Проснуться в такую несусветную рань совершенно без сна — хуже не придумаешь. Пытаться убить время в телефоне с чугунной головой — только зрение зазря сажать, так что пришлось нехотя сползать с кровати.

Выйдя из спальни, я протопал по тихому коридору, спустился по деревянной лестнице на первый этаж и направился прямиком в ванную, чтобы хорошенько ополоснуть лицо ледяной водой.

Когда ночую в комнате один, кондиционер принципиально вырубаю из экономии, так что для разгорячённого — во всех смыслах этого слова — тела холодное умывание пришлось как нельзя кстати.

— Ой, Рэндзи, доброе утро. Чего это ты в такую рань подорвался?

— Доброе… Да что-то сон как рукой сняло. А отец где?

— Дрыхнет без задних ног. Это ты у нас сегодня ни свет ни заря вскочил. Завтрак сообразить по-быстрому?

— Ну… давай, перекушу чего-нибудь.

— Принято. Обожди минутку. А пока ждёшь, налей себе попить.

— Ага-а-а.

Вытерев лицо махровым полотенцем, я только собрался подняться обратно, как в дверях нос к носу столкнулся с матерью. Судя по обтягивающему комплекту для йоги, она только-только вернулась с ранней утренней тренировки.

Времени едва перевалило за шесть, а она уже успела растрясти сонливость и хорошенько взмокнуть.

Раз уж едва переступившая порог мама сама вызвалась приготовить поесть, отказываться было глупо.

— Э-э… мам, ты прямо в этом готовить собралась?..

— А что такого? Фартук мой: на что хочу, на то и напяливаю.

— Ну… формально оно так, но всё равно…

Мама совершенно невозмутимо повязала кухонный фартук прямо поверх спортивного топа и серых легинсов.

Логика в её словах, конечно, присутствовала, но визуальное сочетание вышло настолько сюрреалистичным, что глаз резало нещадно.

— Ой, ну конечно! Вы с отцом у нас ценители исключительно школьных слитных купальников, я и забыла.

— Да то было чистое недоразумение, сколько можно попрекать-то?!

До сих пор припоминает ту дурацкую историю. Стоит теме хоть краешком коснуться Сагири, как в матери просыпается невыносимо въедливый, беспощадный провокатор.

Решив благоразумно не испытывать судьбу, я быстро плеснул себе в стакан холодного молока и ретировался за обеденный стол в гостиной.

— Тост подрумяню, а яйцо какое будешь — глазунью или болтунью?

— М-м… глазунью давай.

— Вот в таких мелочах ты прямо вылитый отец.

Шевеля сковородками у плиты, мама снисходительно хмыкнула.

«В каких это ещё мелочах?» — так и вертелось на языке, но внутренний голос настоятельно нашёптывал, что ответ мне вряд ли придётся по вкусу, поэтому я предпочёл промолчать.

— Держи, готово. Фирменный тост с глазуньей «Спешл».

— Тост… «Спешл»?..

— Ешь давай, не умничай с утра пораньше.

— Спасибо… Приятного мне аппетита.

— На здоровье.

Спустя пару минут передо мной опустилась тарелка с золотистым поджаренным хлебом, на котором аппетитно подрагивала яичница. Сама выдумала дурацкое пафосное название, а когда я вежливо переспросил — просто отмахнулась.

Червячок сомнения шевельнулся, но затевать споры с усевшейся напротив матерью было себе дороже, поэтому я молча принялся уминать этот самый «спешл».

— Кстати, Рэндзи, сынок…

— …М?

— Вы жениться-то когда думаете?

— Кх-э-э-э?! Кха-кха! Кхе-кхе-кхе-е-е!..

— Ой, господи помилуй!

Удар прилетел наотмашь, под дых и абсолютно без предупреждения.

Подпереть щёку кулаком, лениво коситься в угол гостиной на выключенный телевизор и между делом, искоса поглядывая на жующего сына, без тени сомнения ввернуть ТАКОЙ вопрос — это было за гранью добра и зла!

