Локк продолжал преследование по шестому проходу, однако, как ни странно, настичь дрессировщика ему так и не удалось.

Добравшись до просторного зала, Локк уже собирался достать из кольца звездного мира три магических растения — Императоров гнилостных аморфофаллусов, — чтобы отправить эти три цветка с заклинанием 【Фейерверк】 на поиски.

В этот момент по круглой гостиной неожиданно прокатилась волна магического сияния, и на полу проступил сложный узор — это было заклинание школы защиты: принудительное изгнание.

Вот только сработала она не на запуск, а на завершение.

Прямо над залом открылись пространственные врата.

Из портала вышла женщина с вытянутым лицом; вид у нее был уставший и настороженный. Она носила белую мантию волшебника, а ее тело источало сияние святой магии.

«Кто здесь?»

Эта святая волшебница уставилась на Локка: «Черный волшебник!»

В ее руке материализовался световой клинок, сотканный из святой магии — то было заклинание первого круга 【Крестовый святой меч】, и каждый луч в этом оружии таил в себе разрушительную мощь святой магии.

«Черный волшебник, вы посмели захватить корабль, это тягчайшее преступление. Немедленно...»

Локк продемонстрировал значок временного советника Хижины Лилит, подтверждая свою личность.

Женщина-святой волшебник на миг опешила: «Прошу прощения, те черные волшебники заманили меня в ловушку и запечатали. С трудом задействовав козырь, я вырвалась раньше времени, а едва выйдя, сразу увидела тебя и приняла за черного волшебника».

Локк кивнул: «Я преследую черного волшебника, которого тяжело ранил. Загнал его сюда, но потерял из виду — не знаю, где они спрятались».

«У этих черных волшебников при себе Семя затмения солнца. Если они доберутся до энергетического ядра пустотного корабля, быть беде».

Женщина-святой волшебник опустилась на пол и с глубоким пониманием кивнула: «Раз так, здесь всего два прохода: ты беги по тому, а я по этому. Разойдемся и проверим каждый свой путь, годится?»

Локк бросил на нее взгляд и, почувствовав от нее ауру истинного волшебника на стадии сжижения, сразу успокоился: «Ладно, без проблем. Единственного волшебника на стадии газообразования среди них я уже прикончил. Думаю, с остальными ты справишься без труда».

После этого они разошлись у развилки впереди зала, каждый вошел в свой тоннель и продолжил преследование.

Пробыв в погоне около пяти минут, Локк вдруг остановился у входа в один из проходов, немного подумал, заподозрив неладное в поведении той женщины-святого волшебника, и тут же повернул назад в зал.

Едва вернувшись, он обнаружил на полу карту Джокера: на ее обратной стороне красовалось изображение женщины-иллюзиониста.

Кроме того, через смотровое окно из золотого кристалла времени в верхней части этого зала Локк увидел, что за пределами Солнечного Серебряного Челнока спасательный летательный аппарат уже отделился от пустотного корабля и устремился вдаль.

В этот самый момент магическое освещение в зале вновь работало в обычном режиме.

Зазвучал динамик передающего заклинания, транслируя встревоженный голос: «Уважаемые пассажиры, без паники. Наш дирижабль подвергся нападению черных волшебников, но к настоящему моменту преступники бежали. Судно ведет работы по ускоренному устранению повреждений и подсчету жертв. Экипаж дирижабля берет на себя полную ответственность за любые потери, вызванные этим инцидентом».

Локк видел сквозь смотровое окно из золотого кристалла времени, как Солнечный Серебряный Челнок плавно удаляется от гигантской магической картины снаружи.

«Та женщина-святой волшебник, должно быть, и есть та самая женщина-иллюзионист из Цирка Магических Воров, — размышлял Локк. — Вот только исходившее от нее тогда магическое давление соответствовало обычному волшебнику, а поскольку та женщина-святой волшебник находилась на стадии сжижения, я подсознательно отбросил эту версию».

«Но если вдуматься, в той ситуации было слишком много нестыковок».

«И надо же было им так запросто ускользнуть».

Вспомнив всё, Локк понял: скорее всего, женщина-иллюзионист с самого начала не появлялась перед ним в истинном теле.

Ее прежняя оболочка с магическим давлением обычного волшебника наверняка была либо марионеткой, либо подчиненным ей чужим магом.

Сама же она подстроила сцену в этом зале, якобы применив принудительное изгнание ради собственного запечатывания, чтобы лишь дождаться его приближения, выйти из разлома и сразу ввести его в заблуждение, заставив принять за попавшую в ловушку коллегу-белого волшебника.

К тому же она искусно выдала себя за святого волшебника — всем известно, что святые волшебники фанатичны не меньше членов Руки Джунглей, поэтому, услышав, что подобная воительница намерена преследовать черных волшебников, он на уровне инстинктов решил, что проблема решена.

Из-за этого он и ослабил бдительность.

Глядя сквозь смотровое окно из золотого кристалла времени на прорывающийся сквозь пространство небольшой пустотный корабль, Локк слегка покачал головой: «Этот Цирк Магических Воров и впрямь банда обманщиков. Похоже, клоун вовсе не главарь, а истинный лидер — та скрывающаяся в тени женщина-иллюзионист».

«Интересно, сведет ли нас судьба вновь? Эти ребята промышляют на воздушных маршрутах дирижаблей, так что вполне возможно. Но теперь-то они точно запомнят меня надолго».

……

Внутри малого пустотного корабля женщина-быстрописец поддерживала раненого дрессировщика, ее лицо исказилось от тревоги.

