На первом уроке, едва раздали задания по чтению, Фань Сяоюань впала в ступор.

Первый вопрос оказался не тестовым?!

Она уставилась на контрольную работу в оцепенении, а в её глазах читалось отчаяние.

Она просидела так минуты две, пока не привлекла внимание учителя. Та посмотрела на неё и окликнула:

— Фань Сяоюань?

— …А? — Фань Сяоюань тут же очнулась и собравшись с духом, выпалила:

— Учитель! А первый вопрос плохо видно!

Учитель опустила взгляд на свой экземпляр.

Фань Сяоюань, сама не зная почему, занервничала и мысленно взмолилась: не уверена, что правильно сказала, но Юйвэнь Кэ должен понять намёк и после уроков спросить про сон!

Однако не прошло и двадцати секунд, как с задних рядов раздался спокойный голос Юйвэнь Кэ:

— Учитель, а в первом вопросе вариант «С» плохо понятен?

В классе зашушукались. Учитель поправила очки:

— В смысле плохо понятен? — Она глянула в свой лист. — Напечатано чётко, просто читай внимательнее.

По классу прокатился лёгкий гул. Кто-то хихикнул.

Юйвэнь Кэ неловко кашлянул:

— Вчера плохо спал, извините.

«Ну зачем нужно было так притягивать за уши эту «С»? Нельзя было просто после уроков спросить? Вышло же глупо», — подумала Фань Сяоюань, инстинктивно обернувшись. Но он уже уткнулся в задание.

В тот день чтение было спаренным уроком. Неловкая контрольная заняла первый урок и перемену и закончилась через пять минут после начала второго. Учитель дала десять минут отдыха, а оставшиеся полчаса отвела на самоподготовку. Можно было учить слова, делать задания или просто сидеть, уткнувшись в парту, — никому не было дела.

Фань Сяоюань так и сделала — уткнулась в парту. Она не была из тех, кто умеет продуктивно заниматься сама: рано утром, когда вокруг никого, ещё могла спокойно просидеть час за заданиями, но стоило оказаться в людном месте — и способность учиться напрочь пропадала.

Просидев так пять минут, она почувствовала вибрацию в кармане.

Фань Сяоюань достала телефон и спрятав его в ящике парты, глянула на экран: запрос в друзья в WeChat от пользователя с незамысловатым именем «Юйвэнь Кэ», в сообщении значилось, что он нашёл её через группу класса.

Фань Сяоюань нажала «Принять», и едва открылся диалог, как пришло сообщение:

«После уроков поговорим в соседнем кафе».

Фань Сяоюань ответила «Хорошо», хотела добавить, что и сама хотела поговорить о проблеме с баскетбольным клубом, но подумала и стёрла — лучше при встрече.

В половине пятого, после последнего урока, Фань Сяоюань сразу направилась в «Старбакс» на третьем этаже ближайшего торгового центра. Юйвэнь Кэ задержался — помогал учителю проверять работы — и пришёл только без пятнадцати шесть.

— Прости, что опоздал. — Он снял рюкзак, сел и устало вздохнул, подперев голову рукой. — Так… что это вообще такое? Реально попадание в другой мир? Почему мы вдруг туда попадаем?

— …Откуда я знаю.

Фань Сяоюань подвинула к нему айс американо — заказала ещё двадцать минут назад.

Юйвэнь Кэ поблагодарив, отхлебнул и спросил:

— А вы разве не читаете такие романы про попаданцев?

— Я такого не встречала. — Фань Сяоюань вздохнула, нервно усмехнулась и добавила:

— Там либо попадают и не возвращаются, либо перемещаются из мира в мир. А чтобы на ночь попадать, а днём возвращаться… Я о таком не слышала.

— Странно…

— Но я думаю, не стоит переживать.

Юйвэнь Кэ нахмурился и посмотрел на неё.

— Я там, кажется, императрица! — Глаза Фань Сяоюань загорелись. — Чего мне бояться?

— …А вот мой статус, похоже, так себе, — с грустью протянул Юйвэнь Кэ. — Наверное, какой-нибудь мелкий чиновник.

— Я тебя прикрою! — Фань Сяоюань хлопнула рукой по столу и забросила ногу на ногу. — Смотри, там даже евнухи есть — значит, либо бесчеловечный феодальный строй, либо рабовладельческий. А при таких порядках слово императора — закон. Раз император свой — чего бояться?

Юйвэнь Кэ замялся, не находя что возразить.

Фань Сяоюань довольно рассмеялась и добавила:

— С этим всё ясно. Но есть у меня одна нерешённая проблема, которую нужно с тобой обсудить.

Юйвэнь Кэ слегка удивился:

— Какая?

Фань Сяоюань:

— Ты видел пост на школьном форуме?

Юйвэнь Кэ:

— Нет.

Фань Сяоюань:

— …?

— Я обычно не захожу на форум. — Юйвэнь Кэ слегка нахмурился, но потом снова расслабился. — А что случилось?

Фань Сяоюань серьёзно подалась вперёд и глядя ему прямо в глаза, заявила:

— Группа поддержки старшей школы бросила нам вызов. Но ты же знаешь про старые разногласия между вашим баскетбольным клубом и нашей группой поддержки? Короче, мне нужно, чтобы ты от имени клуба опубликовал официальные извинения. Тогда мы сможем с чистой совестью принять вызов!

Юйвэнь Кэ поднял брови, несколько секунд молча смотрел на неё, затем кратко ответил:

— Не согласен.

