— Да.
Ли Хён ненадолго посмотрел наружу.
— Поле иссушающей инь куда опаснее, чем принято считать. Поработал там и сам понял. Пока я ещё держусь, но если останусь, моему пути к бессмертию придёт конец.
Причину ухода Ли Хён объяснил лишь приблизительно, однако в каком-то смысле сказал правду. Задержись он на Поле иссушающей инь надолго, его тайна раскроется. И тогда оборвётся не только путь к бессмертию, но и сама жизнь.
— А если попросить Палату дел внешнего круга перевести вас на другую работу?
— Говорят, учеников, однажды назначенных на Поле иссушающей инь, почти никогда не отзывают до срока. К тому же с виду я вполне здоров. У них нет причин менять мне назначение.
— Но ученика, покинувшего школу, считают предателем.
— Предателем? Слишком громкое слово. Ученик на ранней стадии Конденсации ци вроде меня не настолько значительная фигура. Я ведь не похищал сокровищ школы и не причинял вреда соученикам. Самое большее, пошлют нескольких учеников внешнего круга проверить, куда я делся. А если ещё оставлю правдоподобные следы своей гибели, у них не будет причин копать глубже.
— Вы действительно так думаете? Боюсь, культиваторы из Палаты блюстителей закона погонятся за вами и убьют.
— Сам подумай. Много кто станет преследовать человека, не вернувшего долг. Но сколько найдётся тех, кто пустится в погоню за своим благодетелем, чтобы ему отплатить? Я добросовестно исполнял распоряжения школы. Все духовные камни низшего качества и очки заслуг, которые Долина Чхонха выдаёт ученикам внешнего круга, лишь малая часть выгоды, которую она от них получает. Вот будь я учеником внутреннего круга, тогда другое дело…
Ван Со хотел возразить, но смолчал. Слова старшего брата Ли звучали убедительно. Видно, не зря тот родился на несколько лет раньше: хорошо разбирался в житейских делах.
— И куда вы собираетесь?
— Ещё не решил. Уйду куда-нибудь подальше от Долины Чхонха.
Ван Со немного подумал.
— По-моему, вам лучше совсем покинуть царство Тэён. Не безопаснее ли пройти через царство Аллын к югу от Тэёна и добраться до Унтхэка? В Саду духовных зверей я слышал, что в Унтхэке мало духовных жил, поэтому почти нет крупных сил культиваторов. Зато много вольных культиваторов.
— Унтхэк…
— Говорят, там есть несколько рынков вольных культиваторов, где торгуют духовными растениями, пилюлями, талисманами и артефактами. Если собираетесь практиковаться и после ухода из школы, разве не лучше отправиться туда?
— Спасибо. Учту.
Ван Со посмотрел на Ли Хёна, затем достал из-за пазухи маленький деревянный ларец.
— Возьмите это.
Внутри лежали три чёрных железных гвоздя длиной с палец. На поверхности были выгравированы тонкие узоры формации.
— Что это?
— Гвозди разрушения духа (破靈釘). Мне дали их за одно небольшое поручение. Артефактами их и назвать-то трудно, но если наполнить духовной силой и метнуть, удар будет гораздо сильнее выстрела из обычного арбалета. Защитное духовное сияние (護體靈光) культиватора второго уровня Конденсации ци они, думаю, пробьют.
— А тебе самому они не нужны?
— Я собираюсь стать мастером меча. Такое скрытое оружие (暗器) мне ни к чему.
Ван Со говорил так, но отвести взгляд от ларца ему было нелегко. Ясно было, что он дорожит этими вещами.
— Не надо. Оставь себе.
— Вы точно справитесь без них?
— У меня куда больше средств, чем ты думаешь. Как же я уйду, оставшись в долгу перед младшим братом?
— Если вам неловко брать все три, возьмите хотя бы один.
Ван Со вынул из ларца один Гвоздь разрушения духа и насильно вложил его в руку Ли Хёна.
— Хорошо, если такая вещь не пригодится. Но если понадобится, а под рукой не окажется, ведь пожалеете?
— … Ты прав. Тогда возьму один.
Ван Со убрал за пазуху ларец с двумя оставшимися гвоздями.
Ли Хён достал маленький пузырёк и протянул Ван Со.
— Здесь три пилюли питания истока из тех, что мне выдали как смотрителю Поля иссушающей инь. Прими, когда понадобится привести меридианы в порядок или если повредишь их, упражняясь по «Наставлению острого металла».
