Глава 196: Руины
На следующий день мы перестали держаться окраин и направились прямиком вглубь гор.
Как только мы покинули предгорья, я начала замечать, что эссенция вокруг нас была очень… странной. Вместо того чтобы просто дрейфовать, эссенция в горах, казалось, пульсировала и шла рябью через равные промежутки времени. Это было почти похоже на работу механизма — каждый ритмичный толчок эссенции вокруг напоминал мне гигантский промышленный миксер, который мы видели у алхимиков под городом. В этом чувствовался совершенно особый порядок и ритм, которые поначалу было трудно заметить, но они становились всё более очевидными, чем дольше я обращала на них внимание. Я понятия не имела, как эссенцией манипулируют, заставляя её двигаться столь точно, но было очевидно, что кто-то или что-то по какой-то причине фундаментально изменило принципы её поведения в этой местности.
Однако самым интересным было присутствие эссенции проявления. Она была слабой, но я определенно могла различить крошечные вкрапления эссенции проявления, смешанные с эссенцией связывания в этой области. Соотношение эссенции связывания к эссенции проявления было, вероятно, около… Впрочем, эссенции проявления здесь было не так уж много. Но, учитывая тот факт, что эссенция проявления вообще не была свойственна этому миру, видеть так много эссенции связывания в одном месте было явно неестественно.
Феликс был невероятно заинтересован тем, что нас окружало. Он постоянно смотрел на эссенцию связывания вокруг нас, хмурясь и прищурившись, словно сверлил её взглядом.
<Кто-нибудь еще считает, что эссенция здесь странная?> — спросил Феликс спустя мгновение. <Кажется… почти как какой-то гигантский механизм, но сделанный целиком из эссенции. Я не понимаю, что он делает или как это вообще возможно.>
<У меня тоже сложилось впечатление, что это своего рода гигантская магическая машина,> — сказала я. <Но это всё, что мне удалось понять.>
<Может, Старый Мо что-то знает?> — спросила Саллия. <Жители этого мира, вероятно, потратили немало времени на исследование этих гор. Может, они разобрались?>
— Что делает эссенция в этой области? — спросила я. — И что это за… странная эссенция? — Я не была уверена, есть ли у жителей этого мира специальный термин для «эссенции проявления», поэтому пока решила называть её «странной эссенцией».
Отец Анис кивнул в ответ на мои слова. — Место кажется мне… неправильным, — сказал он, содрогнувшись.
Я нахмурилась и мысленно ткнула в маленький сгусток эссенции проявления. В нём не было ничего «неправильного», по крайней мере, на мой взгляд. Он ощущался точно так же, как эссенция, с которой мы сталкивались в нашем предыдущем мире. Возможно, отцу Анис просто казалась странной сама эссенция проявления?
Спустя несколько мгновений я глубже поняла, что он имел в виду, говоря, что эссенция ощущается неправильной.
Местные законы реальности в этом измерении вовсе не поддерживали эссенцию проявления, поэтому она здесь естественным образом не формировалась. Это не показалось мне чем-то необычным — после того, что мы уже видели за время пребывания в Маркете, я просто приняла как должное, что в одних измерениях есть определенные виды эссенции, а в других — нет. Но когда я почувствовала эссенцию проявления в этой области, она ощущалась… почти так, будто трётся обо что-то, чего не должно было происходить.
В некотором смысле это было похоже на воду и масло. Странной здесь была не сама эссенция проявления, а тот факт, что она каким-то образом взаимодействовала с законами реальности. Я была удивлена, что отец Анис сумел уловить тот факт, что законы реальности в этой области искажены, когда даже я не заметила этого сразу.
Это также открыло мне глаза на несколько новых возможностей и идей, о которых я раньше никогда не задумывалась. Теперь у меня было хотя бы примерное представление о том, что делает этот «механизм», состоящий из эссенции: он очень незначительно изменял сами законы реальности в этой области. Однако это заставило меня еще сильнее задуматься о том, куда мы направляемся. Каким-то образом человек или группа людей в этой местности создали массивную, похожую на механизм вещь, целиком состоящую из эссенции, и этот «механизм» манипулировал самими законами реальности.
Я даже не подозревала, что эссенция проявления и эссенция связывания могут взаимодействовать с законами реальности — я предполагала, что это свойство исключительно эссенции изменения. Но, очевидно, я ошибалась.
Я точно не знала, какой именно закон реальности подвергается изменению в горной местности, но подозревала, что это связано с присутствием здесь эссенции проявления. В любом случае, законы реальности в горах, по крайней мере, не заставят мои органы мгновенно разрушиться или ожить. Если бы законы реальности в горах делали такое, Старый Мо ни за что не привел бы нас сюда.