Я поперхнулся так смачно, что откушенный кусок тоста исполнил эффектный пируэт в воздухе, едва не угодив обратно в тарелку.

— Да что ж ты творишь! Предупреждать надо, прежде чем плеваться едой во все стороны!

— Т-ты в своём уме вообще?! С дуба рухнула такое с утра пораньше спрашивать?!

— А что я криминального сказала?

— В смысле?! Какая ещё, к чёрту, свадьба ни с того ни с сего?!

— В каком это смысле — ни с того ни с сего? Ты же вчера на субботнике Сагири-тян предложение руки и сердца сделал, разве нет?

— …Чего-о-о?!

— Мне соседка всё в мельчайших красках расписала. Мол, Сагири-тян так растрогалась, что в три ручья разревелась от счастья, а потом вы посреди набережной давай взасос целоваться.

— Да это бред! Бред чистейшей воды! Никакое это не предложение было!!

— Да ладно тебе скромничать! У нас на утренней йоге все пятнадцать человек из пятнадцати в один голос утверждали: «Чистой воды помолвка, к гадалке не ходи!» Только об этом весь урок бабы и судачили.

— У вас на йоге что, НАСТОЛЬКО много народу?!

Катастрофическое, чудовищное недоразумение.

Я вчера просто вывернул перед Сагири душу и высказал вслух всё, что копилось годами. Естественно, замуж её никто формально не звал!

А эти великосветские кумушки из клуба любительниц растяжки всё подсмотрели, присочинили, раздули из мухи слона и слепили дешёвую дораму. И ведь единогласно проголосовали, сплетницы! Меньше суток прошло, а слух уже победным маршем гуляет по всему району. Секта любительниц утренней йоги — воистину страшная, разрушительная сила.

— Д-да я вообще-то ещё только во втором классе старшей школы! До свадьбы мне как до Луны пешком!..

— Подумаешь, беда какая. Саму свадьбу можно и подождать, а вот помолвку оформить вам никто не мешает.

— ……

При этих её словах перед мысленным взором тут же нарисовались мордашки юного Ацуки и Айши.

Они ведь, строго говоря, как раз наречённые. Считай, официальные жених и невеста с одобрения обеих семей.

— Да и вообще, ты ведь любишь Сагири-тян? Настолько любишь, что средь бела дня на глазах у полусотни зевак намертво к ней прилипаешь.

— …Люблю.

— Вот и умница, честность красит мужчину.

Мама удовлетворённо кивнула. Каждая её фраза била точно в самое уязвимое место с гарантированным летальным исходом. Крыть было решительно нечем.

— Ладно, оставим на время в покое нашего стеснительного сыночка, который в самый ответственный момент превращается в неповоротливого тормоза. Ты ведь сегодня опять к Сагири-тян пойдёшь?

— В каком смысле «оставим»?.. Ну, если после утренней гимнастики планов не нарисуется, то зайду к ней, наверное…

— В таком случае не забудь как следует поклониться её родителям и пожелать им счастливого пути.

— Да ты издеваешься?! Не рановато ли меня на официальные смотрины отправлять?!

— Тьфу ты, голова садовая, я вообще не об этом!

— …А?

Мама состроила кислую мину, тяжело вздохнула и одарила меня убийственно-снисходительным взглядом.

— Ты что, до сих пор не в курсе?

— Не в курсе… чего именно?

— Родители Сагири-тян. Они сегодня вечером уезжают в романтическое путешествие только вдвоём — круглую годовщину свадьбы отмечать. Так что Сагири-тян целую неделю будет жить у нас.

— Сагири… целую неделю будет жить у нас дома?!

— …И зачем ты это сейчас вслух повторил?

Да затем, чёрт возьми!

Я об этой надвигающейся катастрофе вообще впервые в жизни слышу!..