Глава 1185: Третий и четвертый виток 2

Ли Циньу пригнулся и стремительно рванул вперед, набросившись на не успевшего среагировать адепта омовения. Он обхватил его за пояс, высоко поднял и с силой швырнул оземь.

С грохотом адепт омовения рухнул на твердую землю, переломав все кости. Из его рта вырвался болезненный стон, и, не пробормотав и пары секунд, он испустил дух.

Еще один адепт омовения выскочил сбоку и с размаху ударил его ногой в бок, заставив пошатнуться.

Ли Циньу поспешно выровнял шаг, твердо встал на ноги и встретился лицом к лицу с адептом.

Второй удар адепта был уже готов, и он с силой нанес его в живот Ли Циньу.

Тот не стал уклоняться, а в ответ поднял ногу и нанес «спартанский пинок»!

Их ноги разминулись в воздухе, но нога Ли Циньу оказалась длиннее, и его стопа первой достигла живота противника.

Адепта от этого удара подбросило в воздух; приземлившись, он прокатился по земле несколько раз и тут же скончался.

Один из адептов справа набросился на Ли Циньу, но тот встретил его прямым ударом кулака.

Адепт пригнулся, уклоняясь, и пошел в наступление, левой рукой обхватив Ли Циньу под мышкой, а правой начав наносить удары в живот.

Ли Циньу принял два удара в живот, а затем поднял свой стальной кулак и, словно барабаня, принялся с силой обрушивать его на спину адепта.

Бах-бах-бах!!

Удар за ударом обрушивались на спину адепта, и было видно, как мышцы на его спине буквально вминаются внутрь.

Адепт еще пытался стиснуть зубы и держаться, но кулаки Ли Циньу продолжали падать один за другим, пока в конце концов адепт не изрыгнул кровь с ошметками внутренних органов и медленно не повалился на землю, испустив дух.

Едва этот адепт упал, как его место занял другой. Он подпрыгнул и нанес тяжелый удар кулаком в грудь Ли Циньу, заставив того отступить на два шага.

Тот сразу же твердо встал на ноги, широко расставил руки и с силой хлопнул ладонями по ушам адепта.

Раздался хлопок — двойной удар по ушам разорвал барабанные перепонки. Мозг противника испытал мощнейший шок, глаза вылезли из орбит, из носа хлынула кровь, и наступила мгновенная смерть мозга.

Количество адептов омовения стремительно сокращалось, и вскоре их осталось меньше десяти.

Охваченные ужасом и шоком, последние оставшиеся адепты переглянулись и все разом набросились на Ли Циньу.

Один обхватил Ли Циньу со спины и впился зубами в его трапециевидную мышцу, другой обхватил его за пояс и вцепился в пресс, третий вцепился в ягодицы, четвертый — в бедро.

В мгновение ока Ли Циньу оказался облеплен этими людьми, и его тело было изранено их укусами до крови.

Он взревел, сложил руки ладонями, схватил адепта, вцепившегося в пресс, и зажал его голову между ладонями.

Все его мышцы напряглись, даже лицо исказилось, приняв вид демона-асуры.

Огромная сила превратила его руки в гидравлический пресс, который непрерывно сдавливал голову адепта.

Адепт закричал от боли, его череп даже начал издавать скрипящие звуки.

После нескольких секунд противостояния раздался хлопок, и голова адепта разлетелась, словно арбуз.

Разобравшись с одним, Ли Циньу сложил правую руку ребром ладони и трижды ударил по шее того, кто вцепился в его бедро.

Не помогло, противник лишь сильнее вцепился зубами, вырвав кусок плоти с его бедра.

Он пришел в еще большую ярость и просто вонзил два пальца правой руки в глазницы противника.

Адепт издал пронзительный вопль. Ли Циньу, не вынимая пальцев из глазниц, подцепил его мозг, с силой рванул вверх, перевернул противника головой вниз и швырнул об землю.

С глухим ударом тело впечаталось в бетон, кости раздробились, превратившись в распустившийся на бетоне «красный цветок».

Адепт, обхвативший его со спины, продолжал грызть его шею, пытаясь добраться до сосудов.

Но трапециевидная мышца Ли Циньу была настолько мощной и толстой, что плотно закрывала шею. Этот тип никак не мог добраться до сосудов, и его острые зубы лишь рвали мышцу.

Ли Циньу завел руку за спину, пытаясь ухватиться за что-нибудь, чтобы сорвать его.

Но на том не было никакой одежды, к тому же он был весь в крови и скользкий, так что Ли Циньу не мог найти, за что уцепиться.

Но вдруг он нащупал волосы. У того была прическа с косой. Ли Циньу схватился за косу, взгляд его стал жестким, и он с силой дернул.

С хрустом скальп этого типа оказался содран!

Глядя на окровавленную косу в руке и чувствуя, как продолжают грызть его трапецию, Ли Циньу окончательно рассвирепел: «Ну и прилипчивый же, как банный лист!»

Он опустил взгляд и увидел ноги этого типа, обхватившие его живот.

Он просто схватил одной рукой голень, другой — стопу и с силой дернул.

После хруста костей стопа этого типа была вывернута на 180 градусов!

Но этот адепт оказался крепким орешком: он продолжал вгрызаться в трапецию Ли Циньу, не издав ни звука.

Ли Циньу продолжал держать его за голень и тянуть, тянуть, тянуть!

После треска ломающихся костей и рвущихся волокон он попросту оторвал ему целую ногу!

Такая боль наконец заставила адепта разжать челюсти, и он издал душераздирающий вопль.

Правая рука Ли Циньу, уже готовая к этому, метнулась назад, вонзилась в кричащее горло, три пальца зацепились за верхнюю челюсть, и он с силой совершил бросок через плечо.

Бах! На земле распустился еще один «цветок»!

Оставался последний, тот, что грыз ягодицу Ли Циньу.

Ли Циньу поворачивался влево — тот следовал за ним, Ли Циньу вправо — тот повторял. Сейчас они напоминали кентавра.

Куда бы он ни поворачивался, огромная пасть этого типа не разжималась, продолжая грызть ягодицу Ли Циньу.

Ли Циньу почесал затылок, а затем пожал плечами.

Он присел, мышцы его бедер начали накапливать силу, стальные волокна напряглись до предела, концентрируя чудовищную мощь.

В следующее мгновение с грохотом Ли Циньу вместе с этим адептом, вцепившимся в ягодицу, подпрыгнул на месте более чем на пять метров вверх.

При приземлении он широко расставил ноги, направив ягодицы прямо в землю.

Через несколько секунд ягодицы Ли Циньу и земля, словно влюбленные, слились в объятиях.

Ну а голова адепта, оказавшаяся между ними, неизбежно превратилась в арбузный сок!