и кризис нехватки ресурсов разом ослаб.

Мысли Лю Вэйаня блуждали, а ноги тем временем несли его всё быстрее. Через десяток с лишним минут он вышел в торговый квартал, и вокруг сразу стало оживлённее.