— Разве вы можете отдать их мне?
— Я получил их за работу на Поле иссушающей инь, значит, они мои. Как хочу, так и распоряжаюсь. Не волнуйся, у меня осталось ещё несколько. Считай, что это плата за гвоздь.
Ван Со бережно положил пузырёк в пространственный мешочек.
— Спасибо. Пусть вам сопутствует удача, старший брат.
— И ты береги себя.
Они вышли из пещеры. Пройдя несколько шагов, Ван Со обернулся.
— Если передумаете, скажите. Я могу попросить знакомого распорядителя помочь.
— Хорошо.
Ли Хён осторожно огляделся, проверяя, нет ли кого поблизости, затем спрятался и проводил взглядом Ван Со, пока тот не скрылся за поворотом горной тропы.
После вступления в Долину Чхонха Ван Со стал первым, кого Ли Хён мог назвать другом. Но больше им встретиться не суждено.
Именно поэтому Ли Хён взял у него лишь один Гвоздь разрушения духа, а взамен подарил пилюли питания истока, расплатившись за него. Уходить с неоплаченным долгом ему не хотелось.
Вернувшись в хижину на Поле иссушающей инь № 8, Ли Хён лёг и, практикуя «Искусство единой ци Первозданного Хаоса», погрузился в раздумья.
Решив покинуть Долину Чхонха, он принялся по порядку перебирать всё, что ему понадобится.
Прежде всего — еда.
Мирские жители считали культиваторов подобными бессмертным и полагали, что те не нуждаются в пище. Но культиваторы на ступени Конденсации ци далеко не обладали таким могуществом. Даже на ступени Заложения Основы нельзя было полностью отказаться от еды: чтобы избавиться от этой зависимости, требовалось по меньшей мере сформировать Золотое Ядро.
Конечно, это не означало, что на ступенях Конденсации ци и Заложения Основы ели что попало. От мирской пищи в теле накапливалась мутная ци, которая мешала практике, поэтому по возможности следовало питаться продуктами, насыщенными духовной ци.
Сейчас у Ли Хёна было около двухсот пилюль воздержания от пищи. Работая со старшим братом Но, он ел варёный рис Чхонха, а пилюли, которые выдавала школа, берёг и откладывал.
В миру тоже существовали средства, называвшиеся пилюлями воздержания от пищи, но школьные пилюли изготовляли из риса Чхонха и нескольких духовных трав. Они были несравненно ценнее мирских.
Если бы Ли Хён захотел ускорить свою практику до предела, он мог бы усваивать и по десять пилюль в день. Но, чтобы лишь утолить голод, достаточно было одной пилюли раз в два дня.
Кроме того, в пространственном мешочке у него лежало двадцать цзиней риса Чхонха. Смотрителям Поля иссушающей инь рис выдавали щедро, вот и удалось сделать запас.
Если сварить один цзинь риса Чхонха, этого хватало, чтобы не чувствовать голода пять дней.
«Значит, если думать только о том, чтобы не голодать… На пилюлях можно продержаться четыреста дней, а вместе с рисом Чхонха — пятьсот. На первое время еды у меня с запасом».
«К тому же, в отличие от других культиваторов, я вполне могу есть и мирскую пищу. Пусть из-за мутной ци практика замедлится, мне ведь не приходится спешить из страха, что жизнь подойдёт к концу».
Второе — семена.
Покинув школу, он собирался вырыть подземное убежище и жить в нём, а чтобы не скучать — выращивать самые разные духовные растения.
Только вот заранее угадать, какие из них приживутся под землёй, было трудно. Поэтому для начала Ли Хёну следовало запастись семенами как можно большего числа разновидностей.
К счастью, за несколько лет работы со старшим братом Но он уже обзавёлся семенами травы лазурной росы, цветка земных жил и кровосвёртывающей травы. Все они лежали в пространственном мешочке.
Кроме того, собирая урожай и заново засевая Поле иссушающей инь № 8, он понемногу откладывал семена цветка костегниения и травы тёмной души, которые оставались после того, как была отложена доля для следующего посева и на случай непредвиденных потерь.
Молодых клубней пурпурной ядовитой орхидеи он тоже накопил достаточно, чтобы засадить небольшое духовное поле.
А если прибавить к этому посевной рис Чхонха, получалось, что у него уже были семена семи видов духовных растений.
