Глава 640: Клятва Богом-Императором

Техножрец Бус с предельной серьезностью предупредил Ли Циньу:

— Господин, я обязан вас предупредить! Ваши мысли крайне опасны!

Как в официальных документах Империума, так и в догматах Адептус Механикус использование ксенотехнологий считается актом осквернения!

Если бы вы использовали лишь мелкие предметы вроде ксено-оружия, бронемашин или мехов, возможно, другие закрыли бы на это глаза.

Но огромный космический линкор... если о нем узнают влиятельные организации Империума и Адептус Механикус, это может обернуться против вас!

Ли Циньу скривил губы, не придавая этому особого значения.

Империум человечества — это, по сути, рыхлое космическое средневековье. Хотя здесь полно влиятельных организаций, занимающихся надзором, пространство для маневра все же есть.

Если ты слаб, а все равно используешь ксенотехнологии, то в случае поимки тебя, конечно, ждет верная смерть.

Если ты средней силы, достаточно притвориться, соблюсти видимость, и люди закроют на это глаза.

А если ты силен и используешь ксенотехнологии открыто, то что они тебе сделают?

Ли Циньу считал, что с его силой и репутацией он вполне тянет на «средний уровень». Пока соблюдаешь внешние приличия, никто не станет бездельничать и искать повод для неприятностей.

— Ладно, ладно, не нужно мне об этом говорить. Я сам знаю, как поступить. Скажи лучше, сколько времени потребуется на переоборудование этого линкора под имперские стандарты?

Главное — убрать все эти ИИ и автоматизированные штучки. Я не хочу, чтобы электронные демоны взломали и захватили весь корабль!

Ли Циньу отмахнулся. Техножрец Бус вздохнул: будучи советником, он мог лишь следовать воле господина.

— Господин, сейчас вы можете задействовать значительную часть внутренних ресурсов Планеты Синяя Вода, к тому же перепрошивка операционной системы считается мелкомасштабной модификацией.

Потребуется около полугода, чтобы заменить ИИ-компьютеры и системы автоматизации Тау на операционную систему, привычную для Империума человечества!

Ли Циньу улыбнулся:

— Раз так, поручаю это дело тебе. Я верю в тебя!

Техножрец Бус совсем не верил в успех, но снова попытался вразумить его:

— Господин, я должен вновь предупредить вас: использование ксено-линкора может навлечь на вас преследование со стороны Адептус Механикус и других имперских сил. Прошу, обдумайте это еще раз.

Ли Циньу был немного обескуражен его настойчивостью.

— Ладно, ладно, я понял. Скажу тебе так: я не собираюсь использовать этот линкор в составе нашего собственного флота. Я отправлю его в автономное плавание выполнять задания.

Даже если его поймает и потопит имперская инспекция, они не выйдут на нас. Понял?

Верно, Ли Циньу не собирался держать этот линкор при себе, он планировал сделать его независимым.

Ранее он уже приказал планетарному епископу собрать священные реликвии на планете и передать их ему — он собирался немедленно создать Алтарь Императора.

Разместив этот Алтарь Императора на линкоре Тау, он сможет возрождаться там и вести многопоточную торговлю!

Ли Циньу планировал, что линкор Тау будет одновременно торговать и лететь к месту предполагаемого нахождения колониального корабля эпохи Золотого века человечества, чтобы захватить его!

Как только он заполучит колониальный корабль Золотого века, Ли Циньу сразу взлетит — с этого момента он будет «есть, сидя на столе»!

— Все!

Ли Циньу похлопал техножреца Буса по металлическому плечу.

— Вопрос с переоборудованием линкора Тау оставляю на тебя. Предоставлю любые кадры и ресурсы, которые потребуются. Я лишь хочу, чтобы через полгода этот линкор был готов к самостоятельному дальнему космическому плаванию!

Техножрец Бус принял задание, а затем, приподняв бровь, сказал Ли Циньу:

— Господин, поступил запрос на связь с линкора №1 Тау. Принять?

Ли Циньу догадался, что они пришли требовать Эфирного, поэтому кивнул, позволяя техножрецу Бусу установить связь. В следующее мгновение в капитанском мостике зажегся голографический проектор, и появилось неприятное лицо капитана Цихе.

— Человек! Линкор мы вам передали, где Эфирный господин Чоу Юнь? Немедленно освободите его!!

Ли Циньу усмехнулся и начал сеять раздор:

— А ведь ты раньше говорил гадости про Эфирного, да еще и отправил его на верную смерть.

