Круглая зала собраний оказалась весьма просторной. На стенах висело разнообразное оружие и щиты. Фалькон пристроил свой огромный клинок на крючья у стены и опустился на стул. Следом за ним места за длинным столом поочерёдно заняли остальные разбойники.

– Чего застыл? Садись.

Кассель примостился на самом краю скамьи. Десятки взглядов скрестились на нём. К счастью, в глазах самого предводителя не читалось никакой враждебности.

«От этого может быть только страшнее», – подумал юноша.

– Ну как тебе моя деревня? – поинтересовался он.

– Она великолепна. На душе теплеет от одной мысли, что в Каморте есть столь благодатный уголок.

Кассель рассудил, что с этим человеком лучше держаться как можно учтивее.

– Окинул беглым взглядом, и уже знаешь, хорошо ли тут живётся? – с той же невозмутимостью хмыкнул Фалькон. – Я-то спрашивал про то, как она выглядит снаружи.

– В нынешние неурожайные годы, когда дворяне дерут три шкуры податями и зерном, да ещё и чиновники бесчинствуют, иметь вдоволь хлеба на столе – разве не значит жить хорошо? Судя по сытым лицам жителей, с едой у них всё в порядке.

Если ты досыта накормлен, значит, жизнь удалась! Эта простая истина врезалась парню в память ещё во время армейской муштры. И в этом смысле его родной Луурун и впрямь был благополучной деревней.

– Ну, мы, понятное дело, податей не платим, – хохотнул Фалькон. – Разве в Арантии нет подобных мест?

«Он проверяет меня или просто спросил из любопытства?»

Вокруг по-прежнему недобро сверкали глаза разбойников, и Кассель поспешил прогнать эти сомнения, боясь ненароком выдать себя. Сейчас нужно было напрочь забыть о том, что он лжёт.

– Разве в Арантии живётся как-то особенно сладко? В глухих углах, куда не дотягивается королевская длань, чиновники творят произвол ничуть не меньше, чем в Каморте, да и разбойников хватает. Разве что таких мест поменьше? По крайней мере, опасности подвергнуться их нападению там куда меньше, чем здесь.

При слове «разбойники» Фалькон слегка нахмурил брови:

– Звучит так, будто ты и меня причисляешь к этой своре.

– Полагаю, вы не заурядный грабитель, но по сути своей, разве это не так? Ведь и эта деревня, если вдуматься, выстроена на кровь и деньги тех, кого вы обобрали.

– Обиняками говорить ты не приучен, – протянул главарь.

– Прошу прощения. Просто от страха язык сам мелет всё подряд.

Среди разбойников пробежал глухой шёпот. Скрестив руки на груди, предводитель с минуту молча разглядывал гостя.

– Прежде чем продолжить прерванный разговор, хочу спросить кое-что о недавней стычке. У меня не было ни малейшего намерения оставлять вас в живых, включая тех желторотых рыцарей. Сохранять им жизнь скверная затея. На колени они ни за что бы не встали, а потребуй я этого – полезли бы в драку, и тогда я убил бы их, позволив сберечь остатки гордости. Однако ты вмешался, и убить вас стало невозможно, – Фалькон указал на юношу пальцем: – Конечно, я чуть было не сплоховал, прикончив высокого гостя из Арантии. Был так уверен, что я тебя не трону?

– Уверенности не было. Просто почему-то поверил, что с вами удастся договориться.

– А если б твой расчёт не оправдался? Если б я оказался жирдяем вроде Грейдога, который разбойничает лишь ради мордобоя, что бы ты делал?

Вместо прямого ответа Кассель чуть заметно усмехнулся, пуская в ход придуманную байку:

– Я ведь не стал покорно отдавать вам свой клинок. Окружи меня охочий до драк толстяк, вместо разговоров я пустил бы в ход иной способ. Будь передо мной ничтожный вожак с ничтожными подручными, пускай их и много, думаю, я бы без труда взял верх.

Эти слова вызвали среди бандитов неподдельное изумление. Все уставились на него с вытаращенными глазами, а сам глава глядел с ошарашенным видом.

– Стало быть, ты намеревался в одиночку выйти против пятидесяти бойцов?

«Слишком сильно загнул?» – похолодел внутри юноша, но отступать было некуда, и он с невозмутимой миной добавил:

– Разумеется, против ваших людей это было бы не под силу.

По рядам разбойников прокатился недовольный шумок. Фалькон поднял ладонь, призывая к тишине:

– Как, ты сказал, тебя зовут?

Врать дальше становилось невмоготу. Выдумай он фальшивое имя, потом сам же запутается. Кассель ответил чистую правду:

– Кассель.

– Кем бы ты ни был, в этой деревне ко мне на «вы» обращаться не принято, да и от меня особой учтивости не жди. Но я отдаю должное твоему безрассудству и смелости. А теперь вернёмся к делу.

– Если я смогу ответить.

– Зачем ты прибыл в Каморт?

– Ответ будет прежним. Зла я никому не желаю, а истинную причину открыть не могу.

– Твои речи так и подмывают проверить, действительно ли ты настолько бесстрашен.

Улыбка, тронувшая губы атамана, выглядела по-настоящему жуткой и несокрушимо уверенной. Кассель попытался выдавить ответную беззаботную ухмылку, но перед чужой силой внутри всё сжималось от страха. И всё же взгляда он не отвёл.