Остальные он решил поискать на рынках за пределами Долины Чхонха, когда отправится в путь. Насколько ему было известно, среди растений, которые выращивали во внешнем круге, всё равно не было сортов, становившихся ценнее с годами.
Третье — средства для боя.
Вот с этим было труднее всего: у Ли Хёна до сих пор не было артефакта, который мог бы стать его главным оружием.
Пока он жил в Долине Чхонха, сражаться, конечно, не приходилось. Но за пределами школы ему понадобится чем-то защищаться.
Он переписал и выучил наизусть немало простых заклинаний, однако хоть как-то применить на деле пока мог лишь те, которыми пользовался при уходе за духовными растениями. Ещё несколько заклинаний для защиты и бегства он едва начал осваивать, а остальные даже толком исполнить не умел.
Культиватор второго уровня Конденсации ци мог голыми руками справиться не только с тигром или медведем, но и с обычными разбойниками, вооружёнными холодным оружием. Однако это был мир сянься, и здесь действительно водились демонические звери, способные убить культиватора на ступени Конденсации ци.
Да что там звери: нынешнего Ли Хёна могли убить даже мирские мастера боевых искусств!
За время работы с духовными растениями он узнал немало об устройстве этого мира. Даже среди смертных, лишённых духовных корней, существовали ступени боевого мастерства, а достигших определённой ступени называли людьми мурима.
Среди них были могучие мастера, достигшие Запредельной вершины, а то и ступеней Преображения и Сокровенного. По словам старшего брата Но Пэксана, при удачном стечении обстоятельств — например, напав внезапно — они могли убить даже культиватора на ступени Конденсации ци. И такие случаи действительно бывали!
Особенно легко погибали те, кому не давали времени на заклинание, или те, кому недоставало боевого опыта.
Если трезво оценивать нынешние силы Ли Хёна, то при встрече с враждебным мастером Запредельной вершины где-нибудь на дороге за его жизнь нельзя было поручиться.
Новичок второго уровня Конденсации ци, которому до сих пор было не по себе даже при мысли об убийстве животного, Ли Хён уступал в силе и младшему брату Ван Со. Они поступили в школу одновременно, но Ван Со уже раньше него освоил «Формулу меча Лазурной стали».
Конечно, если направить духовную силу на создание защитного духовного сияния, мастер Запредельной вершины не так-то просто его убьёт. Но Ли Хён всегда жил настолько мирно, что боевых навыков у него не было вовсе.
Проще говоря, он был из тех, кто рефлекторно зажмурится, даже если ему в лицо полетит кулак обычного человека.
«Может, стоит научиться драться? Для начала надо хотя бы купить артефакт, прежде чем уходить. Похоже, настало время потратить оставшиеся очки заслуг и накопленные духовные камни низшего качества…»
Несколько дней спустя Ли Хён направился в Палату артефактов у подножия главного пика.
Всё здание было высечено из огромной скалы. На дверных косяках виднелись узоры формации размером с ладонь, и, когда он переступил порог, именная табличка едва ощутимо дрогнула.
Внутри пахло железом и маслом.
Вдоль стен стояли ряды невысоких полок. Предметы на деревянных подставках были аккуратно расставлены, а вещи, выглядевшие особенно дорогими, лежали в открытых деревянных ларцах, окутанные слабым сиянием.
Метательный нож величиной с ладонь, короткий меч с тёмно-синим отливом, круглый щит с узором из волн, бронзовое зеркало размером с человеческое лицо, нефритовая пластинка длиной с палец…
«О-о…»
Ли Хён невольно замедлил шаг.
Если подумать, с тех пор как он попал в этот мир, ему ещё ни разу не доводилось заходить в настоящий магазин. Впервые за долгое время вернулось знакомое по прошлой жизни чувство, с которым он мог всю ночь то добавлять товары в корзину, то убирать их оттуда.
За прилавком мужчина лет сорока натирал тряпкой короткое копьё.
— Что ищешь?
— Здравствуйте, старший брат. Я пришёл купить артефакт.
Мужчина отложил тряпку и скользнул взглядом по именной табличке Ли Хёна.
— Ученик внешнего круга, второй уровень Конденсации ци… Где работаешь?
— На Поле иссушающей инь.
— На Поле иссушающей инь… Кхм. Тогда на артефакт низшего ранга денег у тебя, наверное, хватит. Нелёгкая у тебя работа.
Голос мужчины стал чуть мягче.
