Музыка в огромном, залитом магическим светом зале снова неуловимо изменилась. Прежняя тягучая, переливающаяся и безмятежная мелодия классического вальса, открывавшая этот помпезный бал, внезапно оборвалась, уступив место совершенно иному ритму. Оркестр на балконе словно сошел с ума. Низкий, рокочущий звук виолончелей слился с резкими, плачущими рывками скрипок и отчетливым, пульсирующим боем барабанов. Это не был танец для вежливых светских бесед, лицемерных улыбок и обсуждения погоды. Это было танго — первобытный танец-битва, требующий полной физической отдачи, идеального контроля и стальных, не дрогнувших ни на секунду нервов.

Эрис стоял в густой, спасительной тени одной из массивных мраморных колонн на периферии зала. Он тяжело дышал, стараясь успокоить разогнавшееся сердце, пытаясь перевести дух после напряженного разговора с Рин и укрыться от бесконечных, жалящих, как насекомые, оценивающих взглядов аристократии. Ему казалось, что этот вечер никогда не закончится.

— Ты выглядишь как оцепеневший боевой голем, которого по ошибке нарядили в дорогой шелковый костюм, — донесся до него прохладный, насмешливый голос Рин, которая совершенно бесшумно, словно соткавшись из самого воздуха, внезапно материализовалась рядом с ним.

Эрис даже не успел открыть рот, чтобы ответить очередной колкостью. Её правая рука, обтянутая тончайшей тканью темно-синей бархатной перчатки, выстрелила вперед, как змея, и мертвой, стальной хваткой вцепилась в его левое запястье. Сила этого захвата была совершенно неожиданной, пугающей для хрупкой на вид девушки из высшего общества. Рин не стала тратить время на уговоры. Она резко, с силой хорошего бойца, дернула его на себя, бесцеремонно вытаскивая парня из его уютного теневого укрытия прямо на залитый ослепительным светом, отполированный до зеркального блеска мраморный пол центральной площадки.

— Рин, какого дьявола ты делаешь?! — злобно прошипел Эрис, пытаясь вырвать руку, но толпа вокруг них, словно повинуясь невидимому приказу, уже расступалась, образуя широкий, пустой круг. Взгляды сотен гостей мгновенно скрестились на них.

— Учу тебя выживать в «Золотом Квартале», Седьмой! — холодно, безапелляционно отрезала она, не сбавляя шага и таща его в самый центр. — Ты думаешь, выживание здесь — это только умение не получить заточку под ребра в темном переулке? Ошибаешься. Это Танго. Это такая же дуэль до первой крови. Только здесь ты убиваешь своего соперника безупречностью, превосходством и доминированием, а не куском заточенного железа. Или знаменитый выживший из трущоб внезапно испугался музыки?

Она не спрашивала. Она бросала ему вызов на глазах у всего этого змеиного клубка. Рин буквально силой заставила его занять стартовую позицию, резко развернув к себе лицом. Эрис замер. Его тело было невероятно жестким, неподатливым, каждая мышца была сжата, как перед смертельным ударом. Он понятия не имел, как танцевать это страстное, пульсирующее безумие, он даже никогда не видел, как это делают правильно.

> *«Ха-ха-ха!»* — внезапно зашлась в заливистом, безмолвном, граничащем с безумием смехе Никс прямо внутри его черепа. — *«Это же Танго, мой милый, мрачный мальчик! Это идеальный, безупречный ритм для тебя! Это не танец, это настоящий бой в каждом долбаном шаге! Синхронизация растет, Эрис, я чувствую этот сладкий прилив чужой маны со всех сторон! Не сопротивляйся ей, дурак! Используй свою "твердость"! Перестань быть бревном! Позволь мне помочь тебе с координацией, пока ты не отдавил этой самоуверенной девчонке все ноги!»*

>

Эрис скрипнул зубами. Он сделал глубокий, прерывистый вдох, чувствуя, как аромат ее духов смешивается с запахом озона в наэлектризованном воздухе, и посмотрел прямо в вызывающие, горящие азартом синие глаза Рин.

— Смотри на меня, Эрис, — её голос упал до требовательного, почти гипнотического шепота. Она придвинулась так близко, что он чувствовал тепло её дыхания. — Следи за ритмом. Не смей смотреть на мои ноги, это удел неудачников. Смотри мне в глаза и слушай ритм. Это Танго. Здесь нет правил, есть только доминирование.