— Почему?! — остолбенела Фань Сяоюань. — Ты что, не считаешь, что тот старшеклассник тогда был неправ? Эта дурацкая история уже три года тянется, не пора ли нам просто помириться?!

Юйвэнь Кэ нахмурился:

— Я знаю, что он был неправ. Но разве тебе не кажется, что этот спор сам по себе нелеп? Из-за одной шутки раздуть такой скандал, выяснять отношения годами — это же по-детски!

— Но…

Фань Сяоюань запнулась, потом снова хлопнула по столу:

— Если ты так думаешь, тогда зачем твой вице-президент подбивает Нин Нин уговаривать меня выступить?!

— …Кто подбивает Нин Нин? — переспросил Юйвэнь Кэ, затем раздражённо схватил рюкзак и поднялся. — Это скорее всего, личная инициатива вице-президента. И та ссора три года назад — тоже личный поступок того парня. Может, лучше потратите энергию на учёбу, чем выяснять, кто круче?

— Эй, ты…

У Фань Сяоюань перехватило дыхание от злости, но не успела она договорить, как Юйвэнь Кэ уже вышел, оставив её одну.

«Ну и парень… Как можно вообще не интересоваться тем, что в школе творится?! Хотя, если подумать, он по-своему прав. Но спор-то уже идёт, вся школа смотрит! И что значит — взять и уйти?!»

Фань Сяоюань была вне себя. Всю дорогу домой в автобусе она просидела с каменным лицом. Дома она кое-как взяла себя в руки, поужинала с родителями и заперлась в комнате делать уроки.

Как типичная троечница, она делала уроки просто: решала то, что знала, а что не знала — о том даже думать было не о чем, мозг выдавал чистый лист. Поэтому оставляла как есть.

А обида, похоже ещё сильнее сокращала список того, что она могла решить… К девяти вечера она, расстроенная, завалилась в кровать. Хотела полистать телефон, но мысли разбегались, и через пять минут, отложив его в сторону, она провалилась в сон.

Летняя резиденция, парк Цзыцин. В павильоне Чжиминэ, где остановилась императрица, было тихо. Служанки и евнухи толклись перед флигелем, то и дело косясь на главные покои, и чем дольше стояли, тем сильнее недоумевали.

Сколько этот Юйвэнь во дворце? Года три, наверное. И всё это время — ни разу не был при дворе. Позавчера ещё и разгневал императрицу, а после вообще в реку сиганул. А вчера, непонятно каким чудом, после того как её величество велела доставить его, она не только не стала наказывать, но и позволила ему поправлять здоровье в своих покоях.

Весь день просидели в комнате. Те, кто заходил с чаем, говорили: сидят молча, каждый при своём.

К вечеру её величество не только не велела ему уходить, но и сама, покачиваясь направилась во флигель, безразлично бросив, что пусть он остаётся в главных покоях, а она переночует во флигеле.

«Что за чертовщина? Чем он её зацепил?» — гадали слуги. И тут из соседнего флигеля донёсся шаркающий звук шагов.

Они мигом встрепенулись, распахнули дверь и согнувшись в поклоне, зашли с приветствиями, готовые помогать одеваться.

Пока Фань Сяоюань сидела за туалетным столиком, позволяя служанкам возиться с причёской, одна из них с улыбкой доложила:

— Ваше величество, господин Юйвэнь уже почти поправился, он…

— Не хочу его видеть! — Фань Сяоюань со всей силы хлопнула по столу и рявкнула.

Служанка тут же замолчала. Фань Сяоюань увидела в зеркале, как та замерла на секунду, а потом бухнулась на колени:

— Простите, ваше величество!

Фань Сяоюань перевела дух и раздражённо махнула рукой:

— Вставай, вставай. Это не твоя вина. Просто сделайте так, чтобы я его не видела.

Все слуги замерли и синхронно перестали дышать.

Фань Сяоюань не сразу поняла, просто почувствовала, как напряжение повисло в воздухе. После короткой паузы старший евнух осторожно спросил:

— Осмелюсь спросить, что прикажете? Отослать обратно? Или… — он замолчал и провёл рукой по горлу.

Фань Сяоюань аж поперхнулась. Она изумлённо уставилась на евнуха в зеркале, и тому стало не по себе. Скажи она такое три дня назад — и Юйвэня бы уже и след простыл. Но после вчерашнего… теперь они понятия не имели, что у неё на уме.

Фань Сяоюань ещё посидела в ступоре, потом до неё начало доходить, и на лице медленно расплылась зловещая улыбка:

— Точно… это же я тут главная!

Как раз в этот момент Юйвэнь Кэ с остатками сна в глазах, потягиваясь вышел из главных покоев.

Фань Сяоюань увидела его в полуоткрытое окно, злобно стиснула зубы и рявкнула:

— Доставить его ко мне!

Слуги и глазом моргнуть не успели, как двое евнухов уже выскочили, скрутили Юйвэнь Кэ и поволокли во флигель.

— Что опять? — насторожился Юйвэнь Кэ, но не успел договорить, как его втолкнули в комнату. Он пошатнулся, едва удержавшись на ногах.

— Фань… — увидев её, он чуть не ляпнул по имени, но вовремя осекся и церемонно поклонился:

— Ваше величество.

Императрица, восседавшая за туалетным столиком, не спеша поправила цветок в волосах, тронула серёжки и только потом медленно обернулась. Её накрашенные губы тронула лёгкая улыбка, взгляд скользнул по его лицу.

— Юйвэнь Кэ, — протянула она вкрадчиво. — То дело, о котором я тебя просила, ты правда отказываешься сделать?