— Меня зовут Чо Бом. Четырнадцатый год работаю в Палате артефактов. Раньше артефакты покупал?
— Нет.
— Я так и подумал.
— Простите, а не могли бы вы немного рассказать мне об артефактах?
— Хм… Мир артефактов слишком обширен, всего здесь и сейчас не объяснить. Если говорить об основах… Артефакты делятся на низший, средний, высший и наивысший ранги. Низшим и средним обычно пользуются культиваторы на ступени Конденсации ци, а высший и наивысший — для старших на ступени Заложения Основы.
— А выше наивысшего ранга ничего нет?
— Дальше идут уже не артефакты, а магические сокровища. Ими пользуются великие старшие на ступени Золотого Ядра. Нам такого не увидеть. А на твоём уровне и по силам, и по карману тебе только артефакты низшего ранга.
Чо Бом кивнул на короткий меч, лежавший на полке.
— Более высокий ранг не значит, что вещь непременно лучше. Если культиватор на начальных уровнях Конденсации ци возьмёт артефакт среднего ранга, то духовная сила кончится раньше, чем он успеет толком пустить его в ход. А если духовное восприятие не поспевает за артефактом, то, каким бы быстрым и мощным тот ни был, попадёшь не во врага, а в дерево или камень. Важно подобрать то, что тебе подходит.
Ли Хён указал на лежавшие рядом маленькие летающие иглы.
— А как насчёт этих?
— Материнская и дочерние летающие иглы. В набор входят одна материнская и шесть дочерних. Управлять нужно сразу всеми семью, так что духовное восприятие истощается быстро. По классификации это артефакт среднего ранга, но на деле даже культиваторам поздних уровней Конденсации ци нелегко с ним совладать.
Следующим ему на глаза попался синий лист величиной с ладонь.
— Это артефакт для полётов?
— Верно. Лист чистого ветра. Но на втором уровне Конденсации ци высоко на нём не поднимешься, а через половину двойного часа духовная сила и вовсе кончится. Стоит сорок восемь духовных камней низшего качества.
Ли Хён долго осматривал Палату артефактов, но так и не мог решить, что подойдёт ему лучше всего.
«Хм… Если подумать, благодаря Ван Со я ведь выучил наизусть и „Формулу меча Лазурной стали“, и „Начальные разъяснения о перемещении предметов и управлении мечом“. Наверное, разумнее всего взять артефакт низшего ранга в форме меча».
Он уже второй раз обходил полки, когда в самом дальнем углу, на нижней полке, покрытой тонким слоем пыли, заметил несколько незнакомых вещей, сваленных как попало.
Серп с выщербленным лезвием, лейку с длинным носиком и длинный меч с широким клинком и слегка туповатым остриём.
«Это точно… меч?»
Меч длиной чуть больше трёх с половиной чи выглядел необычно. Оба края клинка шли почти параллельно и лишь у конца плавно сходились к туповатому острию. Рукоять и клинок составляли единый кусок металла, причём за рукоять можно было взяться обеими руками.
А главное, в ширину клинок достигал целых полчи и был гораздо шире обычного длинного меча.
— Ты на него-то зачем смотришь? — с недоумением спросил Чо Бом. — Девятый год продать не можем.
— Это тоже артефакт?
— Называется меч Тосан, то есть «меч-лопата». Печати в нём простые, так что по классификации он относится к низшему рангу. А вот материал годится и для артефакта среднего ранга. Поэтому он особенно прочный.
— Из такого хорошего материала, и всё равно никто не купил?
— Так это же лопата.
«Лопата?!»
Чо Бом вздохнул и поднял меч Тосан.
— Был у нас один сумасшедший старший брат: задумал пахать духовные поля не техникой вспашки, а «Формулой меча Лазурной стали». Попросил изготовить ему лопату, которой можно было бы копать даже камень. Вот по его заказу и сделали этот артефакт из чёрного железа с добавлением камня земной кости. Внутри даже начертали печать техники размягчения земли. Стоит наполнить его духовной силой, и земля с камнем, которых коснётся лезвие, размягчаются.
— Понятно. Но почему вещь, сделанная на заказ, оказалась здесь?
— Пока меч Тосан изготовляли, тот старший брат достиг ступени Заложения Основы и бросил работу с духовными растениями. Я потом осторожно спросил, а он говорит: мне это больше не нужно, покупать не буду. Не станешь же спорить с культиватором на ступени Заложения Основы…