Четвертым участником их группы оказалась Мира — признанная элита из А-класса, специализирующаяся на редкой, невероятно сложной и высоко ценимой магии пространственного и физического усиления.

Она была чистокровным, узкопрофильным бафером, чье исключительное положение в Академии «Рейд» не подлежало ни малейшему сомнению. Ее появление в секторе формирования отрядов было встречено окружающими неоднозначно: Мира держалась с той естественной, въевшейся в кровь долей надменного высокомерия, которая была свойственна лишь кадетам из высших дворянских семей, чьи выдающиеся таланты и чистый объем маны были безоговорочно признаны руководством с самого первого дня обучения.

Однако за этим привычным, безупречно отточенным фасадом холодного превосходства скрывался невероятно острый, глубокий и чисто прагматичный, расчетливый ум боевого аналитика.

Эрис нашел общий язык с ней удивительно быстро и легко. К глубокому изумлению Изабеллы, Мира оказалась не просто классической «поддержкой», предпочитающей прятаться за чужими монументальными спинами, а настоящим опытным стратегом.

Она оценивала каждого члена группы сухим, пристальным и леденящим взглядом жесткого профессионала. Но стоило ей при входе уловить в замершем у стены Николасе тяжелую, едва сдерживаемую и пугающую ментальную ауру, а в алом взоре Изабеллы — леденящую, нечеловеческую авторскую решимость, как девушка сдержанно и уважительно кивнула, безапелляционно приняв двоих кадетов D-класса как равных, полноправных временных союзников.

Впрочем, за её внешней строгостью и сухой требовательностью чувствовалась и скрытая, глубоко практичная бытовая забота: еще до посадки в транспорт она успела лично и внимательно проверить запасы зелий восстановления, индивидуальные аптечки первой помощи и магические накопители каждого члена отряда, отсеяв бракованные расходники.

Вскоре огромный внутренний двор Академии заполнился оглушительным, вибрационным гулом мощных турбодизельных двигателей эшелонированной колонны тяжелых армейских автобусов. Студенты всего потока, спешно разбившись на сформированные Алгоритмом Системы команды, организованными группами загружались в бронированный транспорт. На массивных, укрепленных титаном бортах их собственного бронетранспортера красовалась крупная, светившаяся холодным неоном цифра «3».

— Команда №3, — сухо констатировал Эрис, привычным быстрым движением сверяя поступающие данные на своем планшете, когда они поднялись в прохладный салон. — Отличный шанс, — произнес он с едва уловимой, азартной ухмылкой, когда они заняли удобные мягкие места в самом конце автобуса, скрытые за матовым остеклением. — Настоящий реальный полигон, дикая природа, отсутствие искусственных голограмм внутри душных стен. Это лучшее место из всех возможных, чтобы набраться жесткого боевого опыта перед настоящими, смертельно опасными рейдовыми вылазками за пределы защитного периметра Академии.

Мира, опустившаяся на анатомическое кресло рядом с ним, аккуратно поправила свои идеально уложенные светлые волосы и строгим, цепким взглядом пробежалась по вспыхнувшему экрану системного уведомления:

— Нам выделили ровно три полных дня на выполнение полевой задачи. Система официального подсчета очков предельно проста и прозрачна: прямые убийства мутировавших целей, правильное тактическое взаимодействие внутри звена и процент ассистов. В конечном зачете гарантированно побеждает та группа, которая суммарно соберет больше всего рейтинговых баллов. Но запомните накрепко: прямая физическая атака или скрытое вредительство другим участникам полевых испытаний строго запрещены уставными правилами. Нарушите этот пункт — моментальная дисквалификация, обнуление рейтинга и карцер.

Николас сидел у самого окна, ни на секунду не снимая своей плотной белой медицинской повязки, скрывающей левую глазницу.

Его правый серый глаз оставался абсолютно неподвижным. Парень молча смотрел на проносящийся за бронированным стеклом пейзаж, словно видел не мелькающие деревья, оборонительные доты и бетонные блоки, а нечто жуткое, иррациональное, скрытое глубоко за пределами привычного человеческого восприятия. On непрерывно молчал, и никто в салоне тяжелого автобуса не осмеливался нарушить его тяжелое, пронизанное вибрирующим холодом уединение.

— Три дня… — задумчиво протянул Эрис, вальяжно откидываясь на высокую спинку кресла и закладывая руки за голову. — Если работать максимально слаженно, эффективно и без лишней суеты, мы наберем более чем достаточно очков уже к концу вторых суток. После этого вполне можно будет просто спокойно отдохнуть в укрепленном лагере. Я лично не собираюсь рвать жилы ради бессмысленной победы и самой верхушки рейтинга. Реальный практический опыт куда важнее глупых цифр, которые все равно обнулятся в конце этого семестра.

Никто из присутствующих не стал ему возражать. В этой сформированной команде №3 негласным и неоспоримым лидером естественным образом стал Эрис — он обладал тем неоспоримым боевым авторитетом, леденящим спокойствием и колоссальной силой, которые безоговорочно признавали даже самые высокомерные и спесивые ученики из А-класса вроде Миры.

Изабелла украдкой, через темное отражение в боковом стекле, непрерывно и чутко наблюдала за Николасом.

Она отчетливо видела, как его бледные пальцы, судорожно сжимавшие темную деревянную рукоять катаны, время от времени слегка подрагивали от сумасшедшего внутреннего напряжения, а плотный воздух вокруг его тела то и дело едва заметно подергивался рябью, словно от невидимого марева нагретого асфальта.

«Он окончательно стал другим человеком», — с глубокой, иссушающей авторской тревогой думала она, сжимая в кармане холодную рукоять своего пистолета. — «Этот парень больше совершенно не нуждается в чьей-либо защите, руководстве или сочувствии. On сам превратился в ходячую, непредсказуемую и смертоносную угрозу для всего живого».

Армейский автобус с глухим стуком и скрежетом съехал с ровной асфальтированной трассы на изрезанную глубокими колеями грунтовую дорогу, уверенно направляясь в сторону закрытого центра «Зеленая зона».

Впереди их ждали бесконечные, мрачные и густые леса, в которых затаились тысячи стихийных тварей, и три тяжелых дня, которые должны были либо окончательно сплотить эту странную, разнородную команду, либо безжалостно разорвать её на части.

Мира внезапно чуть наклонилась к Эрису, понизив голос до осторожного заговорщического шепота:

— Твой мечник из нашей команды №3… — она слегка кивнула в сторону отрешенного Николаса, не спускающего глаз с проплывающих теней. — On ведь на самом деле далеко не просто «слабейший» отброс из D-класса, верно? Я физически чувствую от него странное, давящее ментальное воздействие. Такое жуткое ощущение… словно он под этой повязкой вообще не дышит.

Эрис лишь загадочно и ухмыльнулся, продолжением смотря на темнеющий массив леса за окном:

— Поверь мне, Мира, сразу после этой трехдневной поездки ты раз и навсегда пересмотришь абсолютно всё, что ты до сегодняшнего дня знала о рангах, таланте и силе в этой Академии.

Тяжелый бронированный автобус ощутимо тряхнуло на глубокой кочке, и Николас медленно, плавно повернул свою голову в их сторону. В его единственном открытом сером глазу на короткую долю секунды ярко и дико мелькнуло что-то первобытное, потустороннее и леденящее душу, а затем он вновь безмятежно погрузился в свое молчаливое оцепенение.

До гравитационных границ «Зеленой зоны» оставались считанные минуты.