Рюдзаки мельком посмотрел на смартфон и вошёл в большой торговый комплекс.

Арис осторожно последовала за ним внутрь.

Первым делом он направился в отдел товаров для животных.

— У-у нас денег нет! Правда нет! Торговля вообще ужасно идёт, у нас ни иены лишней!

— У вас есть наполнитель для кошачьего туалета среднего размера?

— …А, так вы покупатель.

Рюдзаки, разумеется, приняли за грабителя.

— Пф.

Арис отвернулась и тихо прыснула от смеха.

Впрочем, реакцию продавца можно было понять.

Через учебный город проходили огромные деньги, а вместе с ними сюда стекались и самые разные тяжёлые преступления.

И многие преступники любили ходить с татуировками.

Людей пугала даже маленькая татуировка на руке, а у Рюдзаки на обеих были огромные драконы. Неудивительно, что продавец перепугался.

«…Подожди. Если он меня заметит, мне ведь конец?»

Только теперь Арис по-настоящему осознала, насколько смелой была её затея.

А может, она сама себе могилу роет?

Стало не по себе.

Если поймает… чего доброго, и правда закопает.

Рюдзаки тем временем продолжал ходить по магазинам.

А Арис всё сильнее недоумевала.

«…Что происходит?»

В голове рос один большой вопрос.

Почему…

Почему он настолько обычный?

— Маленькую порцию такояки, пожалуйста.

— Эм… вы ведь сначала заплатите, да? Простите, в долг мы не продаём…

— Я не собираюсь убегать, не заплатив.

«Не надо так искренне радоваться еде на дегустации».

«Не надо спокойно читать учебник, пока стоишь в очереди за уличной едой».

«И не надо выглядеть таким довольным, когда покупаешь напиток в автомате».

«Почему ты не заходишь в тот самый учебный центр, где якобы скрывается твой способ учёбы?»

«Уф… жарко».

Арис тащилась за ним по духоте в своей плотной одежде, а Рюдзаки тем временем буквально изображал самого обычного человека.

Хотя… это точно было изображение?

Если да, ему стоило идти не в школу, а в актёры.

«Вроде меня не заметил».

Иногда он оглядывался, но…

— Кх!

В какой-то момент взгляд Рюдзаки резко метнулся в её сторону.

Арис дёрнулась, как испуганная птичка, и натянула кепку пониже.

«Н-неужели заметил?»

— И-и-и! Простите!

— Что? Нет, это вы меня простите.

Оказалось, Рюдзаки просто встретился взглядом с другой школьницей. Та задрожала всем телом и поспешно поклонилась.

Похоже, Арис всё ещё оставалась незамеченной.

Она облегчённо выдохнула и снова принялась наблюдать.

Рюдзаки вежливо извинился перед испуганной девушкой и спокойно пошёл дальше.

И, глядя на него, Арис вдруг подумала:

«А что, если он правда ни в чём не виноват?»

Что, если никаких нечестных способов и специальных средств не было, а оценки он действительно поднял одними учебниками?

Если всё это было лишь её ошибкой, тогда становилось понятно и то, почему за весь день он вёл себя совершенно нормально.

— Соберись.

От жары в голову всякая ерунда лезет.

Надо сосредоточиться.

Первое место одними учебниками — это просто невозможно.

Даже Арис не была уверена, что сама смогла бы так.

Она несколько раз покачала головой, пытаясь прийти в себя.

По щеке стекла капля пота.

«…Пить хочется».

Жажда уже чувствовалась довольно сильно, но стоило отвлечься — и Рюдзаки с его длинным шагом легко мог уйти из виду.

«Потерплю ещё немного».

Арис продолжила следить за ним.

«Надо было хотя бы иногда заниматься спортом».

Она всего лишь шла, а дыхание уже сбилось.

Сколько прошло времени — Арис не знала.

Когда к жаре добавились лёгкая тошнота и головокружение, её глаза вдруг оживились.

Рюдзаки огляделся и свернул в безлюдный переулок.

«Наконец-то».

«Сейчас точно что-нибудь найду».

Арис слабо усмехнулась, выждала немного и двинулась за ним.

Она завернула за угол.

Хвать!

— А!..

В одно мгновение обе её руки оказались обездвижены.

Её моментально скрутили и прижали к стене.

Сердце провалилось куда-то вниз от совершенно незнакомого ощущения.

— Эй. Ты кто вообще такой?

Рюдзаки смотрел на неё сверху вниз холодными глазами, каких она у него ещё не видела.

«А-а… Мне конец».

Я заманил преследователя в переулок и мгновенно обезвредил.

Тело и правда было отличным: двигалось именно так, как я хотел.

— Эй. Ты кто вообще такой?

Оставалось только посмотреть на лицо.

Одной рукой удерживая незнакомца, другой я сорвал маску.

И увидел знакомое лицо.

— …Арис?

Что она здесь делает?

