Глава 201: Мана и Мультивселенные

— Итак, если мы заинтересованы в том, чтобы принять ваше предложение, как именно Анис собирается изменить свое тело? — спросила я голограмму.

Голограмма посмотрела на стол, а затем задумчиво перевела взгляд на Анис.

— Чтобы пройти процесс изменения тела, вам нужно лечь на стол так, чтобы голова покоилась рядом со сферой. Если вы пролежите так несколько минут, стол начнет операцию. Она займет около часа, и после этого ваше тело будет естественным образом генерировать эссенцию проявления. Вам все равно понадобится сфера для сотворения заклинаний, и после операции вы, по сути, будете привязаны к ней.

— Зелирианские сферы изначально были своего рода фокусом для сотворения заклинаний, но этот стол спроектирован так, чтобы превратить ее в нечто вроде способности Маркета, позволяющей использовать Зилийскую магию, пока вы держите сферу в руках.

— Понятно, — сказала я, с недоверием глядя на стол. Я не была на 100% уверена в его безопасности, хотя и не могла сразу придумать причину, по которой голограмма стала бы нам лгать. Однако… даже если голограмма обманет нас, Анис умрет и вернется в Маркет. Я не хотела видеть, как умирает кто-то из моих друзей, но я не думала, что голограмма нам лжет, и, вероятно, смогла бы насильно исцелить Анис, даже если бы голограмма нас обманывала.

— Ты уверена в этом? — спросила я Анис. Я все еще не была до конца уверена, что полное доверие голограмме — хорошая идея, но в конечном счете это был выбор Анис, а не мой.

Она кивнула.

— Хорошо тогда. Я присмотрю за тобой, чтобы убедиться, что ничего странного не произойдет, — сказала я, поглядывая на голограмму.

Голограмма просто кивнула в знак принятия моих слов, и я вздохнула.

Анис ухмыльнулась, крепко обняла нас троих и легла на стол.

Несколько секунд ничего не происходило. Я видела, как эссенция активируется глубоко под столом, но пока что ничто напрямую не взаимодействовало с Анис. Вместо этого казалось, что стол просто сканирует Анис. По крайней мере, пока я не видела ничего подозрительного.

— Вы не против, если мы зададим вам несколько вопросов, пока ждем? — спросил Феликс, понаблюдав вместе со мной за Анис несколько мгновений.

— У вас есть другие вопросы? Валяйте, — ответила голограмма.

— Что вообще такое Достижение? — спросил Феликс. — В смысле, я знаю, что его можно использовать как валюту и как материал для крафта, но что это такое изначально? Откуда оно берется? Почему мы получаем его за выполнение дел?

Я была немного удивлена вопросом Феликса, но кивнула своим мыслям. Это был хороший вопрос, и я часто задавалась им сама.

— Вы что, не посещали вводную лекцию по мультивселенной? — спросила голограмма, фыркнув. — Не думаю, что они настолько дорогие, верно? Обычно всего дюжина очков Достижения или около того.

Я задумалась, стоит ли нам обсуждать крах Маркета. Голограмма казалась… странно неосведомленной о крахе Маркета, и я не была уверена, что об этом думать. Однако я не была уверена, не выведет ли упоминание падения Маркета голограмму из строя, поэтому решила пока не поднимать эту тему.

— Нет, мы не посещали подобных лекций, — сказал Феликс.

— Вы действительно новички, — вздохнула голограмма. — Ладно, очень, очень сокращенная версия о Достижении — это мана. Вроде того. Это мана в очень необычной форме, сильно отличающейся от обычной маны, примерно так же, как лед — это вода в странной и интересной форме. Некоторые виды маны настроены на определенные идеи, такие как «фехтование» или «кулинария». Если вы делаете что-то, связанное с этой идеей, мана притягивается к вам, ваша душа поглощает ее и преобразует в Достижение. А чтобы превратить ее из маны в Достижение, ваша душа также немного резонирует с законами реальности, что помогает запустить сам процесс преобразования. Причины этого очень сложны, и на самом деле я не знаю, в чем они заключаются, потому что ни я, ни мой создатель никогда не интересовались тем, чтобы разобраться в глубинных механизмах того, как все это работает. В конце концов, это работает. Вот что важно.