– Если мои слова прозвучали дерзко, приношу свои извинения, Фалькон, – юноша слегка склонил голову и тут же резко бросил: – Но к чему вам это знать? Вы ведь всего лишь разбойник.

– Что?!

– Обычному грабителю пристало думать о чужих кошельках, разорении деревень да резне невинных. Цель же моего визита напрямую касается королевства Каморт. Это строжайшая тайна. Зачем вам забивать голову вещами, от которых можно лишь навлечь беду?

Один из сидевших за столом громил тут же вскочил на ноги. Всадив в дощатый пол клинок в человеческий рост с изогнутым полумесяцем лезвием, он взревел:

– Терпели мы твой трёп, терпели, а ты совсем берега попутал! Заткнись и отвечай, о чём спрашивает господин Фалькон!

– Я говорю не со всей вашей шайкой, а с Фальконом, – сухо отрезал юноша, повернувшись к главарю. – И раз ты не собираешься отвечать за него, то не суйся.

Бандит так и застыл с открытым ртом.

– Сядь, – бросил ему предводитель, после чего взглянул на гостя: – Советую тебе поменьше задевать моих людей, Кассель.

– Собирайся я пустить в ход оружие, я бы принял бой ещё у лагеря вместе с рыцарями Розы. Не думал, что столь простые слова могут так задеть. Что ж, впредь буду осторожнее в выражениях.

Кассель скрестил руки на груди, откинулся на спинку стула и спросил:

– Так к чему мы пришли? Зачем вам выведывать цель моего прибытия в Каморт?

– Скажем так, у меня есть долг верности этой стране.

– Тогда и я скажу лишь то, что Арантия направила меня сюда ради блага королевства Каморт.

– Могу ли я верить, что ты здесь не для того, чтобы помочь одному из двух графов?

– Если во всём искать подвох, то и летящую птицу можно принять за карася.

Кассель выдержал тяжёлый взгляд главаря не моргнув глазом. В душе он нелепо сравнил это испытание с тем, как когда-то выдерживал суровый взгляд отца, грозно вопрошавшего: «Куда ты сбыл мешок пшеницы?» По сравнению с тем случаем нынешний казался сущей ерундой.

– Ты голоден? – неожиданно сменил тему Фалькон.

От столь внезапного вопроса парень даже прыснул:

– В лагере, который вы сожгли, как раз готовился обед для меня.

– Тут уж извини.

– Вы всех тех солдат перебили?

– Только тех, кто оказал сопротивление. С остальных спустили штаны и вышвырнули в пустошь. Придётся им полдня топать до дома босиком. Что ж, раз такое дело, я сам тебя накормлю.

Он сделал знак стоявшей у дверей женщине, и вскоре на стол подали горячие кушанья.

Обед начался прямо в зале. Разбойники, до этого державшие стойку, с появлением еды шумно загалдели и рассыпались вокруг блюд. Угощение не блистало изысками, но мяса и сытных яств было вдоволь. Невиданная роскошь для голодного военного времени. Женщины, подававшие на стол, без лишних церемоний подсаживались к мужчинам.

От дикого напряжения кусок в горло не лез, но понимая, что силы понадобятся, Кассель стал медленно жевать поданное мясо. Неожиданно пустовавшее место рядом с ним заняли. Повинуясь безотчётному порыву, юноша машинально отодвинул свой стул в сторону.

Присевшая к нему женщина была старше него добрых лет на десять. Миловидное лицо с тонкими лучиками морщинок у глаз казалось привлекательным, но безучастный взгляд отдавал высокомерием. Кассель перестал жевать и посмотрел на соседку. Та, подперев щёку ладонью, принялась столь же пристально разглядывать его в ответ.

– Что-то не так? – не выдержал он.

– Говорят, наши бойцы привели с собой мечника, с которым сами не знают что делать. Вот, пришла поглазеть.

Недолго думая, женщина бесцеремонно ощупала его предплечье:

– И верно... ростом невелик, а мышцы отменные.

«Чёткий распорядок, скудный паёк да тяжёлая пахота на поле – и не такие мускулы нарастут», – хотел было съязвить Кассель, но вовремя прикусил язык.

– Меня зовут Джейни.

– Кассель.

– Личико у тебя славное, но эти лохмотья всё портят.

– Я на тайном задании, оттого так и одет.

Произнеся это, юноша сам едва сдержал смешок.

– Ну, сейчас-то прятаться не от кого, верно? Доедай и ступай за мной.

Сбитый с толку её напором, парень растерянно покосился на главаря. Однако Фалькон увлечённо посыпал специями солидный кусок баранины и даже не взглянул в их сторону.

«Оно и к лучшему. Этого человека долго за нос не поводишь. Лучше держаться от него подальше».

– А нельзя ли где-нибудь умыться с дороги? – спросил Кассель.

– Идём.

Джейни решительно взяла его за руку и потянула за собой. Хватка её была не сказать чтобы железной, но юноша поднялся безропотно, словно околдованный. И тут, вспомнив о главном, он замер и окликнул предводителя:

– Когда вы вернёте мой меч?

Фалькон, не вынимая куска мяса изо рта, невозмутимо бросил:

– Когда скажешь правду.

У Касселя внутри всё оборвалось.

– Ступай умойся, а после приходи ко мне, – добавил главарь. – О том, что не договорили здесь, побеседуем наедине.

Кассель молча кивнул и, едва не срываясь на бег, поспешил вслед за Джейни.