Эфирный наверняка затаил на тебя обиду. Если я верну его, ждет ли тебя что-то хорошее? Не собираешься ли ты перехватить и убить его по пути?

Синяя физиономия капитана Цихе на глазах почернела. Казалось, он готов разразиться бранью, но рядом протиснулся кто-то еще — это был капитан Юньюй.

Капитан Юньюй произнес: «Человек, об этом тебе беспокоиться не стоит. Немедленно освободи Эфирного, мы защитим его!»

Ли Циньу посмотрел на капитана Цихе, затем на капитана Юньюя. Глубоко разбираясь в темной психологии и тайнах человеческой натуры, он понял: эти двое не заодно!

Хе-хе, не заодно — это хорошо. Когда нет единства, легко спровоцировать внутреннюю борьбу, и тогда его план будет легче осуществить!

— Хорошо, я запущу Эфирного на фотонном копье в сторону вашего сектора, а вы уж там сами его подберете.

Фотонное копье — сверхскоростной индивидуальный летательный аппарат, у которого, кроме скорости, не было никаких достоинств. Ранее Ли Циньу сам прибыл на Планету Слава на этой штуке, опередив флот.

Сообщив время запуска фотонного копья и предполагаемую точку приземления, Ли Циньу с коварной усмешкой продолжил сеять раздор:

— Вы там смотрите, поймайте Эфирного. А если кто-то из ваших начнет строить козни и захочет прикончить Эфирного, и случится какая беда — не вздумайте валить вину на меня!

Я сразу предупреждаю: как только фотонное копье будет запущено, я умываю руки. Что бы ни случилось, ответственности я не несу!

Капитан Цихе и капитан Юньюй многозначительно переглянулись, в глазах обоих читалось подозрение.

Вскоре капитан Цихе опомнился и, скрипя зубами, уставился на Ли Циньу:

— Человек, ты пытаешься поссорить нас!!

Вы, люди, такие жестокие, кто знает, не пытаешься ли ты просто снять с себя ответственность!

А вдруг ты подстроил что-то с Эфирным или с фотонным копьем?!

Ли Циньу развел руками.

— Ну а что делать? Я человек слова, у меня кредитный рейтинг выше десяти тысяч.

Капитан Цихе потребовал:

— Я требую, чтобы ты поклялся! Я требую, чтобы ты в присутствии ваших служителей Экклезиархии, торжественно поклялся Императору, что не совершишь никаких подлостей ни с фотонным копьем, ни с Эфирным!!

Ли Циньу цокнул языком.

— А ты, оказывается, неплохо разбираешься в нашем человеческом обществе. Ладно, ладно, удовлетворю твою просьбу!

Вскоре Ли Циньу позвонил старому монаху, и тот пришел, держа в руках Алтарь Императора.

Под запись голографического проектора на мостике, в присутствии двух капитанов Тау, старый монах, прижимая к себе Алтарь Императора, торжественно произнес:

— Сын Императора, готов ли ты покляться перед лицом Его Святейшества, что каждое слово, которое ты сейчас произнесешь, — истинная правда!

Ли Циньу положил левую руку на грудь, а правой поднял три пальца к небу.

— Я клянусь перед уважаемым Богом-Императором, что не совершал никаких действий, ни в какой форме, ни с какими уловками ни с Эфирным, ни с летательным аппаратом, на котором он летит!

Эфирный вернется на линкор Тау в полной безопасности, в целости и сохранности, без каких-либо происшествий!

Клянусь перед уважаемым Богом-Императором, в противном случае пусть меня постигнет кара и я не найду места для погребения!!

Закончив клятву, Ли Циньу развел руками перед двумя капитанами Тау на голографическом проекторе.

— Теперь вы довольны?

Капитан Юньюй сказал: «Я отправлюсь к точке приземления фотонного копья, чтобы забрать Эфирного господина».

Капитан Цихе все еще чувствовал, что что-то не так, но раз тот поклялся Императором, поделать было нечего. Он лишь злобно сверкнул глазами на Ли Циньу.

— Человек, я запомнил тебя. Мы еще встретимся!

Сказав это, он отключил голографический проектор, связь прервалась.

Техножрец Бус толкнул Ли Циньу локтем:

— Ого, ты реально поклялся! А ведь тот Эфирный после модификаций отца Энтони стал таким, что родная мать не узнает!

Ли Циньу скривил губы: «Пф, подумаешь, всего лишь жизнь. Пусть забирает~»

Он вытащил из кобуры болтер, приставил его к подбородку и нажал на спусковой крючок.