— Понятно, — задумчиво сказал Феликс. — Почему тогда разные измерения, кажется, начисляют разное количество Достижения за одно и то же действие?

— Ну, проще всего представить измерение как треснувший снежный шар. Внутри снежного шара законы реальности другие, и большая часть того, что находится внутри, остается там, но поскольку шар треснул, внешний мир постоянно просачивается внутрь, а что-то просачивается наружу. Внутри «снежного шара» количество, скажем, маны фехтования может немного отличаться от другого снежного шара. Но обычно в каждом снежном шаре все равно будет немного маны фехтования, просто концентрация будет очень разной, — голограмма улыбнулась. — И вот здесь начинается самое интересное.

Улыбка голограммы становилась все более самодовольной каждый раз, когда она видела, что мы все еще в замешательстве, и у меня начало складываться довольно сильное впечатление о личности того, кто создал всю эту систему. Похоже, это был человек, которому нравилось демонстрировать свои знания и престиж, насколько я могла судить. Я задалась вопросом, нормально ли это для жителей Маркета или нет.

Однако, хотя вопросы Феликса были интересными, я чувствовала, что у нас есть более насущные проблемы, ответы на которые я хотела получить.

— Как нам купить больше жизней? — спросила я.

— Вы даже не можете сами разобраться, как купить жизни? — спросил фрагмент души, казалось, искренне озадаченный моей просьбой. — Просто идите в «Банк жизней» и купите еще, — сказал фрагмент души. — Это ведь не так сложно, правда? Вы также можете покупать их удаленно, как только оформите у них подписку, хотя это влечет за собой множество комиссий за телепортацию, и вам нужно физически прийти в офис и все настроить. Жизни должны стоить около 2500 Достижений в базе, плюс любые дополнительные сборы и налоги, уникальные для вас.

— Погодите… дополнительные налоги, уникальные для нас? — сказала я. У меня появилось очень странное предчувствие по этому поводу…

— О, ну вы знаете. 20 Достижений за то, что вы левша, 23 за то, что правша, 40 за амбидекстрию. 3 за то, что красивый, 27 за то, что уродливый, 30 за то, что средний… — голограмма нахмурилась, умолкнув. — Нелепые налоги вроде этих. Честно говоря, я почти уверен, что все это чушь, и кто-то в цепочке командования использует все эти «уникальные сборы», чтобы набить свои карманы лишними деньгами. Ни за что на свете тот факт, что я левша, не меняет ценность жизни, и я отказываюсь верить в обратное. После всех сборов вы, вероятно, будете платить около 4000 Достижений за каждую жизнь. Но, полагаю, так уж оно есть, — вздохнула голограмма. — Есть только одно место, где можно купить жизни, так что что тут поделаешь?

Я моргнула.

Сборы, о которых упомянула голограмма, определенно не внушали уверенности в справедливости Маркета и его систем. Жизни были тем единственным, что отчаянно нужно каждому трансмигратору, чтобы оставаться в живых, поэтому накрутка кучи нелепых дополнительных налогов оставила неприятный осадок.

Более того, тот факт, что жизни можно было покупать удаленно, и это просто не было вариантом, пока мы не оформили подписку, приводил в ярость. Я была уверена, что то, что уничтожило Маркет, определенно создало нечто невероятно опасное, чтобы помешать будущим трансмиграторам продвигаться дальше, и этот факт десятилетиями висел над нами, как топор.

Осознание того, что для Маркета это была легкая проблема, которую они просто никогда не пытались решить, вызывало у меня невероятное разочарование.

— Что такое жизни в первую очередь? — спросил Феликс, искоса поглядывая на меня. Я вздохнула и благодарно кивнула Феликсу. Я определенно была слишком раздражена, чтобы сосредоточиться на своем следующем вопросе, поэтому вернулась к внимательному наблюдению за Анис, пока стол работал. Анис не была без сознания во время этого процесса, поэтому она жадно слушала, как мы допрашиваем голограмму, хотя, казалось, боялась двигаться слишком много, чтобы не сбить стол, пока тот готовился провести тонкую магическую операцию.