Ритм плачущих банджо и надрывающихся скрипок на секунду завис в воздухе и оборвался резким, отрывистым, оглушительным ударом большого барабана.

И танец начался.

То, что произошло в следующие несколько секунд, заставило буквально замолчать весь огромный бальный зал. Рин с самого первого аккорда повела невероятно агрессивно, наступая на него. Её синее, усыпанное бриллиантами платье развевалось вокруг её ног, словно боевое знамя на ветру. Она бросала Эриса из стороны в сторону, заставляя его реагировать мгновенно, на одних лишь инстинктах выживания. Сначала его движения были рваными, угловатыми, тяжелыми, как у неисправного, заржавевшего часового механизма. Он просто уклонялся от нее, как от ударов в спарринге.

— Расслабься, идиот! Перестань бороться со мной! — сквозь зубы скомандовала Рин, резко разворачивая его за плечо с такой силой, что он едва не потерял равновесие.

И внезапно, словно поддавшись какому-то древнему, темному импульсу, исходящему от ликующей Никс, тело Эриса начало слушаться не разума, а ритма. Его мышцы перестали сопротивляться. Он перестал думать о том, куда поставить ногу, и начал чувствовать музыку не как мелодию, а как последовательность выпадов, блоков, уклонений и атак.

Атака: Рин делает резкий, хищный шаг вперед, вторгаясь в его личное пространство, пытаясь сломить его ось, заставляя его отступить.

Контратака: Эрис не отступает. Он перехватывает инициативу, его левая рука ложится на её талию — не как у партнера по танцам, а как у бойца, фиксирующего противника. Его движение внезапно становится пугающе плавным, текучим, но наполненным невероятной, скрытой, давящей физической силой.

Их Танго на глазах изумленной публики превратилось в завораживающее, опасное зрелище. Это больше не было танцем двух молодых людей. Это была неприкрытая дуэль двух опасных хищников, которые сошлись в смертельном, ритуальном поединке. Эрис был холодным, твердым, неумолимым, как надвигающаяся глыба обсидиана. Рин была непредсказуемой, горячей, острой и смертоносно точной, как раскаленный клинок.

> *«Твое "Мраковое чудовище" внутри... оно сейчас пульсирует в такт этой безумной музыке»,* — прошептала Никс, её голос перестал быть насмешливым, став странно глубоким, бархатистым, почти благоговейным. — *«Она... эта девчонка... она сама того не понимая, вытягивает из тебя эту силу, заставляет её течь по твоим венам, не убивая тебя при этом. Это Танго... Эрис, это идеальный катализатор. Это как динамическая медитация для твоего проклятия. Дыши этим!»*

>

Гости вокруг них застыли, превратившись в немые декорации. Звон бокалов прекратился. Шепотки стихли. Даже оркестр, казалось, почувствовал эту дикую энергетику на паркете и заиграл еще быстрее, еще отчаяннее и страстнее.

Артур, который секунду назад дежурно улыбался и беседовал с какими-то дальними, скучными родственниками, замер на полуслове, так и оставшись стоять с поднесенным к губам бокалом красного вина. Его глаза расширились от потрясения. Он видел не просто танец — он видел, как уличный боец интуитивно подчиняет себе сложнейшую форму аристократического искусства.

Кай, с комфортом устроившийся в фуршетной зоне, поперхнулся и чуть не подавился куском дорогущего лобстера. Он закашлялся, стуча себя по груди, но не отрывал глаз от центра зала.

— Невероятно, — сипло прошептал он, вытирая губы салфеткой, глядя на плавные, смертоносные движения друга. — Клянусь, я думал, он умеет только хмуриться, ломать носы и смотреть так, будто хочет всех убить. А он, оказывается, чертов демон паркета...

Алиса, облаченная в ослепительно белое платье, стояла у перил на втором этаже. Её холодный, расчетливый взгляд был прикован к паре в центре зала. Она, в отличие от большинства гостей, видела то, чего не замечали обычные аристократы: она видела ауру. Она видела ужасающую синхронизацию, которая нарастала в Эрисе с каждым сделанным шагом, с каждым резким поворотом. Темная, плотная, как физический объект, энергия закручивалась вокруг него невидимым водоворотом.

