Глава 468: Гретчин Маджек, великое становление богом!

Священные тексты не только очищали от скверны богов Хаоса, но и служили усилителем псайкерской энергии, повышая чувствительность Ли Циньу к ней.

Это наглядно отразилось на его характеристике «Энергия»: она выросла до 80 единиц!

Он чувствовал, что в данный момент его уровень владения псайкерскими способностями должен быть почти равен уровню Безмолвного.

Неожиданный сюрприз очень обрадовал Ли Циньу, и он поблагодарил капеллана Лесаса.

Целых три дня этот капеллан Астартес не занимался ничем иным, кроме как наносил на него татуировки со священными текстами.

Столь кропотливая и трудоемкая работа ясно показывала, насколько он был благодарен Ли Циньу за спасение ордена.

Капеллан Лесас сказал:

— Граф, пожалуйста, сохраняйте свою веру. Не подведите Бога-Императора, даровавшего вам свою милость и силу.

Когда всё было закончено, Астартес на своих десантных кораблях отправились к линии фронта, чтобы дать отпор зеленокожей угрозе орков, так что в бункере почти никого не осталось.

Ли Циньу взял флешку, переданную апотекарием Десаем, вернулся на флагман инквизитора Трасола, вошел в свое убежище и принялся изучать «черную иглу».

В медицинском отсеке второго убежища, после того как Ли Циньу получил флешку, автоматически разблокировался рецепт «черной иглы».

Для создания требовалось по одной ампуле: стимулятор выносливости, стимулятор силы и яд. После часа сборки можно было получить сразу три «черные иглы».

Ли Циньу немедленно запустил процесс сборки и принялся с нетерпением ждать.

Эта азартная игра со смертью вызывала у него необъяснимое возбуждение.

В ожидании он отправился тренироваться в спортивный зал. После второго усиления Кхорном он уже мог выполнять жим лежа весом в тонну целыми подходами!

После безумной тренировки он довел себя до полного изнеможения, а затем вернулся в медицинский отсек.

«Черные иглы» были готовы. Он забрал их, снова запустил производство новой партии, а затем сел на кровать, вертя иглы в руках.

Весь шприц был абсолютно черным, и один его вид вызывал тревожное чувство.

Шанс пятьдесят на пятьдесят: после использования либо превращаешься в мини-супермена, и три характеристики взлетают на треть,

либо сразу отправляешься к праотцам. При этом можно было бесконечно пытаться пройти проверку.

Эта штука была полезна не только в бою, но и в повседневных тренировках.

Вколов «черную иглу» и повысив силу и выносливость на треть, он мог поднимать тяжести, которые обычно были ему не под силу, преодолевая пределы, недостижимые при обычных тренировках.

Теперь, без принудительной модификации, его телу было крайне сложно наращивать силу и выносливость, поэтому приходилось искать особые методы для прорыва.

Использование «черных игл», чтобы с помощью чуждой силы выполнять нестандартные упражнения — один из таких методов!

Подумав об этом, Ли Циньу больше не колебался, открыл колпачок и вогнал иглу себе в руку.

«В прошлый раз проверка сразу отправила меня на тот свет, в этот-то раз она должна быть успешной, ну хоть как-то?»

Он тихо бормотал себе под нос, ожидая результата, но спустя мгновение почувствовал головокружение, сплюнул кровь и тут же скончался!

Спустя несколько часов, когда сознание вернулось, он уставился в потолок убежища и выругался: «Черт!»

«Твою мать, опять проверка на смерть? Не смирюсь!»

Ли Циньу снова взял «черную иглу» и вколол её себе. Через несколько секунд он снова почувствовал головокружение, сплюнул кровь и опять откинул коньки!

Его сознание снова прояснилось. Придя в себя на кровати в убежище, он заскрежетал зубами.

«Эй? А как же обещанный шанс успеха 50 на 50? Не верю!»

Он взял «черную иглу», вколол её — головокружение, кровь, смерть, и снова возвращение сознания.

Ли Циньу смотрел в потолок убежища, пребывая в замешательстве.

Он подумал, не пропустил ли чего в инструкции, и снова открыл через систему описание «черной иглы», внимательно перечитывая его.

Все верно, шанс 50 на 50. Почему, черт возьми, все проверки заканчиваются смертью?

Он в очередной раз взял «черную иглу» и, указывая на неё пальцем, пробормотал:

«Я не неудачник, я не неудачник, я не неудачник!»

Затем он вколол её себе и, тяжело дыша, стал ждать вердикта.

Знакомое головокружение мгновенно ударило в голову, он открыл рот, сплюнул кровь и, широко открыв глаза, повалился на кровать.

«Подкрутка! Это точно чертова подкрутка!!»

После чего он вытянулся и отдал концы~

В период между смертью и воскрешением Ли Циньу сохранял смутное сознание, что-то вроде состояния осознанного сновидения.

В этом состоянии у него было три варианта выбора.

Первый — воскреснуть в убежище на аграрном мире 496B, второй — воскреснуть в убежище на флагмане инквизитора Трасола.

Третий — просто заснуть, то есть обычный сон, после которого он проснется, как только его тело восстановится.

Но в этот раз Ли Циньу, пребывая в полудреме осознанного сновидения, обнаружил четвертый вариант.

Четвертым вариантом был зеленый светящийся шар размером с тазик, состоящий из непонятной субстанции.

Ли Циньу чувствовал, что от этого шара исходит мощная энергия желаний — сила какой-то веры!

Движимый инстинктом и любопытством, Ли Циньу в состоянии осознанного сна выбрал этот зеленый шар.

В следующее мгновение его сознание резко прояснилось. Он открыл глаза и увидел картину, которая повергла его в шок.

Перед ним возвышались бесчисленные горы металлического мусора, а на них и вокруг них находились десятки тысяч гретчинов!

Эти гретчины сложили ладони вместе и, стоя на коленях, непрерывно молились.

Их истовые молитвы создавали мощное ваагх-поле, и это ваагх-поле было той самой энергией желаний, которую Ли Циньу видел в осознанном сне!

Ли Циньу остолбенел. Разве он не должен был воскреснуть в убежище? Как он оказался перед этой толпой гретчинов?

И что случилось с его телом?

Ли Циньу посмотрел вниз и обнаружил, что его тело — это примитивная кукла, собранная из железных листов, пластика и деревянного мусора. Кукла была покрашена зеленой краской, а на спине из светодиодных панелей были сделаны крылья.

Его правая рука была сделана из грубой проволоки, а в ней он сжимал пластиковую волшебную палочку.

Что касается головы, то это была рисоварка, на которой зеленой краской были нарисованы глаза и рот, а по бокам из треугольных кусков жести были приделаны острые уши.

Душа Ли Циньу оказалась необъяснимым образом заперта в этой мусорной кукле.

Он еще не успел разобраться в ситуации, как до его ушей донеслись молитвы первого ряда коленопреклоненных гретчинов:

— Гретчин Маджек, Гретчин Маджек, мы смиренно молимся тебе, ниспошли нам магию, которая сделает гретчинов счастливыми!