Глава 800: Разрыв отношений

— Отец... отец, как ты...

Отец Трасола, только что изображавший из себя величественного главу семьи перед Ли Циньу, при виде Старого Льва внезапно побледнел от страха!

Ранее Ли Циньу специально отправил людей договориться о встрече на начало месяца, зная, что Старый Лев отправится на совещание к Высшим лордам.

Отец и мать Трасола были очень довольны, ведь они знали, что глава семьи, Старый Лев, был сторонником превосходства человечества и больше всего на свете ненавидел инопланетян и ксеносов.

В Империуме человечества многие власть имущие даже не признавали таких, как полулюди, за людей!

Такие высокопоставленные лица, как Старый Лев, на совещаниях могли даже предлагать законопроекты о полной отмене статуса легальных полулюдей и их поголовной зачистке!

Столь радикальная позиция была связана с историей человечества.

У полулюдей — людей, чьи тела подверглись мутациям, — была долгая и неоднозначная история превращения из обычных людей в то, чем они стали.

Некоторые группы полулюдей даже создавали собственные режимы и, пользуясь слабостью Империума, пытались отделиться, нанеся человеческой империи тяжелейшие раны.

Обычные люди могли этого не знать, но такие влиятельные фигуры, как они, прекрасно помнили, какую страшную боль полулюди когда-то причинили человечеству.

Поэтому чем выше был статус человека, тем более радикально он относился к полулюдям!

Старый Лев, увидев в своем доме девушку-кошку Нову, покраснел от ярости.

Он указал на своего сына, отца Трасола, и разразился бранью:

— Ты, ублюдок, совсем лишился рассудка?! Как ты посмел впустить получеловека в мою резиденцию!

Ты хоть понимаешь, сколько глаз сейчас следят за мной? Ты притащил эту блохастую кошку в мой дом, ты хоть представляешь, сколько людей завтра на совещании Высших лордов потребуют моей отставки?! —

Девушка-кошка Нова, услышав такие обвинения, опустила голову, чувствуя глубокое унижение.

Ли Циньу нахмурился, ощущая сильное раздражение.

«Черт возьми, этот старый хрыч говорит такие грязные вещи. Она ведь беременна, носит под сердцем твоего правнука, а ты так с ней обращаешься?» —

Отец и мать Трасола втянули головы в плечи, выслушивая нагоняй. Отец Трасола дрожащим голосом пробормотал:

— Отец, но ведь Нова носит единственного наследника Трасола, твоего правнука! Ребенок наконец-то вернулся извне, и мы, как дедушка и бабушка, конечно же, хотели увидеться...

Не успел он договорить, как в ответ раздался рев Старого Льва:

— У меня полно правнуков!! Их тысячи!! Мне не нужен ублюдок с кошачьими ушами и уродливым хвостом на заднице!!

Мне нужен человек, нормальный, полноценный человек, а не эти чертовы инопланетные твари!! —

Девушка-кошка Нова уже плакала от этих слов. Ли Циньу молча встал, дернул её за рукав, намереваясь просто уйти.

Он сразу понял, что они оказались втянуты во внутренние распри семьи Золотого Льва.

Ли Циньу заранее выбрал начало месяца, когда Старый Лев должен был быть на совещании. По логике, заседания этого старика должны были длиться с утра до ночи, так почему он внезапно вернулся?

Ответ очевиден: кто-то донес!

Ли Циньу подозревал, что доносчиками были либо братья или сестры отца и матери Трасола — те, кто находился с ними в прямых конкурентных отношениях.

Если бы они смогли подавить отца и мать Трасола, то получили бы шанс претендовать на место следующего главы семьи Золотого Льва.

Ещё вероятнее, что донесли дети отца и матери Трасола, братья и сестры инквизитора Трасола.

Зачем девушка-кошка Нова пришла домой с ребенком во чреве? Конечно, за деньгами!

Инквизитор Трасол был самым любимым ребенком отца и матери Трасола, наиболее вероятным наследником семьи Золотого Льва.

Теперь, когда инквизитор Трасол погиб, его вдова вернулась, и родители, тоскуя по сыну, наверняка дали бы ей состояние, чтобы она могла обеспечить жизнь ребенку во вселенной.

Если отдать часть семейного имущества, то братьям и сестрам инквизитора Трасола достанется меньше. Конечно, они попытались бы помешать этому, вызвав Старого Льва.

Поняв это, Ли Циньу решил, что не стоит требовать никаких алиментов, и, взяв Нову за руку, собрался уходить.

Они оказались втянуты в чужие семейные разборки, а здесь, неровен час, и до убийства недалеко.

Однако, когда Ли Циньу, ведя Нову, попытался обойти собравшихся и проскользнуть к выходу, путь им преградили десятки охранников Старого Льва в силовой броне.

— Я разве разрешал вам уходить?! —

В глазах Старого Льва блеснул холодный свет, острый, как клинок, вонзившийся в девушку-кошку Нову.

Ли Циньу заслонил Нову собой и встретился взглядом со Старым Львом.

— Господин, мы — гости. Семья Золотого Льва именно так обращается со своими гостями? —

Старый Лев посмотрел на Ли Циньу и холодно хмыкнул:

— Ты — гость, если хочешь уйти, никто тебя не держит. —

Он протянул сухую руку и указал на Нову:

— Но она не уйдет. В её низменном теле получеловека течет благородная кровь семьи Золотого Льва!

Она воровка! Воровка крови!

Благородная кровь не может быть украдена грязным получеловеком, иначе это станет позором для всей семьи! —

Ли Циньу прищурился, его кулаки непроизвольно сжались.

— Господин, чего вы хотите? —

В глазах Старого Льва вспыхнул опасный огонек:

— Ребенка убрать, а она может быть свободна! —

Как только эти слова прозвучали, отец Трасола первым не выдержал:

— Отец!! Это же единственное, что осталось от Трасола в этом мире!! —

— Заткнись!! —

Старый Лев взревел, и в его глазах заплясало бешенство:

— Я же говорил: как только Трасол повзрослеет, немедленно подобрать ему пару! Но этот мальчишка уперся в свою так называемую «любовь»! А вы, родители, потакали ему!

В этой великой семье каждый член обязан жертвовать всем ради рода, включая браки!

Из-за вашего попустительства Трасол погиб, так и не вступив в брак.

Неужели вы хотите и сейчас позволить этому грязному получеловеку присвоить кровь семьи Золотого Льва? —

Сказав это, он махнул рукой своим солдатам:

— Взять её! Вернуть кровь моей семьи! —

Как только он отдал приказ, десяток охранников в силовой броне даже не шелохнулись. Все они стояли на месте, дрожа.

Старый Лев, увидев, что его приказ не исполняется, пришел в ярость:

— Мерзавцы!! Неужели слова главы семьи больше ничего для вас не значат?! —

Один из охранников в силовой броне весь затрясся, его суставы издавали скрипучие звуки. Он произнес сдавленным от колоссального давления голосом:

— Г-глава... мы... мы не можем пошевелиться... это... это псайкер высокого уровня... —

Старый Лев в изумлении поднял голову и только тогда заметил, что глаза Ли Циньу уже мерцали золотыми молниями.