<Феликс, мне кажется, эссенция здесь каким-то образом вмешивается в саму реальность,> — передала я. <Вроде живой вселенной из нашей прошлой жизни, хотя и значительно менее пугающей.>
Феликс ничего не ответил — он лишь еще пристальнее вглядывался в упорядоченное пульсирование эссенции связывания и эссенции проявления в нашей области, словно желая проглотить всё вокруг одними только глазами.
— Никто не знает, что делает эссенция в этой области, — сказал Старый Мо. — Десятки, а может, и сотни великих ученых и алхимиков изучали горные хребты нашего континента, пытаясь это выяснить. На пике своего могущества Империя Зелир контролировала большую часть континента, и каждый горный хребет, который они контролировали, имеет похожую смесь эссенции связывания и этой странной эссенции. Некоторые ученые даже утверждают, что всплески эссенции в этой области случайны и лишь кажутся упорядоченными.
Старый Мо пожал плечами. — Честно говоря, не знаю, верю ли я в это. Зелир совершили много подвигов, которые кажутся невозможными, согласно нашему современному пониманию алхимии. Мы научились многому, особенно за последние несколько десятилетий. Мы создали фабрики, железные корабли, которые ходят не хуже деревянных, превратили зелья в товар, который можно производить массово галлонами… но мы до сих пор не можем понять, как древние Зелир делали половину того, что они делали. Мы, например, до сих пор понятия не имеем, как создать искусственную жизнь, в то время как Зелир делали это с легкостью.
Я подавила желание взглянуть на Феликса, искусственную форму жизни.
Мне стало интересно, было ли тело Феликса создано с использованием каких-то древних артефактов Зелир — в конце концов, мы спасли его из объекта, который, вероятно, был посвящен изучению древних артефактов Зелир, и мы нашли всевозможные другие странные артефакты, когда спасали Феликса. Если Старый Мо считал, что искусственная жизнь выходит за рамки современных технологий… это могло указывать на то, что Феликс имеет более глубокую связь с древними Зелир, чем я предполагала.
— Это опасно? — спросил отец Анис, его пальцы бессознательно потянулись к пистолету, который он неуклюже пристегнул к поясу.
— Почти наверняка нет, — ответил Старый Мо. — Сотни ученых посещали горы и изучали их на протяжении многих лет, и ничего особенно интересного не происходило. Я очень сомневаюсь, что нам настолько не повезет, что мы наткнемся на эти старые эссенциальные механизмы в момент их поломки посреди… чего бы то ни было, и они определенно не реагируют на людей, просто проходящих через горы. На самом деле, они даже не реагируют на алхимиков, пытающихся манипулировать ими с помощью эссенции связывания — любой, кто пытается, в итоге чувствует себя так, будто пытался сдвинуть гору. В этих эссенциальных узорах слишком много силы, чтобы целая армия могла их нарушить, не говоря уже о нашей маленькой группе.
Я нахмурилась, размышляя. Обычно эссенциальные механизмы, вероятно, ни на что не реагировали — но сейчас с нами был Феликс, первый искусственный ребенок, а мы с Саллией также часто использовали эссенцию проявления и эссенцию изменения, пока продвигались вперед. Если древняя империя обладала какими-то знаниями об эссенции проявления и даже нашла способ сделать её «родной» для определенной области… возможно, у них были какие-то знания и о других эссенциях? Или, может быть, эссенциальные узоры отреагируют на настоящего пользователя эссенции проявления? Я решила быть начеку, на всякий случай.
В то же время я начала использовать свое пространственное восприятие, чтобы исследовать местность вокруг нас. Учитывая потенциальную связь между Зелир и созданием Феликса, мне было очень, очень интересно исследовать руины этой древней империи. Я… не была уверена, будут ли члены нашей группы, не из Маркета, так же полны энтузиазма по поводу исследования древних руин, как я, но я надеялась осмотреть пару руин, если представится такая возможность. Учитывая, насколько сильной казалась наша группа по сравнению с угрозами на этой планете, мы, вероятно, могли бы даже исследовать древние руины, не погибнув при этом ужасной смертью.
Я улыбнулась этой мысли, но тут же нахмурилась. Мне нужно было сохранять бдительность. Несмотря на то, что большинство жителей этого мира не представляли большой угрозы без оружия и численного превосходства на своей стороне, Империя Зелир была довольно странной. Аплос, который, вероятно, тоже происходил из Империи Зелир, возможно, и не мог угрожать нам слишком серьезно — однако он всё же представлял некоторую угрозу для нашей группы. Если бы нас загнали в угол десять или пятнадцать таких существ, я не была уверена, выжила бы наша группа. Мне нужно было сохранять бдительность.
Спустя еще несколько минут наблюдения за странной эссенцией отец Анис, казалось, немного успокоился. Мы сделали первый шаг в горы, в самую гущу странной эссенции проявления и связывания, кружащейся в воздухе.
И почти сразу после этого Анис мысленно ахнула от удивления.
<Моя сфера нагревается!>