Уложив стонущего от боли дрессировщика на импровизированный операционный стол в отсеке корабля, она при помощи пинцета и прочих инструментов бегло осмотрела рану: «Это золотая магия. Частички золотого песка застряли прямо в твоей плоти, они будут причинять нестерпимую муку».

«Босс, на этот раз мы понесли тяжелейшие потери: клоун мертв, кукловод пленен, дрессировщик искалечен. Из шести участников нашего цирка трое выведены из строя, теперь в труппе остались только вы, я и прорицатель».

Быстрописец нахмурилась: «К тому же мы почти ничего не награбили и были вынуждены спасаться бегством. Босс, почему мы не продолжили бой? Втроем мы вполне могли бы окружить и убить того волшебника на стадии газообразования!»

Женщина-иллюзионист холодно взглянула на нее и безжалостно произнесла: «Быстрописец, ответь мне, кто мы?»

Быстрописец опешила.

Уперев руки в бока, женщина-иллюзионист заявила: «Мы — цирк, мы воры, мы пираты с небесных дирижаблей. Нас преследуют и убивают, и это в порядке вещей. С самого первого дня в труппе я говорила вам: в Цирке Магических Воров не существует понятия мести. Смерть от рук белых волшебников означает лишь вашу собственную слабость».

«Цирк никогда не станет мстить за вас. Таков наш закон выживания. Если бы банда, чья суть — появляться из ниоткуда и растворяться как ветер, вздумала устраивать вендетту, мы бы разрушили единственный инструмент, благодаря которому держимся на плаву, и фактически уничтожили бы самих себя».

Быстрописец запротестовала: «Но…»

Женщина-иллюзионист перебила ее: «Марионетка, созданная для меня кукловодом, была уничтожена белым волшебником с того самого корабля. На том корабле нашим врагом является далеко не один волшебник Бехолдер. К тому же, перед тем как принять решение об отступлении, я просила прорицателя просчитать, получится ли у нас окружить и убить волшебника Бехолдера».

Быстрописец тут же перевела взгляд на прорицателя. Тот, мужчина средних лет в черной мантии волшебника, едва заметно покачал головой: «Я гадал по костяным картам духов. Мертвецы подсказывают… если мы попытаемся окружить и убить волшебника Бехолдера, возможно, у нас получится, но весь наш цирк будет полностью уничтожен».

Лицо быстрописца побелело: «Как такое возможно… неужели этот белый волшебник настолько силен? Наш босс — волшебник на стадии сжижения, неужели даже она не способна повернуть ход боя?»

Прорицатель и сам выглядел неуверенно: «Так или иначе, результаты гадания именно таковы».

Женщина-иллюзионист продолжила: «Эта неудача — наша вина, вернее, моя ошибка как стратега. Я катастрофически недооценила того белого волшебника, из-за чего наш цирк понес столь сокрушительные потери».

«Волшебник Бехолдер… Как вышло, что столь грозный противник до сих пор оставался в тени? Разве он не сидит безвылазно в какой-нибудь глуши, избегая внешнего мира?»

«Наш цирк промышляет лишь на воздушных трассах, обычные организации волшебников о нас почти не слыхали — о нас знают лишь те, кто связан с дирижаблями. Похоже, этот парень сделал карьеру на преподавательской службе в какой-нибудь академии волшебников и шел проторенной дорогой, иначе мы бы наверняка услышали о нем раньше».

Женщина-иллюзионист стиснула зубы: «Впредь перед каждой операцией тщательно проверяйте списки пассажиров. Если встретится это имя — Локк Августин, — немедленно сворачивайте дело».

«Мы — воры, а не воители, и соваться к столь опасным целям категорически запрещено».

Члены цирка умолкли, погрузившись в тяжелые раздумья.

Женщина-иллюзионист Зои обернулась и посмотрела на опустевшее второе небо за смотровым окном из золотого кристалла времени: «Ассоциация Белых Волшебников… какое ностальгическое название, я не слышала его уже очень давно. На мгновение даже всколыхнулись воспоминания об этих лицемерных ублюдках».

«Ладно, приведите все в порядок. Нынешний налет хоть и не принес баснословной добычи, но расходы мы окупили. По крайней мере, стало меньше ртов, требующих еды».

«В ближайшее время никаких крупных операций проводить нельзя, о нападениях на дирижабли придется забыть. Если мы привлечем внимание волшебника второго круга из школы прорицания, нам не поздоровится, даже несмотря на артефакты, глушащие прорицание».

«Пока что займемся кораблями волшебников покрупнее. С миру по нитке — голодному рубаха: грабя кольца звездного мира истинных волшебников на таких судах, мы все же сможем понемногу пополнять магические запасы».

Женщина-быстрописец посмотрела на женщину-пирата Зои и, словно вспомнив что-то, произнесла: «Кстати, босс, мне помнится, раньше вы упоминали, что сами происходите из белых волшебников? Причем из весьма знатного рода. Зачем же вы тогда стали черным волшебником, как и я?»

«Да еще и выбрали самую тяжелую, каторжную работу пирата среди всех черных волшебников? Обладая столь благородным происхождением…»

Лицо ведьмы Зои помрачнело: «Быстрописец, не задавай вопросов на запретные темы».

«Я больше никогда не хочу иметь ничего общего с этими белыми волшебниками».

Женщина-быстрописец кивнула: «И все же, благодаря вам, босс — вашей блестящей осведомленности об устройстве и защитных системах этих устаревших старых корыт вроде того пустотного корабля, — мы смогли развернуть наш промысел с таким размахом».