— По сути, «жизнь» — это своего рода привязь души, покрытая пространственной магией, которая сообщает Маркету, где вы находитесь, помогает вам вернуться и сохраняет вашу душу свежей, пока вы возвращаетесь в Маркет.

Я видела, как Саллия задумчиво кивнула, прежде чем снова повернуться к голограмме и задать, возможно, самый важный вопрос из всех.

— У Маркета… есть ли у Маркета враги? — спросила она.

Голограмма выглядела задумчивой.

— Множество. Достаточно, чтобы я даже не знала, смогу ли перечислить их всех, честно говоря. Некоторые цивилизации, начавшие исследовать мультивселенную, считают, что способ, которым мы сохраняем воспоминания из одной жизни в другую, невероятно неестественен. Некоторые цивилизации также боятся нас, потому что реинкарнатор всегда может переродиться сыном или дочерью нынешнего лидера цивилизации, а затем быстро захватить ее изнутри. Хотя многие могущественные цивилизации победили старение, некоторые — нет, и эти цивилизации часто видят в нас опасную и зловещую угрозу. И, конечно, другие крупные цивилизации в Мультивселенной опасаются нас просто потому, что мы являемся самой могущественной отдельной фракцией в мультивселенной, — сказала голограмма.

— Есть другие цивилизации, такие же сильные, как Маркет? — спросил Феликс.

— Конечно. Если одна цивилизация может найти способ пересечь океан душ, разве не очевидно, что многие другие цивилизации в конечном итоге сделают то же самое? — спросила голограмма.

— Что это за цивилизации? — спросил Феликс.

— Ну… это хороший вопрос, — сказала голограмма, почесывая голову. — Честно говоря, мой создатель оставил мне достаточно информации, чтобы я помнила, что в Мультивселенной существуют другие крупные цивилизации. Но поскольку это не было особо актуально для фарма Достижений, у меня на самом деле нет никаких данных о других крупных цивилизациях.

— Вы можете связаться со своим создателем и запросить эту информацию? — спросила я, чувствуя легкое колебание. Я не была уверена, попытается ли фрагмент души перед нами связаться со своим создателем, поймет ли, что он мертв, и не выйдет ли из строя, но я также отчаянно хотела получить информацию о том, кто или что уничтожило Маркет и почему. Поскольку они, казалось, были полны решимости подавить нас, прежде чем мы успеем вырасти, я хотела знать как можно больше о враге.

— Я не могу, — сказал фрагмент души. — Все, что я могу делать, — это продолжать отправлять Достижения своему создателю, пока меня в конце концов не уничтожат. Поскольку это слишком сильно сократило бы доход, который мой создатель получал бы от моего существования, у меня есть доступ только к низкокачественной телепортации на большие расстояния. Большинство пакетов Достижений, которые я отправляю, просто отправляются в Маркет, чтобы быть зачисленными на счет моего создателя, чтобы он мог забрать их позже, когда ему будет удобно.

Я поникла от разочарования. Я надеялась получить хоть какое-то представление о том, что уничтожило Маркет, но фрагмент души здесь, казалось, был совершенно не осведомлен о падении Маркета. Тем не менее, мы, по крайней мере, получили полезную информацию о «нормальной» стоимости жизней, а также о природе жизней и Достижения. Феликс, вероятно, когда-нибудь сможет что-то сделать с этой информацией.

Феликс открыл рот, чтобы продолжить допрос фрагмента души перед нами, но я отвлеклась на стол, на котором лежала Анис. Он начал светиться, и я поняла, что он закончил сканирование Анис.

Я перестала прислушиваться к разговору, который Саллия и Феликс все еще вели с голограммой, и начала внимательно наблюдать за Анис, когда эссенция проявления начала кружиться вокруг ее тела. Пока что я не обнаружила никаких признаков нечестной игры со стороны фрагмента души, но хотела держать ухо востро на всякий случай. Я не хотела отвлекаться, пока шла операция Анис.