А чуть дальше по балкону, скрытый в глубокой тени, стоял Лорд Маркус Виллонг. Сильнейший мечник империи не проронил ни слова. Он наблюдал за этим Танго с абсолютно тем же сосредоточенным, немигающим выражением лица, с которым обычно изучал незнакомый, потенциально смертоносный клинок перед началом кровавого боя. Он видел гораздо глубже, чем Алиса. Он видел не просто танец. Он видел идеальный, пугающий баланс между жесточайшим самоконтролем и рвущейся наружу первобытной, чудовищной силой, который Эрис демонстрировал, внешне поддаваясь ведению Рин, но на самом деле полностью контролируя каждое её движение.

Музыка стремительно достигала своего крещендо. Ритм стал почти оглушительным, заставляя вибрировать хрустальные подвески на люстрах. Эрис и Рин кружились по центру зала, словно находились в эпицентре разрушительного торнадо, не замечая ничего вокруг. В один короткий, растянувшийся в вечность момент, когда они оказались максимально близко друг к другу, когда их грудные клетки почти соприкоснулись, Эрис почувствовал это.

Его «обсидиановая кровь» внезапно, с пугающей мощью, отозвалась странным, обжигающим теплом, которое волной прокатилось от сердца до кончиков пальцев. Бог из его жуткого сна в подземелье был абсолютно прав: эта непостижимая сила просто ждала своего часа, ждала правильного триггера.

И судя по тому, как внимательно, с каким ледяным, расчетливым интересом за ним наблюдал Лорд Маркус из другого конца зала, этот час был намного ближе, чем Эрис мог себе представить.

Финальный аккорд сорвался со струн резко, грубо и неожиданно, словно удар хлыста.

Они замерли в классической, драматичной позе Танго: Эрис намертво, словно стальными тисками, держал Рин за талию, её гибкое тело было сильно изогнуто назад, открывая тонкую шею, а лицо находилось всего в нескольких жалких сантиметрах от его лица. Её грудь тяжело и часто вздымалась, касаясь его пиджака.

Оба тяжело дышали, их взгляды были сцеплены так же крепко, как и тела. В зале стояла абсолютная, звенящая тишина, которая длилась всего секунду, прежде чем пространство взорвалось оглушительной волной аплодисментов. Этот звук, казалось, вывел их из боевого транса.

Рин медленно, с достоинством королевы выпрямилась. Её лицо было непривычно серьезным, лишенным даже намека на обычную спасительную иронию. Она опустила взгляд на свои руки, тонкие пальцы которых всё еще крепко сжимали лацканы его темного, впитавшего жар костюма.

— Эрис... — негромко, так, чтобы слышал только он сквозь шум оваций, произнесла она. В её голосе скользнуло нечто, очень похожее на подлинное замешательство. — Твоя кровь... то тепло, которое от тебя исходит... она сейчас пахла не только медью и адреналином. Она пахла раскаленным, паленым камнем. Ты... ты забавный, — внезапно, словно пытаясь скрыть свою растерянность за дерзостью, сказала она.

Она подалась вперед и, прежде чем он успел хоть как-то отреагировать, быстро, почти целомудренно, но невероятно уверенно чмокнула его в губы. Это был не поцелуй влюбленных, это была печать победителя в дуэли, оставляющая последнее слово за собой.

Рин резко развернулась, взмахнув подолом синего платья, и, не оглядываясь, пошла сквозь расступающуюся перед ней толпу аристократов, оставив его стоять совершенно одного в самом центре огромного зала, под перекрестным, обжигающим огнем сотен шокированных взглядов.

Эрис стоял неподвижно. Он медленно поднял руки и посмотрел на свои ладони. Под бледной кожей больше не было хаотичной, бурлящей магии Мрака. Там застыл спокойный, холодный, невероятно твердый обсидиан, ожидающий своего часа.

А высоко на балконе, в полумраке, Лорд Маркус Виллонг оторвал взгляд от застывшей фигуры парня и сделал один единственный, едва заметный знак рукой одному из своих теней-оперативников, застывшему у выхода. Охота началась.

**[ТЕКУЩЕЕ СОСТОЯНИЕ]**

* **Синхронизация с Обсидианом:** 15% (активировано интенсивным физическим и эмоциональным напряжением во время Танго).

* **Статус:** Абсолютный центр внимания всего бала. Раскрытие потенциала зафиксировано высшими эшелонами власти.

* **Никс:** На грани физической материализации (Синхронизация экспоненциально растет от избытка свободной маны в поместье и эмоционального всплеска).