Она же говорила, что у неё дополнительные занятия.

Пока в голове один за другим появлялись вопросы, Арис мутным взглядом посмотрела на меня и тихо простонала:

— А…

А потом по щекам вдруг потекли слёзы.

— …Не убивай… пожалуйста…

— С чего мне тебя убивать?

Я поспешно отпустил её запястья.

— …Ты не злишься?

— Тут не злиться надо, а понять, что вообще происходит.

Если бы я хоть немного понимал ситуацию, можно было бы злиться или не злиться.

А сейчас я просто растерялся.

Я всерьёз решил, что это какой-то хулиган или человек из чужой группировки, и скрутил его по-настоящему.

А под маской оказалась лучшая ученица моего класса.

Что происходит?

Розыгрыш со скрытой камерой?

— А… слава богу.

Арис без сил осела на землю.

Сначала я решил, что просто отпустило напряжение, но выглядела она слишком странно.

«Взгляд расфокусирован. Кожа бледнее обычного. Вся мокрая от пота, дышит тяжело».

Неужели…

— Рюдзаки-и… у тебя вода есть?

Слова расплывались, и она всё время просила пить.

Теперь сомнений не осталось.

У неё обезвоживание и тепловое истощение одновременно.

Причина, судя по всему…

Она весь день ходила за мной в этой явно слишком тёплой кожаной куртке.

Почему она вообще весь день за мной таскалась, я обязательно спрошу позже.

Сейчас не время.

На уроках здоровья в прошлой жизни нас учили, что между тепловым истощением и тепловым ударом совсем тонкая грань.

Если оставить её так, недолго и до теплового удара.

— Арис. Я вызову скорую. Потерпи немного до приезда…

— …Нет.

Полумёртвая Арис слабо схватила мою руку, когда я потянулся за телефоном.

— Скорую… скорую нельзя… ни за что.

— Не вызывать?

— Не надо-о…

Пришлось убрать телефон обратно в карман.

Если человек настолько отчаянно отказывается, тащить его силой тоже как-то…

— С ума сойти. Подожди здесь.

Я осторожно убрал её руку и сбегал в ближайший магазин.

При тепловом истощении надо отдыхать в тени и восполнять воду и электролиты.

То, что ушло с потом, нужно вернуть как можно быстрее.

По крайней мере, именно так нас учили.

— Пить сможешь?

Арис потянулась к бутылке.

Но сил даже удержать её не осталось — пальцы разжались почти сразу.

— …Холодно.

Напиток пролился на и без того мокрую рубашку.

Пришлось самому понемногу поить её, наклоняя бутылку.

Горло едва заметно двигалось при каждом глотке.

Когда она кое-как выпила немного, я снова проверил состояние.

Лучше почти не становилось.

Похоже, она действительно вымоталась до предела.

«Что надо было делать, чтобы довести себя до такого состояния?»

Я невольно вздохнул.

Оставить её здесь — станет только хуже.

Скорую вызывать нельзя, и получается, что вариантов нет…

«Хотя нет».

Один вариант всё-таки есть.

Я без колебаний поднял Арис себе на спину.

Сквозь одежду чувствовалось влажное горячее тело.

«Легче, чем я думал».

Голова… кружится.

Тошнит…

Перед глазами всё вращалось, картинка постепенно теряла фокус.

«Что… я вообще делала?»

Арис впервые в жизни чувствовала себя настолько плохо и даже не могла сопротивляться этому состоянию.

Как сопротивляться, если тело вообще не слушается?

В какой-то момент мелькнула слабая мысль, что она действительно может умереть.

И тогда тело словно чуть поднялось в воздух.

Следом её окутало тёплое ощущение.

Если бы сейчас не было так жарко и она не промокла насквозь от пота, это тепло, наверное, казалось бы очень приятным.

— …легче, чем… думал.

Кто-то что-то пробормотал, но сил разбирать слова не было.

Стоило хоть немного расслабиться — и её тут же вывернуло бы.

Она из последних сил держалась.

Потом откуда-то потянул прохладный воздух.

Стало чуть легче.

А вскоре всё тело окружило что-то мягкое.

Разум, и без того доведённый до предела, окончательно сдался.

Сознание медленно погрузилось во тьму.

Неизвестно, сколько прошло времени.

В какой-то момент на груди появилось тёплое щекочущее ощущение.

— М-м?..

Арис медленно открыла глаза.

Первым делом она увидела роскошный потолок.

«…Так».

«Кажется, что-то не так».

Она медленно опустила дрожащий взгляд.

На груди, урча, топтался лапками тот самый котёнок, которого вчера кто-то забрал.

«Кто его забрал?..»

«А, точно».

В одно мгновение все воспоминания вернулись.

Хираги Арис — одна из пятёрки гениев учебного города и школьная знаменитость.

Впервые в жизни она проснулась в кровати ровесника-парня.

— …Что?